Владимир Купрашевич - Женька, или Преодоление

К концу шестой страницы Женя вспомнила, наконец, повод, по которому она взялась за писание и сообщила Кларе, что теперь у них есть мобильники – Василий на днях купил в областном центре. Дальше Женя вывела четкими цифрами номер своего телефона и попросила позвонить, потому что ей соединиться с ней никак не удается, как ни пыталась. Может быть, не туда тычет, а может Клара сейчас в отъезде…

Уже запечатывая конверт, Женя спохватилась, что забыла сообщить подруге, что с завтрашнего дня начнет свои трудовые будни, но решила не вынимать послание, да и свободного места на бумаге уже не найти.

Запечатав письмо, Женя задержалась мыслями на копилке. О каких еще доходах вел речь ее муж? Не ввязались ли эти добрые молодцы в какой-нибудь криминал. Этих радостей им только и не хватало.

Номер мобильника Василия Женя набирала каждый день по несколько раз, но всегда безуспешно. Только однажды связь установилась и то ненаглядный заявил, что работа не позволяет ему заниматься словоблудием. Женя обиделась и пригрозила, что тогда вообще звонить не будет. Василий в ответ напомнил о тарифах связи и посоветовал ей почаще сверяться об остатке на счете. Услышав в справочной информацию, она стала к аппарату относиться с большим уважением. Зарплата, которую ей обещали на базе, при таком сервисе не покрывала затрат на переговоры. Правда и работой их особенно не обременяли. Если кто и надрывался на производстве, так это Нона Григорьевна, которой, приходилось выдумывать какое-нибудь занятие

женской бригаде, когда запасы рыбы иссякали. Самый

тяжкий труд, как известно, симуляция деятельности.

Эпистолярный труд Евгении не пропал даром. В одну из ночей звонок мобильника разбудил ее. Подруга радостным голосом сообщила, что получила ее письмо, что у нее все в пределах нормы. Институт она уже заканчивает, сдает последние экзамены. Всякий раз вспоминает Женю и жалеет, что та легкомысленно бросила школу…Питер стоит все на том же месте. В Тель-Авив она пока не собралась… Женя, толком не проснувшись, лишь сообщила, что у них здесь, хорошая погода.… На этом подруги простились. Все что могло интересовать обеих, у них уже было изложено в письмах. Договорились, что теперь будут звонить друг другу «в случае чего».

Когда продавщица метнула ей по прилавку запечатанный конверт, Женя даже не сразу поняла что к чему. Только когда прочла фамилию и имя своего мужа, до нее дошло что это письмо Василию. И одновременно у нее возникло какое-то неприятное ощущение. Что-то вроде предчувствия. Может быть, оттого, что почерк был незнакомым.

– От бабы, – язвительно ухмыльнулась тетя Клава.

Евгения невольно оглянулась. Кроме них в магазине

была еще одна тетка, которая уже топталась у выхода, рассовывая по карманам останки денег. Только когда свидетельница шагнула за порог, Женя вернулась взглядом на ухмыляющуюся физиономию продавщицы. Ей даже показалось даже, что нос у Клавы стал длиннее.

– Почерк то женский. От молодухи, – пояснила та торжествующим тоном…

– Ну и что? – прищурилась Женя. – Ты то, чего переживаешь?!

Тетя Клава фыркнула.

– Так тебя же дуру жалею. Это кому верность то хранить, мужичью?! Оно само только и смотрит, как кому бы

юбку задрать.

– Откуда оно у тебя? – спросила Женя, разглядывая полоску склейки на конверте и не вникая в треп продавщицы.

Заметных следов вскрытия вроде бы нет.

– Леха оставил. Побоялся отвезти тебе. Вдруг лишишь невинности, а он как будто собирается жениться,– засияла продавщица.

Женя с трудом удержалась, чтобы не нахамить.

– Да что я не вижу, не понимаю?! Тянет к мужикам-то! Оно и понятно. Природа. Только с Лехи то что взять?! Вот с таких вот как Барсик и можно что-то поиметь… И польза, и приятно.

– Дело тебе знакомое, – усмехнулась Женя…

– Так что?! – выпятила грудь тетка. – И я давала ему! А мне что, убудет?… Нормальный мужик… Ему много то и не надо, сунул-вынул и бежать…

С того дня, как Женя по дурости объявилась в гостях у местной шалавы, разговор между ними возник впервые. Похоже, было, что сутенерша воспряла духом. Увидела в ней себе подобную. Да и как можно было истолковать дурацкий эпизод с разнесчастным Лехой? Сучка, заманивающая молодого кобеля. Женя вовсе не собиралась оправдываться. Ее сознание все больше захватывал конверт в ее

сумке и, который, как она чувствовала, будет стоить ей

уйму разрушенных нервных клеток

Выйдя на пустынную улицу, она еще раз вынула письмо и мельком взглянула на штемпель. Отправлено недавно и почему-то из Орши. От кого послание Женя поняла сразу, несмотря на то, что графа обратного адреса пустовала. Что она там делает, эта стерва? И почему продолжает доставать Василия? А откуда узнала адрес? Ворох вопросов вызывал кучу вопросов, а в глубине души уже зарождалось негодование. Содержание письма больше не имело значения. Даже если там какая-нибудь совсем безобидная информация, пусть самая пустая, вроде гороскопа на ближайшую неделю – это уже катастрофа. Уже то, что она надписала конверт с его именем, неспроста. Если людей ничто не связывает, как придет в голову одному из них обратиться к эпистолярию? Неосознанное действие в период невменяемости? А адрес ворона на хвосте принесла…Лиза! Только она могла знать адрес Василия. Она что у них, связная? Или сам Василий… А почему бы и нет. Может быть, Женя своей безголовостью спровоцировала эту переписку. И вот это письмо как результат. Василий, узнав о ее выходках, решил сменить курс… Логично. Он больше не верит ей и решил ее бросить, но как все подлые мужики сначала хотел бы получить гарантии на стороне.

Женя зажмурила глаза. Надо остановиться в своих бреднях. Дождаться Василия. Конечно, она и звука не произнесет, когда вручит ему этот конверт, не задаст никакого вопроса. Он сам все расскажет ей, объяснит все и станет понятно, что она просто дура. Забивала себе голову всякими страхами, а на деле то оказалось всего-то… Но, что может оказаться на деле настолько безобидным, что оправдало бы эту переписку? Не представить…

В доме Женя с досадой швырнула пакет с продуктами на кровать и пристально покосилась на вывалившийся конверт. В другое время, когда рядом с ней сопел Абрамыч она вскрыла бы его, не задумываясь, ни на секунду, но сейчас… Нет, она стала другой, она сделала себя другой и не позволит себе ни шагу назад. Это вот Клава и ей подобные, не имеющие представления о добропорядочности… А может и вправду эта сутенерша сунула нос в письмо и ее намеки не просто шпильки наугад. Напрасно Женя не поддержала с ней беседу, может что-то и выведалось бы… Ну и чем тогда эта тайная вечеря была бы лучше того, что она распечатала бы письмо. Говорят, что достаточно конверт подержать над паром, и он сам раскроется… До чего же трудно быть порядочной!