Ешь. Молись. Разводись (СИ) - Блио Элен

Но одно дело, когда твой спутник говорит бывшему и его полюбовнице, что он сантехник, а другое…

- Север-групп, наслышан. Да.

- А вы, простите? – Арсений и тут не облажался.

Он же знает, что это мой бывший? Ну, ведь знает же? Понял? Сообразил?

И вот так вот его… опустить!

- Олег Королькевич, кандидат в депутаты.

Ах-ах! А что же мы не сказали, что мы скромные владельцы фирмы «Король. Ок»? Стыдно, что ли перед руководителем корпорации? Или перед балериной?

Некстати вспоминаю анекдот про Виталика, и еле сдерживаюсь, губы расползаются. (Позже расскажу. Прим. Автора)

Арсений неожиданно приобнимает меня и на глазах у мужа – пока еще натурального мужа! – нагло шепчет.

- Расскажешь, о чём думаешь?

- Покажу. – наглею я, с восторгом отмечая как у бывшего и балерины округляются глаза.

Что я творю, боже мой!

Мне еще разводиться с этим человеком! А он обещал меня оставить с голой Жозефиной.

Чёрт… чувствую, что эта провокация мне дорого обойдётся.

- Милана, я хотел с тобой поговорить. – неожиданно заявляет отец моих детей. При этом смотрит как строгий учитель, отправляющий к директору.

Что б тебя.

- Олег, давай не здесь. И не сейчас. И вообще, не сегодня.

И вообще никогда – хочется закончить, но, на моё счастье, звучит третий звонок.

Аллилуйя!

Арсений приобняв меня направляет к нашему ряду, бросая на ходу Олегу и балерине.

- Извините, мы пойдём, спектакль начинается.

- Увидимся в антракте. – зачем-то говорит балерина, я одариваю её взглядом. Уверена, милочка, что нам стоит видеться?

Она делает вид, что не заметила.

А места у них хуже чем у нас, и дешевле. Бе-бе-бе!

Внутренне веду себя как дитё малое.

Это всё потому, что напряжение на самом деле зашкаливает.

Кажется, меня сейчас стошнит.

- Бывший.

- Ты Капитан Очевидность, Арс.

- Баллотируется?

- Уверен в победе.

- Несмотря на развод?

Пожимаю плечами, для меня это тоже загадка. Я знаю, что все те, кто стремится занять высокий пост стараются сохранить безупречную репутацию.

Да, под покровом ночи они чего только там не делают, и публичные дома посещают, и свинг-клубы, и другими непотребствами занимаются. Но пока это не обнародуют – все довольны. Как там в рекламе говорилось? «Не запостила – не было». И тут так же. Пока твоё грязное бельё в эфире у Малахова не вытрясли – ты чистенький.

У всех жены-красавицы, обязательно как минимум трое детей. Пятеро – это вообще хорошо. Картинки счастливого семейства, где маман почти как Ирина Шейк или как минимум Навка. И аккуратные гламурные детки. Все сплошь отличники, спортсмены и прочее и прочее.

На самом деле, если бы картинка была правдивой всё было бы шикарно.

Но мы то знаем.

Ладно, не у всех так. Есть и реально очень приличные люди.

И наша семья была образцовой. Шикарной для будущего депутата.

Если бы, если бы.

Но на самом деле меня многие спрашивали, как решился Олег на это в преддверии выборов?

Ответа нет.

- Ясно. Значит уверен в крыше.

- Я в это дело не лезу.

- Правильно делаешь. Еще пачкать свои прекрасные ручки. Я не переборщил?

- Вовремя ты спрашиваешь.

- Ну, прости. Хотелось.

Ах-ах! Хотелось ему. Но вообще, я чувствую глубокое удовлетворение.

Как Брежнев эпоху которого я, увы, не застала.

Звучат первые такты вступления, знакомые с детства, наверное, каждому. И я улетаю. Следующий час я не Милана Королькевич, обманутая, брошенная женщина с двумя детьми без постоянной работы, случайно встретившая женатого мужчину и вступившая с ним в связь. Я прекрасная белая лебедь, стремящаяся к счастью, ждущая любви волшебного принца.

Кажется, до антракта я вообще не дышу настолько меня захватывает то, что происходит на сцене. Я никогда ничего подобного не чувствовала, ни в театре, ни в кино.

Стыдно признаться, но в свои тридцать семь я впервые на «Лебедином», впервые смотрю балет именно в зале, не с экрана.

Я забываю обо всем, настолько это волшебно.

Только чувствую, что моя рука всё это время в руке Арса, и его пальцы ласкают самую нежную точку на запястье.

А перед самым антрактом я слышу его жаркий шепот.

- Я хочу тебя…

Глава 25

- Я хочу тебя.

Еще раз повторяет, уже в антракте, в буфете. Мы как-то удачно до него дошли, миновали огромную очередь, которая возникла после, и уже наслаждаемся игристым и бутербродами с икрой и рыбой.

Арс говорит, что это обязательный номер программы под названием «балет в Мариинке».

- В детстве меня бабушка обязательно таскала на «Щелкунчик», тогда мне казалось, что она специально ходит не балет смотреть и музыку слушать, а выпивать бокальчик другой и закусывать икрой. Это был ритуал. Причём, в принципе у бабули не было проблем ни с шампанским, ни с деликатесами, могла себе позволить. Четырех мужей пережила, от каждого получила наследство, сдавала квартиры, кстати, деньги на своё первое дело я получил от неё.

- Хорошая бабушка. – растерянно замечаю.

- Очень. Богиня. Вы, кстати, чем-то неуловимо похожи.

- Неужели?

- Именно. Может, поэтому я на тебя и сделал стойку.

- Что? – фыркаю, обалдев от наглости, - Вам не кажется, мужчина, что это слишком?

- Мне? Нет. Это еще даже близко не слишком, - улыбается так вальяжно и нагло, что меня это только смешит, котяра, блин, - Кстати, бабуля моя до сих пор здравствует, я вас обязательно познакомлю.

- Арс…

- Мила… я всё понимаю, - мужская ладонь накрывает мою, - но, давай мы все серьёзные вопросы потом решим.

- Потом? Это когда?