Я тебя не помню - Амина Асхадова

– Быстрее! – тяжело глотаю слюну, понимая, к чему дело идет.

– Она быстро собралась и вышла из дома. Села в такси, в реальное такси, а мы ее перехватили. Я ее не трогал, это люди Назара ей булыжником голову разбили. Кто же знал, что она выживет. Блядь, ты можешь пушку убрать?! – психанул Вяземский.

Я схватил Вяземского за грудки и ударил ребром пистолета в челюсть.

– Говори! – заорал я. – Говори дальше, сука!

– Люди Назара в лес ее везли, я только сопровождал, – прохрипел Вяземский. – Думали, мертва. Когда она несвязно говорить стала, поняли, что она ничего не помнит, и я уговорил его сменить план действий. Он все равно внука своего первого убрать хотел.

– Причем здесь Саша?

– Притом, что Назар образовал выгодную партию, поженив их, а осенью оба должны были разбиться в той тачке. Только она снова выжила.

– Ты пиздишь, – покачал головой.

– Матерью клянусь! Ты же знаешь, старший внук во главе корпорации Назара не устраивал. А бездетный старший внук – и вовсе был не нужен. Он все надежды на тебя положил. Поэтому одному только богу известно, от кого Настя беременна.

– Может, у бога тогда и спросишь? – спросил я, усмехнувшись. – Я помогу тебе встретиться с ним.

Удар ребром становится последним для Вяземским, он отключается. То, что Саша не мог иметь детей, я знал, поэтому отказ его родителей от Насти был очевидным для меня. Либо дед еще не понял, что ребенок мой, либо уже понял и готовит новый план. Раз смог так хладнокровно избавиться от внука, то и правнук для него цены не имеет.

– Ты закончил, Данияр? – тихо спрашивает Шах за спиной. – Все узнал?

– Больше мне сможет дать только Назар.

– Тогда мои люди приберутся.

На плечо опускается рука друга. Я опускаю голову вниз, не в силах смотреть на истерзанного Вяземского.

– Нельзя быть мягкотелым, Данияр. Ты верно сделал, что послушал меня. Только так можно расчистить себе счастливый путь.

– Чувствую себя ублюдком. Я его родителей с детства знаю, – признался я.

– Твою женщину хотели убить. Не получилось, и они сделали еще хуже. Отдали другому. Никого нельзя после такого жалеть. Позвони жене, усиль ее охрану и возвращайся в Петербург. Встретимся там, мои люди пока приберутся.

– Мои тоже помогут, – сказал я решительно.

Я поднялся с корточек, вытирая руки и засовывая пистолет в кобуру. Выйдя из подвала, первым делом кивнул охране, чтобы тоже подключились, после чего позвонил Насте, пряча от нее грязные руки. С лица вытер пару капель прежде, чем на экране высветилось ее лицо.

– Привет, родная.

– Привет, а ты где? Так темно вокруг.

– Я скоро приеду. Ты ждешь меня?

Хотел услышать, что ждет. Но Настя этого вопроса не понимает, она не знает истории, не знает, как сильно я ее любил. Ее вытащили из дома с помощью видео. Где-то в прежней жизни она уверена, что я ей изменил. Она получила травму, после которой нет уверенности, что она все вспомнит. Надо было начинать заново, больше нет времени ждать.

– Когда скоро приедешь? – ее лицо хмурится, она в нетерпении.

– Завтра. Ждешь?

– Тогда жду…

Глава 18

Настя

Данияр приехал поздно. Его не было около двух недель, он уехал сразу после новогодней ночи, которую мы провели в разных комнатах.

Я понимала, что если я останусь, то это приведет к непредсказуемым последствиям. Данияр, вероятно, тоже понимал и давал мне время освоиться в новой роли. Правда, роль я эту не понимала. В сказках все иначе пишут, по-другому. Прошлым летом родители тоже красиво расписывали мою дальнейшую жизнь, но моего мужа погубили, а я осталась с ребенком на руках спустя какие-то жалкие месяцы нашего брака.

Рассмотрев себя в зеркале, мне стало жарко. Задуманное тревожило сердце, подсказывало, что я поступаю неверно, но кольцо на пальце твердило иначе.

Медленные шаги за дверью ознаменовали отсутствие выбора. На мне белая сорочка, волосы были аккуратно расчесаны и распущены за спиной. Я хорошо подготовилась и села на кровать.

Я всю зиму не покидала этот дом. Если это был план Данияра, чтобы ограничить нас с ребенком от мира и получить меня всецело, то ему это удалось.

– Настя…

Тяжелые шаги раздаются в спальне. Он быстро пришел ко мне. За окном ночь, наши мысли совпадают.

Он пришел за мной.

Медленно поднимаю глаза, встречаясь с голодным взглядом Данияра. Здесь каждый хочет получить свое. Я – немного свободы. Данияр – меня. Он не скрывал этого. Уезжая, он целовал меня жарко и просил уступить ему, сдаться, не сопротивляться.

Если после этой ночи я попрошу свободы, он, вероятно, тоже мне уступит.

– Я же сказала, что жду тебя.

Голос подводит меня, когда Данияр подходит к изножью кровати и встает между моих ног. Я развожу их шире.

– Насть, зачем? – хрипло спрашивает сверху, лаская мое лицо.

Большим пальцем Данияр скользит по моей щеке и заставляет посмотреть наверх.

– Не спрашивай. Просто бери.

– Против воли могу, но не хочу.

– Не против. Не против, – повторила дважды и с удовлетворением отметила блеск в глазах мужчины.

Данияру больше не требуются слова. Его широкая ладонь обхватывает нижнюю треть лица, спускается ниже и большим пальцем давит под челюсть. Я задираю голову и чувствую, как жадный рот накрывает мои губы.

Плеч касаются крепкие руки, Данияр спускает лямки сорочки вниз и скользит к груди. В низу живота тяжелеет, наливается теплом, под напором ласк быстро теряется реальность.

Только Данияр не теряет разум. Перестав терзать мои губы, он отступает, но не перестает разглядывать мое тело и