Кольцо Олимпа (СИ) - "Lela Taka"

Среди прибывших она ясно различила высокого Модо, юркого Винни, бесхвостого Теллура и плечистого пятого байкера, который, отдав короткий приказ, загнал всех в штаб и зашел за ними следом. Когда Мадлин подбежала к стоянке, дверь за ними уже захлопнулась, и наступила пустая, давящая тишина.

Тротл вернулся. Он был уже здесь. Не где-то там, на чужой планете, не где-то там, среди нескончаемых пустынь и гор, а здесь. Вот прямо здесь!!! Вот за этой чертовой дверью, что разделила их из-за ее затянувшейся прогулки. Останься она в приюте, она бы успела выйти к нему.

Мадлин, пытаясь отдышаться и заправляя за уши растрепавшиеся пряди длинных волос, медленно подошла к мотоциклам, словно это были живые звери, готовые сорваться с места и умчаться прочь. Вот массивный чоппер Модо, грязный и пахнущий горелым маслом. Вот некогда красная ракета Винни, теперь тусклая и покрытая слоем слипшегося песка. Вот менее запыленный и бесшумный электробайк Теллура цвета опавшей листвы. Еще один высокий и мощный эндуро, хищно сверкающий стеклом нахмуренной фары. Видимо, это был байк командующего Стокера.

Но тянуло к нему. К «харлею». Мадлин приблизилась к такому знакомому и привычному мотоциклу, который столько раз возил их вдвоем, столько раз спасал от врагов, был таким послушным, когда она, еще совсем не умевшая водить, пыталась справиться с его управлением на заброшенной дороге под чутким руководством Тротла. Его верный черный «харлей». Он был разгоряченным после длительной поездки, невозможно грязным, все еще шуршащим остывающим двигателем, пахнущим бензином и сладковатой дорожной пылью. Но главное, целым и неповрежденным. Был ли цел его хозяин, что столь поспешно скрылся в здании штаба?

Мадлин едва могла успокоить дрожащие от волнения руки, когда невольно провела ладонью по нагретому седлу. Неужели она дождалась его? Неужели добралась через космос и пустыни? Вопреки войне? Неужели еще немного, и она сможет, наконец, прижаться к его груди и вдохнуть тепло его тела? Неужели осталось так мало после того, сколько было пройдено и преодолено?

Она медленно направилась к входу в штаб и, поднявшись по ступеням, прикоснулась к дверной ручке. Нестерпимо хотелось потянуть ее на себя, войти внутрь и сократить последнее расстояние. Но она прекрасно понимала: в штабе ей сейчас не место. Когда закончится их совещание, тогда и истекут эти долгие дни разлуки. Мадлин обошла здание штаба, чтобы заглянуть в его окна. Но их наглухо перекрывали темные экраны, и было не видно и не слышно, что происходило внутри. Лишь тонкие нити света прорывались по краям экранов и свидетельствовали о том, что в зале совещаний находились все прибывшие.

Осталось просто подождать. Еще чуть-чуть. И Мадлин опустилась на ступени крыльца, обхватив свои колени руками, чтобы унять нестихающую дрожь. Она будет сидеть здесь до тех пор, пока вселенная не сократит последние метры между ней и Тротлом.

====== Глава 10 ======

Сон, куда ж ты делся? Спасительная пелена, в которой не думаешь, не чувствуешь, не ждешь. Упорхнул и нету. Сорвался из сознания тревожной стаей птиц, обернулся вокруг черным змеем, душит и терзает. Зачем в ночи столько долгих, медленных минут, ползущих словно неторопливый росток секвойи из земли, если не забыться, не приблизить желанный миг. Куда спрятать свою голову с жаркой подушки, когда сердце колотится и не дает покоя.

Мадлин лежала на спине в своей кровати и смотрела в потолок. Уснуть не получалось, но и рассвет никак не наступал, словно ночь решила задержаться на красной планете навечно. Из распахнутого окна густым молоком затекала влажная прохлада, наполненная запахами горьковатых растений и карамельной пыли. Где-то в зарослях суккулентов беспокойно копошились местные насекомые, смешно курлыкая и посвистывая. Но больше всего Мадлин донимал звук собственного пульса, бьющего через вену на шее прямо в подушку.

Она тягостно вздохнула и закрыла глаза. Накануне вечером сидеть перед входом в штаб пришлось очень долго. Ей казалось, что приехавшие байкеры давно испарились из зала совещаний, и она никогда не услышит ни голосов, ни шагов. Ночная весенняя прохлада стремительно спустилась на Сэто, и Мадлин сжалась еще сильнее на ступенях, пытаясь сохранить тепло. Но тело предательски дрожало от волнения и холода. Поэтому, когда, наконец, за дверью послышались разговоры, и она распахнулась, девушка с трудом поднялась на ноги, едва не теряя равновесие от выплеска адреналина и затекших мышц.

Первым на пороге показался высокий, широкоплечий марсианин с темной бурой шерстью, массивными бровями, небрежно собранной в тугой хвост копной гривы и короткой жесткой бородкой. Его запыленные мотоштаны были заправлены в громоздкие сапоги, а массивная байкерская куртка цвета ржавого мха перекинута через плечо. Сделав пару шагов, он заметил Мадлин и, подавая знак вышедшему следом Теллуру остановиться, повернулся к девушке. По ней скользнул пытливый и заинтересованный взгляд решительных зеленых глаз, в темноте отливающих нарождающимися оливками.

— Так-так, — произнес он низким, чуть хриплым голосом с нотками любопытства и совсем иным, резковатым акцентом, — еще не звал, уже нарисовали!

И совершенно бесцеремонно приподнял на пару мгновений голову Мадлин за подбородок своими шершавыми и мохнатыми пальцами сильной руки, ибо оказался существенно выше нее.

— Мадлин! — констатировал он так, словно ничуть в этом не сомневался. — Уже все антенны зудят от этого имени. Прости.

И он беззлобно закатил глаза, сопроводив красноречивую мимику взмахом хвоста.

— Командующий Стокер, — представил его, между тем, Теллур, несколько напряженный и взъерошенный. — Он хотел найти тебя, чтобы поговорить. Но раз ты здесь, не стоит откладывать беседу.

— Пойдем-ка, времени у меня мало, — бросил Стокер и направился к своему мощному грязному эндуро.

Мадлин ничего не оставалось, как последовать за ним, периодически оборачиваясь на дверь, из которой почему-то больше никто не выходил.

— Значит так, — начал командующий, попутно увязывая на седле мотоцикла какую-то поднятую с земли и порядком перепачканную дорожную сумку. — Тер мне уже поведал про вашу эпопею и с солью, и с порталом, и с марш-броском до Сэто. Удивлен, что вы его осилили, — и он прошелся ироничным взглядом по фигурке Мадлин. — У нас тут, как ты видишь, обстановка гаже некуда. В любой момент может шарахнуть. Но и по Марсу шариться вам сейчас нельзя. Поэтому никакой портал я вам не открою, пока не разберусь со всем этим… шай-ахом. Будете сидеть здесь, в Сэто, и не чирикать. Выживем — поедете по домам. Донес понятно?

— Более чем, командующий Стокер, — отозвалась пораженная его богатому лексикону на английском Мадлин, боясь даже показать, какое только что испытала облегчение от его решения. — Будем сидеть и не чирикать.

— Слушай, Тер, а что, все землянки такие послушные? — усмехнулся Стокер, оборачиваясь к черному марсианину и натягивая мотокуртку.

— Это воспитанные землянки, — тягуче поправил его Теллур и коротко вздохнул каким-то своим невеселым мыслям.

— Тем лучше, — подытожил командующий. — Пока нас не будет, слушайтесь коменданта Карабин. И без фокусов. Вопросы есть?

Мадлин даже сглотнула, настолько важным был этот момент.

— Есть. Я бы хотела знать, где Тротл. Я видела, что он приехал с вами, и хочу повидаться.

Уж лучше все сказать прямо, а там будь что будет. Без Тротла она никуда отсюда не уйдет.

— Женщины! — пробормотал Стокер, снова закатывая глаза и совершенно этого не стесняясь. — Тротл там, куда я его отправил. Освободится, сам найдет тебя. Все, нам пора выдвигаться. Тер, ютт!

И не желая больше продолжать беседу, бурый марсианин принялся надевать свой шлем и перчатки.

Мадлин от досады прикусила губу, понимая, что не в праве донимать его какими-либо вопросами, хоть она так и не узнала, куда делся Тротл, и сколько еще придется его ждать. Вот только что он был тут, и их разделяла лишь единственная дверь. А теперь снова неизвестность. Откуда ей знать, может быть, Стокер отправил его на задание к южному полюсу, и он вернется через месяц?