Шрамы Мафии (ЛП) - Грэй Хардин

  Вот как я себя чувствовала сейчас. Как будто я без остановки бегала на самом длинном марафоне. Тело полностью поглощено им, как и мой разум.

  Что мне нужно было сделать, так это принять вещи такими, какие они есть. Это было препятствие, которое мне пришлось преодолеть.

  Дело не в том, преступник или нет.

  Тогда, когда все дошло до апогея и я узнала правду о своем отце, он делал то, что считал лучшим, чтобы защитить меня. Я никак не могла оправдать его поведение, но его способ работал долгое время. Это купило годы свободы, которую я искала.

  Это продолжало бы удерживать меня отсюда, пока кто-то не заговорил и не раскрыл секрет, который поставил цель на мою спину.

  Что мне нужно было сделать сейчас, так это выбросить мои заботы и опасения на задний план.

  Просто чтобы разобраться в этом беспорядке. Тогда я смогу собрать все осколки позже.

  Позже я смогу разобраться со своими внутренними демонами.

  В конце концов, мой отец был болен, и кто знает, сколько он продержится.

  Хотела ли я провести остаток его дней, наталкиваясь на него, ненавидя его и этот образ жизни?

  Нет… это было не во мне.

  Я тоже думала о Люке. Он сказал несколько дней назад, что сделал то, что должен был сделать, правильно это или неправильно. Мы говорили о том, что Синклер всегда поступал правильно.

  В то время я думала, что эти два человека такие разные. Теперь их разногласия по-настоящему усилились.

  Ни то, ни другое не было плохим, но они пришли из разных миров.

  У них были разные способы делать то, что защищало тех, кого они любили.

  Я не должна была говорить Люку то, что сказала.

  Об изменении.

  Было неправильно с моей стороны заводить такой интимный разговор, который имел для нас такое большое значение.

  Не имело значения, во что я верила. Он выглядел обиженным.

  Шаркающие шаги заставили меня открыть глаза, и я мгновенно обернулась.

  Меня нельзя винить, если последние несколько дней заставили меня немного нервничать.

  Однако человек, который подошел ко мне, меньше всего нервничал.

  - Миллисента, - выдохнула я.

  Пожилая дама, которая была похожа на крестную фею в «Золушке», улыбнулась мне, сияя. Она держала поднос с печеньем и стакан шоколадного молока.

  - Добро пожаловать домой, мисс Амелия.

  Печенья все кончилось, и я провела пальцем по внутренней стороне стакана, в котором раньше было шоколадное молоко, сделанное для самого Бога.

  Бог определенно оценил бы это. Это было похоже на мороженое, смешанное с насыщенным, гладким шоколадом Godiva. Это была его текстура. То, что я назвала бархатистой добротой.

  - Как насчет того, чтобы я сделала тебе еще немного этого позже? - Миллисента усмехнулась, приложив руку к сердцу тем старым привычным способом, который показал, что она рада, что я наслаждалась ее едой. - Ты ... будешь здесь позже?

  Вопрос, мерцание интереса в ее глазах сказали мне, что это не просто вопрос. У меня было хорошее предчувствие, что она пытается спросить меня о Люке, и мне было интересно, что, возможно, она слышала раньше.

  - Думаю, я могу остаться еще. Да, я буду здесь сегодня вечером. - Я решила это, пока мы говорили.

  Мы были здесь около часа, пока я ела.

  Разговор с ней, как всегда, был освежающим.

  Эта женщина так долго была моим утешением и опорой. Я не знала, как я выжила без нее более десяти лет.

  Я подумывала остаться, чтобы заново познакомиться со своим домом, с отцом.

  Я сделаю этот первый шаг, вернувшись и поговорив с ним. Я как бы хотела посмотреть, как разгорается все остальное.

  - Замечательно. Тогда я приготовлю тебе свежую порцию всего. - Это мерцание снова вспыхнуло в ее глазах. - Думаю, я полагала, что ты останешься с Люком. Хотя я уверена, что твой отец был бы рад, если бы ты была здесь. Она закатила глаза и засмеялась над собой. - Амелия, не позволяй леди страдать здесь. Ты знаешь, о чем я пытаюсь спросить.

  Я тоже засмеялась. - Да, я подумала, что, может быть, решу вопрос, где мне остаться, пока я здесь. Я поеду к Люку завтра.

  - Звучит как план. - Она коротко кивнула мне. - Твой отец рассказал мне о вас двоих сегодня утром.

  - Что он сказал?

  - Он сказал, что знает, что вы, ребята, вместе, и что он счастлив умереть, зная, что ты была с кем-то, кто мог бы о тебе позаботиться. Лучше, чем он.

  Я взглянула на аккуратный водоворот травы, укрывавший наши ноги, и прислонилась спиной к прочному плетеному стулу.

  - Всего так много произошло, - выдохнула я.

  - Тебе нужно многое обдумать.

  Я не была уверена, что она знала. Я сомневалась, что отец рассказал ей все сложные детали, но, опять же, возможно, он и рассказал.

  - Что ты знаешь? - Лучше всего было спросить.

  - Я знаю о бизнесе твоего отца. - Она сложила руки вместе, и выражение ее лица отразилось дискомфортом. - Я всегда знала. Меня наняли, чтобы помогать твоей маме с ее благотворительными мероприятиями, ухаживать за домом и быть твоей няней просто потому, что мне можно доверять. В этих местах трудно вызвать доверие. Я знаю, что старый друг твоего отца или, скорее, соперник, я полагаю, хочет до тебя добраться. Я также знаю, что все это произошло из-за романа твоей матери с этим другом.

  - Итак, ты много знаешь.

  - Много знаю и о многом сожалею.

  Это меня заинтересовало. – О чем?

  - Это я предупредила твоего отца о романе твоей матери. Я действительно не знала, что она ... эм ... виделась с другом твоего отца, но подозревала это. Я всколыхнула горшок подозрений, и это привело нас сюда.

  Я нахмурила брови. - Миллисента, ты не сделала ничего плохого.

  - Я сделал. Я должна была сначала подойти к твоей матери. Просто я знала, как сильно твой отец любил твою мать, и обратилась к нему, когда заподозрила это, потому что мне было больно думать, что она может сделать это с ним.

  Я кивнула. - Мне тоже больно. Я действительно знаю, как сильно отец любил мою мать. Я видела это каждый день. - Я всегда надеялась, что смогу получить ту же любовь, что и они. Это было так реально, что я поклялась, что чувствую это всякий раз, когда нахожусь в их присутствии.

  Это перекинулось на меня.

  Слышать, что моя мать никогда не чувствовала того, что я видела, было душераздирающим.

  - Мой бывший парень изменил мне, - сказала я, не задумываясь.

  Лицо Миллисенты наполнилось печалью. - Мне очень жаль, дорогая. Ты любила его?

  Я вздохнула и мягко улыбнулась. - Думаю, да. Вначале это было безумие, и я влюбилась в него. Но это не было правдой.

  - Иногда бывает так, но то, что это изменилось, не означает, что это было ненастоящим. Влюбленность в кого-то отличается от поиска настоящей любви. Люди иногда совершают такую ошибку. Чувства всегда реальны. Важно то, продержатся ли они. Навсегда.

  Вот что мне нравилось в Миллисенте. Ее мудрость, та магия, которую я почувствовала в ее словах. Как будто она действительно могла взмахнуть палочкой и исполнить все, что я пожелаю. Как будто она могла направить свою палочку на мою жизнь и превратить меня в принцессу, чья миссия заключалась в том, чтобы попасть на бал и встретиться с принцем.

  Если бы это было так просто.

  - Как узнать разницу? Кто-нибудь может знать?

  - Я думаю… - ее улыбка стала шире. - Я думаю, ты просто знаешь. Твое сердце подсказывает тебе.

  - Твое сердце подсказывает тебе?

  - Да, подсказывает.

  Я поверила ей, потому что мое сердце начало говорить со мной только после того, как я встретила Люка.

  Глава 14

  Люк

  Старик был запредельно упрям.

  Старая поговорка о мулах была потеряна в нём.

  Этот парень был хуже.

  Более часа я пытался убедить придурка, что нам нужны чертовы бриллианты.

  Он считал, что лучше всего оставить их в том месте, потому что оно было хорошо защищено, и никто и никак не мог добраться туда.