Андрей Романов - Фамильяр 1-2

– Замечательно! Шарлотта, ты ведь не против принести мне клятву верности, как наемник, ведь пока ты учишься в академии, ответственность за тебя несу я, а значит, в некотором роде являюсь твоим сюзереном, так что клятва простая формальность! И даже больше, ты ведь лишена всех прав на родине? Так почему бы тебе не принять мое подданство? Подумай об этом, я не тороплю.

– Генриетта, но мы ведь не выполняли твоего задания! – возмутилась Луиза.

– Луиза Франсуаза, ты сомневаешься в королевском слове! – властно спросила Генриетта. От чего Луиза подскочила с кресла и брякнулась на колени, склонив голову. Но Генриетта на этом не успокоилась и перевела свой взгляд на меня, требовательно притопнув ножкой. Изменившееся поведение почувствовавшей власть девчонки мне не слишком понравилось, но пока я вынужден играть по ее правилам. Поэтому я тоже подскочил с кресла и, демонстрируя преданность, опустился на колени и смиренно принялся рассматривать ковер. Королева перевела взгляд на Шарлотту.

– Ты согласна признать себя моим наемником и принести соответствующую клятву, на срок обучения в академии?

Шарлотта, не слишком-то хотела соглашаться, тем более зная, что ее мать затевает переворот, но подобная клятва наемника не слишком ей мешала, плюс не желание портить отношение с Генриеттой, да еще и мы демонстративно признали право королевы повелевать. Так что Шарлотта медленно опустилась на одно колено и принесла требуемую клятву.

Из всех нас стоять осталась только Тереза, которой платье не позволяло опуститься на колени. Генриетта, не поднимаясь с кресла, величественно кивнула, принимая клятву, и осмотрела нас, лучась самодовольством и гордостью. Ей явно доставляло удовольствие, что легендарный маг пустоты, не менее легендарный Гандальв и квадрат воздуха стоят перед ней на коленях. Но вскоре она насладилась чувством власти и заговорила.

– Ну что вы, встаньте, встаньте, вы же мои лучшие друзья! И верные соратники! – Радостно воскликнула Генриетта.

После чего сама вскочила с кресла и бросилась поднимать Луизу. И ведь искренне считает нас друзьями, нет, точно искренне, такие яркие чувства не подделать, просто у нее дружба такая, не мешающая указать друзьям их место, на волне эйфории от устранения конкурентов в борьбе за власть. А ведь помнится, она не хотела становиться королевой, портит власть людей!

– Вот и замечательно, – продолжала радоваться Генриетта. – Вот сейчас напишу соответствующий указ, которым отправляю вас в Германию оказать помощь союзникам и предупредить о вероломстве Альбиона, и все будет совсем хорошо. Ах да надо еще посла в Германии предупредить, как вернетесь, он окажет вам всемерную помощь.

Говоря все это, Генриетта накатала несколько строк на другой бумажке, достала из-за пояса знакомый камень и, завернув его в бумажку, бросила.

– Здорово я придумала? Так послания доходят гораздо быстрее, чем даже с драконом! Жаль только ответа не получить, – чуть расстроено закончила королева.

Мы естественно подтвердили гениальность девушки, нашедшей применение столь необычному камушку.

Генриетта еще некоторое время согласовывала с нами легенду наших действий в Германии, но постепенно разговор закруглился, ввиду позднего времени и мы разошлись спать.

Ночью Генриетта, снова навестила меня. Я уже привычно встретил подругу у выхода из секретного прохода, и начал целовать прелестное личико, но девушка меня остановила.

– Подожди Кей, – отстранилась королева, – ты любишь меня? – с небольшим сомнением и угрозой спросила она.

Эх, и чего она сегодня такая стервозная? Но помня сегодняшний урок, я упал на колени и уткнулся лицом, в пахнущие розовыми лепестками трусики и, перемежая поцелуи со словами, заговорил, со всей страстью, на какую был способен.

– Я люблю тебя больше жизни! Ты прекраснейшая девушка на свете, и ты моя королева. Я выполню любой приказ, только позволь прикасаться к твоему божественному телу!

– Прекрати! – пытаясь выглядеть, грозно приказала Генриетта и чуть меня оттолкнула. Хотя если в первой ее фразе действительно чувствовалась некая обида, то сейчас она потеплела, мое поведение и сказанные слова ей явно понравились.

– Тогда почему ты после уничтожения предателей помчался к этой своей Луизе, а не ко мне?! – опять в голосе девушки проявилась обида и ревность? Она что начала меня ревновать, хотя изначально прекрасно знала ситуацию? Нет, это не ревность, а все-то же чувство собственности, она не хочет, чтоб ее собственностью пользовался кто-то еще.

– Любовь моя! Прости! – взмолился я, и, растянувшись перед Генриеттой на полу, стал неистово целовать ее ножку. От девушки потянуло чувством удовлетворения и гордости. – Прости меня, хнык, – я пустил слезу для достоверности. – Прости. Я так стремился попасть к тебе, но боялся навести на тебя подозрение, было так много стражи! – я поднял на королеву заплаканные глаза, и оценил её эмоции. Обида давно прошла, а сама девушка просто лучилась счастьем, но продолжала хмурить личико, давая понять, что я еще не вымолил прощение и могу продолжать целовать ее ножки.

Еще минут пять, я продолжал расточаться в извинениях, и комплиментах, покрывая поцелуями тонкие щиколотки и маленькие прелестные пальчики, так что под конец и сам завелся от такой игры и совершенно не хотел ее прекращать.

Потом видимо Генриетте надоело стоять, тем более что мои действия ее явно возбудили и она, освободив ножки, прошла к кровати и уселась на нее. Я поднялся и последовал следом, но услышав капризный голос Генриетты.

– Я тебя еще не простила, – чуть капризно и с блестящими от возбуждения и удовольствия глазами заявила девушка.

Вновь упал на колени и подполз к услужливо протянутой мне ножке. Прямо карма какая-то ответка за Монмон, хотя мне в отличие от Монмон все нравится, разнообразие оно полезно. Точнее изменения в характере Генриетты меня не слишком радуют, но по поводу исполнения ее интимных приказов я ничего против не имею.

– Рассказывай, как ты смог так незаметно все обставить, мне интересно…

Пришлось поведать любопытной Генриетте о перипетиях устранения ее конкурентов, правда, я скрыл свою возможность маскироваться под женщину и сказал, что сумел просто незаметно прокрасться в дом и заминировать кабинет.

– Молодец! Но в следующий раз сразу возвращайся ко мне, и во время слежки за домом мог бы ночевать во дворце, а не, ни пойми где! Ай, проказник, охх…

– Любимая, а позволено ли мне будет узнать, кого завтра казнят? – пользуясь расслабленностью королевы, решил я удовлетворить свое любопытство.