Разочарованные (СИ) - "WeiBe_Lilie"

– Не хочу нагнетать обстановку, но нам жопа, – подытожил Гарри.

– И что ты предлагаешь?

– В жопу этот крестражем. Валим.

– Нет, нам надо… Черт, Гарри, вот же он!

– Да где?

– Прямо под лапой дракона!

– Черт! – повторил за девушкой друг. – Что же делать?

– Придерживаемся плана.

– Но у нас его нет!

– Гарри, это наш шанс! Пока Пожиратели после нашей вылазки охраняют Министерство Магии, мы должны…

– Да, но… я не знаю, как это сформулировать, – схватился Поттер за голову. – Слушай, а огонь дракона может уничтожить крестражи?

– Не знаю.

– Ты ведь говорила, что адский огонь…

– Но это дракон!

– Чем тебе не адская зверушка?

Они могли еще переговариваться и переговариваться, но возня по ту сторону привлекла их внимание.

– Что значит “ключ”? – вопил кто-то. – Это мое хранилище, пустите!

– Надо валить, – первым пришел в себя Гарри. – Того гоблина не хватит надолго. Уверен, она и без палочки его уговорит.

– Но тут чаша!

– И если ты не заметила, напоминаю, огромный огнедышащий дракон!

– Смотри, он весь в шрамах, – замечает Гермиона.

– Ой, ни горячо, ни холодно.

– Я думаю, его специально дрессировали и натаскивали.

– Именно, это машина для убийства. Надо уходить.

– Но за дверью настоящая Белла, – напоминает Гермиона.

– И?

– Думаю, мы украсим собой все газетные полосы, – хихикнула девушка. – Отойди! – она оттолкнула Гарри.

– Стой, – Гарри потянул ее назад, когда увидел, что та направляется к дракону.

– Я знаю, что делаю.

Гермиона вытащила из мантии волшебную палочку, и дракон недовольно зарычал.

– Они этим тебя пугали? – Гермиона указала глазами на древко. И дракон грустно на нее посмотрел, словно понимал. – Я не такая, смотри, – Гермиона сломала волшебную палочку через коленку и кинула половинки к своим ногам. – Можно, я тебе помогу? – девушка осторожно поднимает руки вверх.

Медленные шаги навстречу к монстру. Гермиона даже не дышит, настолько страшно. Но вот дыхание дракона опаляет ее лицо. Нервное сглатывание слюны. И вот она коснулась его морды ладонью.

– Я тебе помогу, – обещает девушка. – Доверься мне.

Быстрые пальцы гладят грубые чешуйки, замечая каждый шрам, каждый порез.

– Как они посмели это с тобой сделать? – шепчет гриффиндорка. – Ты же прекрасен. Такой мощный. Как сама природа, – восхищенно бормочет девушка. – Почему ты не улетел?

Дракон поднял лапу, и Гермиона только сейчас разглядела цепь.

– Живодеры!

Это было глупо, но она все равно подергала цепь в разные стороны, словно ее силы бы хватило.

– Гарри, дай палочку.

– Чтобы ты и ее сломала?

– Дай.

Возня за дверью становилась все громче и громче, а это значило, что время непросто поджимает, а его вообще нет. Но они успели. Секунда в секунду. Когда служащие банка и сама Лестрейндж ворвались внутрь, их в прямом смысле слова смыло золотой рекой. А сами Гарри и Гермиона сидели на широкой спине дракона, крепко держась за выпирающие чешуйки.

– Ты понимаешь, что мы это сделали? – кричит Гермиона, когда дракон сносит очередную стену на пути к свободе.

– Попали на обложку Пророка? – пытается Поттер перекричать шум.

– Нет, – смеется Грейнджер.

– Добыли чашу Пенелопы?

– Нет.

– Что тогда?

– Ограбили банк, – звонко смеется девушка.

– И украли дракона, – вторит ее смеху Гарри.

Было глупо и дальше лететь на драконе. Гарри, конечно, подшучивал над Гермионой, дескать, метла не ее уровень, за что получал толчок локтем в бок. Но это чувство легкой свободы и дикой эйфории закончилось, когда они, взявшись за руки, спрыгнули.

Конечно, Гарри, ведь у него была палочка, замедлил их падение. А практически у самой земли они использовали порт-ключи.

В следующее же мгновение они оказались на какой-то поляне.

– Ты это сделала, – Гарри восхищенно посмотрел на нее.

– Мы, – Гермиона поправила его, а затем убрала за ухо все еще черную прядку волос. Зелье должно было спасть с минуты на минуту.

Возможно, это уже такая традиция, отмечать страстным поцелуем мини победу, выплескивая адреналин. Но Гарри сам не понял, кто к кому потянулся первым. Оба признали тот факт, что сейчас они были практически одного роста.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Не понял, – донесся до них голос, и они тут же отпрянули друг от друга, судорожно ища палочки.

– Рон? – удивленно спросил Гарри. – Что ты тут делаешь?

– Понимаю, что зря катил бочку на Гермиону. У тебя же… черт, это что, правда Беллатриса?

– Нет, Рон, это я, Гермиона.

Рон не сразу понял и не сразу поверил. И вообще не принял это. Даже когда Гермиона стала самой собой, он молчал минут пять.

– Ну вы и извращенцы, – только и смог сказать Рон.

Никто не задавал ему лишних вопросов, наподобие, как он их нашел и почему решил вернуться. Они просто были рады. Трио снова стало Трио, но уже не Золотым. Потускнели.

– Ну что, Рон, не хочешь уничтожить крестраж? – спросил Гарри.

– Нашли?

– Уже второй, – горделиво улыбнулся Поттер.

Чаша лежала на траве, беззащитная. И это пугало. Гермиона порылась в сумочке и достала меч, который протянула Уизли. Тот попытался его взять, но не смог. Буквально – не смог. Но Гарри и Гермиона подумали, что ему стыдно или неловко.

– Все в порядке, – подбодрил Поттер и похлопал друга по плечу.

– Вы заслуживаете больше, – Рональд сделал несколько шагов назад.

И Грейнджер с Поттером это сделали. Еще один крестраж был уничтожен под испуганные крики птиц.

– Осталось три, – шепотом говорит Гарри.

– Уже? – удивляется Рон.

– Ну, по большому счету осталось найти диадему. Но я тут не знаю, как быть, – грустно сказала Гермиона. – Может, стоит повторить путь Сами-Знаете-Кого?

– Это вызовет много подозрений у Волан-д…

– Стой! – кричит Рон. – Не называй по имени!

– Я давно его так зову, – возражает Гарри.

– Пожиратели сделали ловушку, – сказал Рон. – Только Орден называет его так. И теперь, если кто-то произносит его имя, тут же появляются Охотники.

– Охотники? Как Охотники за головами?

– Смейся сколько хочешь, но Макгонагалл сказала, что троих не досчитались на Гриммо.

– Ясно, – эхом откликнулся Поттер.

Рон вернулся, но ничего не встало на свои места. Они словно приглядывались друг к другу, словно ожидали подвоха.

Неделя. Семь дней и восемь ночей Рон был примерным. А на восьмой день, пока Гарри был на дежурстве, охраняя их очередной перевалочный пункт, Гермиона была разбужена Роном, который решил ей все высказать.

– Ты целовалась с Гарри!

– Рон, это не твое дело!

– Я думал, у нас отношения.

– Ты бросил нас!

– А ты сразу бросилась к нему.

– Тебя это не касается, – убийственно шепчет девушка. Почему ситуация кажется ей знакомой. Знакомой до боли.

– Что ты позволяла ему, что не позволяла мне?

– Отстань, – она скинула его руку и попыталась встать, чтобы сменить Гарри. Все равно сон был уже испорчен.

– Не так быстро, – остановил Рональд девушку. Его рука, ранее сжимающая плечо, стала спускаться ниже, пока не сжала полушарие груди.

– Не смей.

– А то что, Гарри снова мне нос сломает? – ухмыльнулся Рон.

– Я тоже могу за себя постоять, Рон.

– Правда? – он чуть сильнее сжал грудь. – Тебе нравится так или вот так? – он уже стал поглаживать сосок или то место, где он находился по мнению Рона.

– Мне нравится, когда это делаешь не ты, – резким взмахом руки она все же смогла убрать ладони рыжего.

– Ты спала с ним, верно? – Она лишь отвела взгляд. – Поверить не могу, пока я за тебя переживал, ты трахалась с моим другом.

– Это было всего один раз, – ощетинилась девушка.

– Как жаль, что я испортил вам второй.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Зачем ты вернулся? – Гермиона уже давно терзалась этим вопросом.

Рон долго думал над ответом, но Гермиона его не торопила. Неужели сейчас она узнает правду? Любопытство. Оно ее и сгубило. Как и острый язык.