Одержимость. Семь ночей с незнакомцем (СИ) - Бетти Алая

— Да ясно всё… если бы тебя рвали на части чувства к двум мужчинам, ты бы иначе себя вела. А ты спокойна, как удав, — заявляет Юлька, — и мне стало понятно, что мужчина один.

Таращусь на подругу. Юлька такая умная! И всегда меня поддерживает.

На следующее утро я вся в смятении. Сомнения пожирают мою душу. Нет аппетита, я совсем подавлена. А ледяной взгляд Абрамова вообще вышибает дух из тела.

Поговорить… всю лекцию я думаю о том, как и что сказать?

Это так странно…

— ЮДИНА! — гаркает на меня, я аж на месте подпрыгиваю, — в чём дело, Яна?

Молчу. Кусаю губы.

— Не отвлекайся, — произносит уже теплее.

А когда звенит звонок, у меня желудок в пятки падает.

— Янка, давай! Всё будет хорошо. Мужайся! — подбадривает меня Юля.

— Угу, — дрожащими руками собираю ручки и тетрадки в рюкзак, на негнущихся ногах приближаюсь к своему любимому мужчине.

Он точно меня ненавидит! Или думает, что я вообще больная на всю голову. Он что-то пишет в журнале, а я стою и жду, пока все покинут аудиторию.

— Владислав Львович, — пищу, ненавидя себя за трусость.

Он даже не смотрит в мою сторону! Боже! Я же всё разрушила!

— Да, Яна? — сухо бросает.

— Мы можем поговорить? — сиплю.

Абрамов собирает свои бумаги, складывает в портфель. Встаёт, нависает надо мной.

Затем направляется к двери. Это что значит? Меня только что бросили? Еле держусь, чтобы не расплакаться.

— Яна! — слышу его голос, резко разворачиваюсь, — чего стоим? Пошли, поговорим в моей машине.

— Хорошо! — выпаливаю и бегу за ним.

Абрамов словно скала: большой и неприступный. А я так хочу… его…

Верно! Я очень хочу быть его, принадлежать ему целиком. Что же делать?

— Садись, — открывает мне дверь, осматривается.

Ныряю в огромную машину Влада. Прикрываю глаза от удовольствия. Абрамов садится рядом.

— Пообедать хочешь? — спрашивает, а я пытаюсь найти в его спокойном голосе хоть нотку нежности.

Вчера он был совсем другим. С ума схожу от этих перемен. Мне нужна его доброта и ласка! Он нужен.

Всхлипываю.

— Что случилось? — вздыхает так, словно я его достала уже.

— Простите, — размазываю слёзы по щекам, — мне так жаль…

Он сначала смотрит на меня. В глазах мужчины промелькивает боль. Затем рывком прижимает меня к себе, касается губами лба.

— Беда ты моя… так, Яна, успокойся и сядь ровно, — слышу злость в его голосе.

Быстро подчиняюсь. Гляжу вперед и вижу Борункову. Она курит. И злобно глядит прямо на нас.

— Блядь, — Влад зарывается пальцами в волосы, — пиздец. Прости, Ян. Но теперь мы точно поедем обедать.

Мужчина даёт по газам. Вижу, как играют его желваки. Я сама перепугалась, ведь понимаю, что эта женщина просто так нас в покое не оставит. Терзаю пальцами свой рюкзачок.

— Приехали, — Влад ставит машину напротив ресторана.

— Эээ, — таращусь на явно недешевое место, — меня отсюда не выгонят?

— Нет, — смеется мужчина, — вылезай и пошли есть.

Он намеренно не затрагивает больную тему? Даёт мне почувствовать себя в безопасности?

— Яна! — гаркает, я вылетаю из машины и бегу к мужчине.

— Простите.

Находясь рядом с Владом, я просто таю. Ничего поделать не могу. Он такой большой, сильный, надёжный. Что же со мной не так?

Абрамов выбирает столик у большого панорамного окна. Приятная девушка приносит нам меню.

— Тут цен нет, — таращусь на странные названия.

Абрамов усмехается.

— Зато есть картинки.

И правда! Блюда на них очень аппетитные.

— Попробуй улиток. Они здесь их хорошо готовят.

Прячу своё пунцовое лицо в менюшке. Затем делаю заказ. Улиток в ореховом соусе, какой-то салат и чай.

Официантка уходит.

Влад внимательно смотрит на меня.

— Ну что, моя беда, давай рассказывай.

Глава 33

Яна

Абрамов смотрит мне в глаза. Спокойно, совсем не давит. А я ёрзаю на стуле, совершенно не знаю, с чего начать…

— Вчера, — облизываю губы, — в общем, всё не так, как вы… ты… подумал.

— Ты меня боишься? — тихо спрашивает.

В его глазах что-то нечитаемое. Но я вижу те самые искорки нежности, которые так сильно трогают сердце.

Верчу головой. Нет…

— Тогда что случилось?

— Я испугалась. Всё тело одеревенело и…

Когда я прокручивала свой монолог в голове, он звучал убедительнее. В общем, набираю в грудь побольше воздуха и просто выпаливаю всю информацию Абрамову.

Безумно краснею и стесняюсь, но рассказываю всё. Начиная с Пашки и его приставаний в машине, заканчивая паникой в постели с Владом. Когда я замолкаю, взгляд Абрамова не меняется.

Но на губы ложится лёгкая ухмылка.

— Что смешного⁈ — возмущаюсь.

— Ничего. Просто я думал, дело во мне, — он накрывает мою руку огромной ладонью, слегка сжимает.

По телу врассыпную бросаются мурашки.

— Ваш заказ, — официантка возвращается с подносом, — приятного аппетита.

— Спасибо, — я не могу отвести взгляд от Влада.

— Ян, я подожду. Не нервничай так, — он нежно смотрит на меня, — не животное же какое.

— Я и не думала, — бормочу.

— Ешь! — командует, — пока горячее.

Я уплетаю за обе щеки. Улитки и правда очень вкусные! Салатик свежий. Мда, нам с мамой о такой еде лишь мечтать.

— Ян, я вижу, как ты себя накручиваешь, — хмыкает Абрамов, делает глоток чая.

— Мне хорошо с тобой! — выпаливаю внезапно даже для себя.

Просто срывается с губ.

— Мне с тобой тоже.

— И… — я снова начинаю нервно ёрзать на стуле.

— Что?

Влад вообще честный человек. Он задаёт прямые вопросы, не терпит загадок и не понимает женские мытарства.

— Я бы хотела, чтобы наши ночи продолжились, — тихо говорю, судорожно вспоминаю Юлькины советы, — так чувствую себя в безопасности.

— Ты уверена? — он совершенно спокоен.

— Да. Ты сказал, семь ночей. И я хочу, чтобы ты исполнил свой план. Ведь понимаю, что отношения у нас вряд ли получатся…

— Почему? — снова прямой вопрос.

— Это очевидно, — вздыхаю, — где я и где ты. Я обычная девчонка из бедной семьи с кучей проблем. Зачем такому…

— Ян, я совершенно обычный, — усмехается Влад, достаёт сигарету, — ведь тоже с золотой ложкой не родился. Я из очень бедной семьи. И примерно в твоём возрасте начал работать.

— Где? — мне очень интересно заглянуть за завесу души ледяного «авторитета».

Ведь я знаю, какой он внутри горячий и ласковый.

— Где только не работал. И курьером, и стоял у метро листовки раздавал. А потом из-за конфликта с руководством меня выгнали из института.

— Оу… и что за конфликт?

— Я отказался платить взятку за экзамен. Пошёл к ректору, — вздыхает мужчина, — но меня выперли.

— Ничего себе! — в голове не укладывается.

— Но именно тогда я понял, что жизнь на этом не заканчивается. Образование — один из столпов твоей личности, но не основной. Пошел в армию, именно там из меня сделали мужчину. А потом вернулся, поступил в другой институт, уже экономический. Закончил с отличием.

Я слушаю его рассказ и погружаюсь в историю непростого человека. Влад открывается передо мной, а я чувствую необходимость записать свои чувства… но сначала дослушаю.

— Я понимал, что в первый раз бы точно не получил красный диплом. Потому что в семнадцать лет ты оболтус, объективно мало кто понимает, чем хочет заниматься.

— И ты понял в армии?

— Да. У меня был очень грамотный сержант, поставивший меня на ТМЦ. И я отлично управлялся с деньгами. Он потом себе иномарку купил.

— Ты мухлевал⁈

— Тогда все так жили, Яна. Я лишь пробовал кое-какие схемы. И потом они здорово мне помогли. Ведь весь маркетинг обеими ногами стоит на лжи. Ты строишь привлекательные образы, чтобы люди приходили и покупали твой товар или контент. Лжёшь от и до.

— Я не…

— Дослушай, милая, — нежно шепчет мужчина, — но потом я увидел тебя. И весь мой мир перевернулся. И вдруг я понял: можно сделать твою искренность фишкой. От твоих песен мурашки по коже. Ты невероятная, Яна. И у тебя огромный потенциал.