Ровно в полночь (ЛП) - Уэбстер Кристи

— Знаешь, признаться, я ожидал куда больших запросов.

И снова в его глазах вспыхнули искры злорадства. Он явно преследовал свою скрытую цель.

— Я великодушен.

— Люциан этого не одобрит, — произнес я с торжествующей улыбкой. — Его маленький брат заключил контракт с Константином. Уверен, что мне не стоит подождать его подписи?

— Не оскорбляй меня, Уинстон, — рыкнул Лео. — Ты толкаешь меня, черт возьми, а когда меня загоняют в угол, я отвечаю тем же.

— Гнев всегда был ахиллесовой пятой твоей семьи, — констатировал я, покачав головой. — Он опьяняет ваш разум, заставляет мстить, не обдумывая будущие шаги, — я допечатал контракт и отправил на печать. Перри кивнул и вышел из конференц-зала, чтобы забрать бумаги из принтера. — Запомни мои слова.

— Пошел ты, Константин. Думаешь, ты Бог в этой башне, возвышающейся над городом. Словно живешь в облаках… — он фыркнул от отвращения. — Кстати о них. Твоя голова так затуманена ими, что ты не видишь, как дьяволы делают внизу всю грязную работу. Крадут кирпичи из твоего фундамента. Я с нетерпением жду того дня, когда ты падешь.

Я взглянул на часы, просто чтобы этот ублюдок подумал, что у меня есть более важные дела, и лишь потом встретил его разъяренный взгляд.

— В твоей истории есть одна накладка, малыш Лео, — я одарил его одной из своих лучших улыбок, какие приберегал для своих встреч, на которых уничтожал людей одной подписью над пунктирной линией. — Когда ты Бог, то видишь… все.

— Почаще оглядывайся через плечо, — рыкнул Лео.

По телу прошла дрожь ликования, что он не кинул мне имя Эш в качестве угрозы. Контракт уже успешно склеил его рот скотчем. Лео действительно очень хотел это здание. К несчастью для него, оно недолго будет принадлежать их семье.

— Всегда, — непринужденно отозвался я.

Морелли были тараканами в моем городе. Может, их было и много, но все одинаково прекрасно давились под подошвой моих кожаных итальянских туфель.

— Держи, — сказал Перри, возвращаясь в конференц-зал и протягивая мне договор.

Я бегло проглядел его, а потом передал через стол Лео.

— Это соглашение лично между нами. Фактическая продажа здания пройдет утром в присутствии моего адвоката.

Лео не торопился, вчитываясь в каждое слово, словно это могло меня смутить. Я не был одним из тех идиотов, обожавших словоблудие, чтобы потом поймать на нем соперника. Нет, я предпочитал наказывать их старым добрым способом: результатами своей тяжелой работы и настойчивости. Я получу обратно свое здание, плюс проценты. А когда я скуплю весь этот чертов квартал, Люциан вытянет потраченные миллионы у Лео из задницы. К тому же, благодаря нему они станут беднее. Я не дам Перри или Китону выступить против Морелли в одиночку. Только через мой труп.

— Ручку, — буркнул Лео Трентону.

Тот достал одну из переднего кармана пиджака и протянул Лео. Нацарапав свое имя на последней странице, Морелли протянул бумаги мне. Я достал собственную ручку, которая, вероятно, стоила больше, чем весь его костюм, и оставил свою размашистую роспись, используя привычные завитушки при написании фамилии.

— С тобой приятно иметь дело. А теперь вынужден извиниться, но мне пора зарабатывать еще больше денег, — я кивнул Лео. — Люциану от меня привет.

Младший Морелли хмыкнул, а потом выскочил из зала, словно за ним гнались. Услышав звон лифта и удалявшиеся голоса, я облегченно выдохнул.

— Выглядишь так, будто все показалось тебе простым, — отметил Перри, нахмурившись. — Но Лео же только что тебя обставил. Или нет?

— Ты учишься, малыш, — заметил я с гордой улыбкой. — С завтрашнего дня мы начинаем обследовать каждое здание, окружающее «Бэлтридж» и живущих там арендаторов. Мы разрушим их империю в том квартале, вот увидишь.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся он.

— К тому же, он купил именно «Бэлтридж Плаза». То самое здание, которое я вырвал из стальной хватки Дункана Бэлтриджа два года назад. Дункан все ждал возможности вернуть его обратно, поскольку оно принадлежало его семье с тысяча девятьсот десятого года. Уверен, что он чувствует себя униженным, работая в здании, которое прежде было его собственным, а теперь в лапах Константина, — я замолчал, улыбнувшись Перри. — Представь, как он разозлиться, узнав, что я продал здание Морелли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Клянусь, тебе больше нравится играть с людьми, чем зарабатывать настоящие деньги.

На это я рассмеялся, причем искренне.

— Это точно мое любимое хобби.

— Садистский ублюдок, — бросил он мне, покачав головой и борясь с улыбкой.

Я еще сделаю из этого мальчишки мужчину.

— Я собираюсь сделать Дункану предложение. Показать, как он может выкупить свое здание.

— Звучит довольно сложно, — брови Перри поползли вверх.

— Все довольно просто, братишка. Я заставлю Дункана сделать всю грязную работу, и как только он добьется успеха, выполню обещание.

— А потом…

— Ты быстро учишься, — я хищно улыбнулся. — А потом я заберу обратно свое здание.

— Столько телодвижений, когда ты с самого начала мог сказать «нет».

— Это отвлечет Лео. Займет Дункана. И обезопасит Эш.

— Тебе и правда приглянулась эта цыпочка, — нахмурился Перри.

Я задумался над его словами, а затем тяжело вздохнул.

— Поэтому я должен сделать все возможное, чтобы защитить ее, — я встретил его взгляд. — Мне никогда раньше никто так не нравился. И увидев мою слабость, все захотят использовать ее против меня.

— Я прикрою твою спину, приятель.

— Конечно. Ты же Константин, — я пронзил его тяжелым взглядом. — Ни слова не должно пойти дальше этой комнаты. Единственные, кому может довериться Константин — это люди одной с ним крови. Никогда не забывай об этом.

— Никогда, Уинни.

Мне было приятно, что брат решил исправиться и встать на путь Константинов — мой путь. Он еще заставит нашу семью гордиться. И меня в особенности. Я никогда не планировал заводить детей, потому испытывал облегчение, что теперь Перри однажды сможет занять мое место, как сделал бы мой сын. Папа бы это одобрил.

— Ты сегодня отлично справился, Перри.

— Правда? — его голубые глаза сверкнули удивлением.

— Продолжай в том же духе и когда-нибудь займешь кабинет Нейта.

На его лице отразилась напомнившая мне об отце решимость, ожесточив юные черты.

— Я тебя не подведу. Я справлюсь.

— Я знаю. Константины не могут быть слабыми. Мы — кровь, текущая по жилам этого города. Может, ты и молод, но все же один из нас.

Глава 16

Эш

Мэнди скоро должна была подъехать, а Уинстон так и не выходил на связь, заставляя меня волноваться. Только вот я не должна была. Ведь знала, что он мог постоять за себя, но ничего не могла с собой поделать. Уинстон был олицетворением торнадо в моей жизни, но я не жаловалась. Он давал мне средства на существование, убежище для моей птицы и защиту от моих сводных братьев. В каком-то смысле Уинстон стал моим героем. Темным героем в черном плаще, сверкавшем злодейской ухмылкой и одержимым желанием загнать всех под свой каблук. По какой-то причине я привлекла его, что в мире Уинстона Константина было просто невероятным.

Отказываясь анализировать все это, я сосредоточилась на своем наряде. Мэнди сказала, что это будет простой ужин, но мы обе прекрасно знали, что наши понятия о «простом» расходились. В конце концов, я остановила выбор на белом шелковом платье с V-образным вырезом от «Valentino». Длинные рукава-фонарики смотрелись забавно, а короткая длина добавляла сексуальности. К тому же это платье буквально кричало о деньгах, что — как я знала — Мэнди обязательно оценит. Я надела белые кожаные босоножки от «Джимми Чу» на танкетке. С достаточно высоким каблуком, чтобы добавить моим икрам элегантности, но не так, чтобы я из-за них могла сломать шею. Я была готова расцеловать Карли за идеальный и разумный выбор. Если бы одежду мне выбирал Уинстон, кто знал, во что бы мне сейчас пришлось втиснуться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})