Научи меня плохому (СИ) - Фрес Константин

И это было по-настоящему страшно - то, с какой методичностью он исполнял все просьбы Крис, и с каким терпением ожидал своей награды. Алекс даже не пытался прикоснуться к девушке - потом, все потом. Он возьмет все потом и сразу, говорили его одержимые, безумные, голодные глаза. Да-да, детка. В этих самых трусиках, которые не скрывают ничего. Всю ночь напролет.

- Хорошо, - ответила Крис в тон ему, спокойно, холодно и буднично, словно речь шла о работе. А в мозгу ее уже воспламенялись картинки, одна развратнее другой, между ног вес ныло и горело, пульсировало, будто Алекс уже касается там своим  языком и толкается настойчиво чуткими пальцами, отыскивая точку, от прикосновения к которой в крови Крис разольется огонь, и она закричит, выгибаясь в сладких судорогах.

Разумеется, всей этой подноготной правды Ричард не знал.

И потому когда в один прекрасный день Алекс появился на пороге офиса Ричарда и бесцеремонно ухватил Крис за руку, Ричард подскочил и взорвался:

- Эй, вы, двое! Да что, черт подери, происходит?! И ответ «ничего» не устроит меня!

- Конечно, ты должен знать, - покладисто ответил Алекс.

Впервые за неделю он подошел к Крис очень близко, вплотную, прижался к ней более чем откровенно бедрами и по-хозяйски ухватил ее за ягодицу, да так, что девушка подпрыгнула, вскрикнув.

- Ты что себе такое позволяешь?! - Ричард даже осип от изумления. - В моем офисе!..

- Я в своем праве, - ответил Алекс безразлично. - Мы с Крис кое о чем договорились. И свою часть договора я выполнил. Ричард - познакомься: это - твой новый партнер… по крайней мере, станет таковым через полчаса, если поторопимся.

- Что!? - выдохнул изумленный Ричард. - Кристина!?

- Майлз дал свое согласие передать ей бразды правления. Он слегка не в форме, ты же знаешь. Обо всех формальностях я позаботился. Несколько врачей обследовали его и, несмотря на множественные переломы, голова у него оказалась крепкой. Они подтвердили его вменяемость, и ради такого важного дела, как передача прав, он на сегодня отказался от обезболивающего. Давайте поторопимся, нехорошо его заставлять ждать и страдать еще больше.

- Черт! - выругался Ричард. - Нет, с этим я согласен, это даже неплохой выход, но что ты вытворяешь, что это за неуважительные жесты? Несомненно, Кристина тебе должна быть благодарна, но…

- Она и будет благодарна, - ответил Алекс сухо, рассматривая смущенную девушку и прижимая ее к себе крепче, так, что она ощутила - он уже возбужден и ему не терпится разодрать упаковку на своем вожделенном призе… - И именно в той форме, о которой ты подумал.

- Дьявол тебя раздери, но это низко! - завопил Ричард. - Ты поступаешь омерзительно! Ты… Кристина, он не имеет права тебя заставлять, это гнусное насилие! Никакая фирма не стоит этого!

Алекс выразительно вскинул брови, глядя девушке прямо в глаза. Он не ответил беснующемуся Ричарду ни слова, он ждал того, что скажет Кристина.

- Это не насилие, - через не могу выдохнула Кристина. - Это договор.

- Но ты не должна  его выполнять! Это же черт знает что! Это унизительно! Не должна!..

- Алекс, ты не можешь быть таким подлецом! Откажись! Черт подери, ты же можешь что-то сделать бескорыстно?!

- Я слишком многое сделал, чтобы теперь отказываться от заслуженной награды, - промурлыкал Алекс, щуря глаза.

«Да, Ричард, это унизительно, - подумала Крис. -  Но Алекс выполнил свою часть…»

- Должна, Ричард, - ответила девушка, осмелившись, наконец, поднять взгляд на Алекса. В его глазах она увидела удовлетворение. Он был доволен, что она признала его власть над ней перед Ричардом. Ревнивый сукин сын… - Но, кажется, мы еще кое о чем договаривались?

- Самый важный пункт, - ответил Алекс ей в тон, - в койке. На сладкое. Ну, собирайтесь!

Глава 8

В руках Крис была папка с документами. С подписанными документами, в которых значилось - именно она теперь глава фирмы. С правом подписи.

Ее права были подтверждены в присутствии адвоката, нотариуса, пары свидетелей, Ричарда - от злости он искусал себе все губы, - и Алекса.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Как только Майлз подписал бумаги, старательно выводя буквы здоровой рукой, Ричард тотчас же бросился уверять его, что он не оставит Крис, поможет ей во всем.

А Алекс просто взял ее под локоть и утащил вон из палаты. Крис в последний раз оглянулась на отца - тот лишь бессильно поднял руку, словно провожая дочь. Или прощаясь.

От этого Крис стало жутко. Она попыталась остановиться, воспротивиться воле Алекса, но тот взглянул на нее с удивлением, будто она наставляла на него пистолет.

- Твой отец доверяет мне, - произнес Алекс. - Я смог убедить его, что не причиню тебе вреда, и что ты можешь полностью положиться на меня. Тебе нечего опасаться. Сделка чистая.

«Да я не этого опасаюсь!» - вопило все существо Крис, но остановиться она уже не могла.

 Кружевные трусики, что купил ей Алекс, впивались в ее кожу. То ли так задумано, то ли Алекс нарочно купил на размер меньше. Половые губы выскальзывали в прорезь, и, чуть сдавленные кружевами, ужасно набухли и горели. Пока могла, Крис поправляла на себе неудобное белье. Впрочем, почему неудобное. Очень удобное - если лечь на спину и развести в разные стороны ноги…

Алекс снова притащил ее к себе. В свой дом. В свой лофт - и теперь его постель была белоснежной, невинной, нетронутой… Словно все что было до сих пор, не считается. Он устроит ей ночь мук, растерзает, разорвет?! От этого Крис бросило в дрожь, но она не смогла оценить все, все обдумать, Алекс варварски запустил пальцы в ее волосы на затылке и жадно поцеловал, так, что бумаги веером попадали из ее рук на пол.

На пороге яростно содрал с нее плащ, туфли, строгий офисный пиджак. Его руки скользнули по белой блузке, по горошинам сосков, которые угадывались под тканью, и Крис услышала его тяжелое возбужденное дыхание. Алекс, все это время сдерживающий свое дикое желание, наконец, добрался до вожделенного тела…

Его ладони скользнули по ее талии, по бедрам, и он рывком задрал юбку на девушке, чтобы ощутить под своими пальцами кружевные резинки чулок. Он крепко сжал ее ягодицы горячими пальцами, и Крис изогнулась, отстраняясь от его жадных губ.

- Последний пункт, - выдохнула она, прижимая свои пальцы к его неистовым, жадным губам, которые искали ее тела, ее ласки, ее сладости. - Последний пункт!

Алекс, яростно взревев, швырнул ее на постель. Юбка была сорвана с бедер девушки, Алекс жадно целовал  колени Крис, выше, выше, судорожно сжатые бедра, крохотный треугольник меж сжатых бедер, дрожащий живот…

- Последний… - она сопротивлялась его ласкам, в которые ее затягивало, словно в болото.

Алекс проглотил слова ее слабого протеста, и Крис почти покорно приняла его поцелуй -одержимый, сладкий, развратный настолько, будто Алекс ей пальцы запустил меж ног, и девушка начала поскуливать, извиваясь в его крепких руках.

- …пункт…

Алекс через силу оторвался от ее губ, тяжело дыша, все еще наслаждаясь ее ароматом. Ткнувшись мокрым лбом в живот девушки, он некоторое время искал телефон. Нашел - и рывком поднес его к лицу Крис.

- На, смотри.

На экране кричала и плакала мать. Было плохо слышно, но крайне понятно - ее выгоняют из дома. Выкидывают ей вслед ее кофточки, вывалившиеся из чемодана. Впрочем, Крис была не уверена в искренности эмоций родительницы. Та просто разводила руками и громко голосила. Какие-то люди в форме отталкивали ее от ворот роскошной белой виллы - на фоне синего моря та казалась призрачным и прекрасным замком Фата Морганы. Роскошный дом… На миг Крис вдруг поняла мать. Жить в таком, обладать таким - это мечта. Дышать морским запахом, смотреть на закат в волнах… Это больше, чем мечта. Эта сама жизнь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Но это мой дом, - кудахтала мать, тараща глаза в невидимую ей камеру, а стражи порядка тащили ее прочь, уверяя, что она находится на чужой охраняемой территории.

Алекс, устало отстранившись от Крис, стаскивая с напряженных плеч рубашку, кинул девушке ключи. Они упали темными кусочками метала на белоснежную простынь, около ее бедра, чуть слышно звякнув, и Алекс исподлобья, обиженно и устало, глянул на Крис.