Без оглядки (СИ) - Гринвэлл Ольга

От подобных мыслей Лику отвлёк скрип двери.

— Мама?

— Личка! Это ты?

Лидия бросилась с объятиями к дочери.

— Ты бы хоть сказала, что приезжаешь. Мы бы с отцом что-нибудь для тебя особое приготовили.

— Ма, ну я на самом деле ненадолго. Так, заехала поздороваться.

— Ой, — женщина расстроилась. — Ну как же так. Одна уехала по-быстрому, теперь ты.

Лика закатила глаза.

— Только не надо меня сравнивать с какой-то там очередной подружкой Алекса.

— Лика, Верочка вовсе не очередная подружка. У Сашки с ней все серьёзно.

Лика передернула плечами.

— Ну конечно. У него и с Бэллой было серьёзно.

— А с этой он разводится. Да…

— Лучше бы он вообще на ней не женился, на этой шлюхе.

— Лик… — Лидия покачала головой. — Ну что за слова, доча?

— Ладно, — девушка оправила свою чёрную юбку-карандаш и прошла на кухню. — Давай тогда хоть чай попьём с тобой. Мне ещё восемь часов ехать. Как папка?

— Твой папка поехал на охоту с мужиками. Одна я тут. В больнице теперь некому помочь. Раньше Верочка помогала.

— Опять ты про свою Верочку. Что-то она мне совсем уже разонравилась. Брательник только о ней и говорит, да ещё и ты теперь.

— А у меня на сердце неспокойно. Что-то прям щемит и щемит.

— Карты раскинь, и все сразу встанет на свои места. — Лика налила в чашку чай из заварочного чайника.

— И то правда. — Лидия встала и потянулась за красной картонной коробкой, лежавшей на полке. Открыв её, достала небольшую бархатную скатёрку и изрядно потертую колоду карт.

— Ма, может, тебе новую колоду подарить?

Лидия махнула рукой.

— Лик, у меня много разных колод, но эта всегда говорит правду.

Девушка весело рассмеялась.

Лидия разложила карты. Долго в них всматривалась.

— Почему? — Прошептали её губы.

— Что?

— Он будет один. Сашке-то будет тяжело. Что за тяжелую ношу-то он несёт? Вот видишь десять жезлов? За всех ему достанется.

Лика хмыкнула.

— Ну это и без карт ясно.

— Но я смотрю, он будет до конца сражаться. Лик? — Лидия посмотрела на дочь. — Ну что там у него?

— Ой, мам, даже не спрашивай.

— Ну а тут вообще тебе и башня с дьяволом, и дурак. Посмотри, что творится?

— Мам, ну что смотреть-то? Картинки, они и есть картинки.

— Все рухнет и очень быстро из-за его неправильного образа жизни. И с Верой что-то тут непонятное. Смотри, пятерка жезлов. Потеряет он её. И страдать будет. Очень.

Лика потянулась к шкафчику за печеньем. Она хоть и посмеивалась над матерью, но помнила, что когда мать гадала, то все всегда сбывалось.

— А ты на эту Веру и погадай. — Лика засунула печенье в рот, запивая его чаем.

Лидия по новой разложила карты.

— Ничего хорошего я тут тоже не вижу. За что же им так, моим деткам? — Запричитала женщина.

— Вообще-то, одна из твоих деток — это я.

— Ну вот. У нашей Верочки нестабильность, слишком она уж позитивная. Ей бы к реальности поближе. Это у неё здесь двойка мечей. Как слепой котёнок прям. А вот и пятерка динар — работать будет много и тяжело. Как бы я хотела ей помочь… А здесь беда одна: четверка чаш — горечь, разочарование и тройка мечей. Эх. Разбитое сердце. Это что ж, Сашка наш… Да нет, его карты говорят, что тоже страдать будет.

Лика закусила губу. Наверное, действительно должно что-то случиться.

— Ладно, мам, давай тогда просто погадай. Ну на себя хотя бы. У тебя-то, слава богу, все течёт как река Зея.

Лидия рассмеялась. Разложила карты. Потом побледнела и сгребла их обратно.

— Мам? — Лика поперхнулась чаем. — Ты что?

— Все. Закончим на этом.

— Ты что-то плохое там увидела, да, мам?

— Нехорошее, — буркнула женщина. — И башню, и судный день, и смерть.

Лика встала, обняла мать, прижалась к её спине.

— Я слышала, что нельзя так много гадать. Карты начинают врать.

Лидия погладила Лику по руке.

— Да, ты права. Я тоже где-то об этом слышала.

Лицо женщины оставалось по-прежнему печальным и озабоченным невеселыми думами.

Лика уже подъезжала к Калгари, когда позвонил брат. Она сначала не собиралась отвечать на звонок (по радио передавали интересную передачу), но потом смилостивилась над братом. Как-никак они были близнецами, а значит, и самыми близкими друг для друга людьми.

Алекс сначала расспрашивал Лику, как долго она собирается оставаться в Калгари, спрашивал, когда приедет Ли, её муж, какие у них планы. Наконец, устав его слушать, девушка прямо спросила.

— Алекс, что ты ходишь вокруг да около, говори по делу — у меня тут радио-шоу.

— Лик, Вера сейчас в Калгари. Я очень переживаю за неё. Ты не могла бы присмотреть за ней. Она такая ещё…

Лика присвистнула.

— Ты хочешь, чтобы я у неё в няньках была? Слишком много чести для этой принцессы.

— Лик, постой, неужели тебе это так сложно? У девчонки нет ни денег, ни одежды толком, даже еда, наверное, кончается.

— Как так? Ты что, Сашка, с дуба рухнул? Отправил малолетку одну в другой город без ничего. Или ты думаешь она телом заработает?

Лика скорее почувствовала по изменившемуся голосу брата, что жутко разозлила его.

— Даже не упоминай это. Какая грязь…

— Грязь? Ты всю жизнь резвился с ванкуверскими давалками. А теперь грязь?

— Вера, она совсем другая. Ты поймёшь сама, когда увидишь ее.

— Я ещё не дала согласие.

— Давай сейчас.

— Ну ладно… Где она?

Алекс назвал адрес.

Вера сидела у себя в комнате и смотрела телевизор. На улице было достаточно прохладно. Погода Калгари значительно отличалась от погоды в Британской Колумбии. Да и настроения у девушки совсем не было. То, что Алекс упаковал ей в чемодан из продуктов, уже закончилось, и ей так хотелось есть, что живот аж сводило судорогой. Наверное, надо все-таки спуститься вниз, в ресторан, и поесть чего-нибудь горячего. Девушка решительно встала, надела свитер потеплее и, расчесав свои густые волосы, вышла из номера.

В ресторане было тихо, лишь пара молодых людей ужинали. Девушка села за столик в углу. Официантка её заметила не сразу. Она разговаривала по телефону и, как показалось Вере, говорила она на русском языке. Повесив трубку, она направилась к девушке. У неё было приветливое лицо, хотя по глазам можно было увидеть, что она устала.

Она поздоровалась и спросила, что бы Вера хотела заказать.

— У меня немного денег, — сказала она. — Может быть, какой-нибудь салат?

— У нас есть салат «Цезарь» и «Зелёный салат», — ответила официантка.

Вера увидела, что на кармане чёрной блузки девушки было написано «Татьяна».

— Вы говорите по-русски? — Спросила она.

— Да.

— Извините, Татьяна, — Вера быстро перешла на родной язык. — Не могли бы Вы мне помочь?

Женщина удивленно подняла брови.

— Я только недавно здесь, в этом городе, ничего и никого не знаю. Мне срочно нужна работа. Может быть, в этой гостинице можно как-то устроиться? Я могу и убирать, и посуду мыть…

— Ну я не знаю, — Татьяна слегка нахмурилась, задумавшись. — Надо поговорить с генеральным менеджером. Приносите завтра документы.

— Документы? Какие документы? У меня только российский паспорт.

Официантка усмехнулась.

— Чтобы здесь устроиться на работу, должна быть рабочая виза, номер социальной страховки и резюме. А так никто в Канаде на работу просто не возьмёт.

По-видимому, Татьяна увидела промелькнувшую панику в глазах Веры.

— Тебя как хоть зовут?

— Вера.

— А как ты сюда попала-то?

— Это долгая история.

Татьяна пожала плечами.

— Я бы рассказала, но у меня нет времени. Мне надо все обдумать теперь. Правда.

— Ты голодная, что ли?

Девушка кивнула.

— Погоди. Я сейчас посмотрю, что у нас там на кухне осталось. Пришлю тебе в номер. Ты в каком остановилась?

Вера назвала номер комнаты.

— А завтра я попрошу другую официантку тебе еды принести. Только это между нами, договорились? Ты откуда сама-то?