Инструкция к сексу (не) прилагается (СИ) - Волкова Ольга

- Нашла проблему, - лишь фыркает и снова хватает за руку. – Позавтракаем сами, а потом хоть на край света отвезу, раз торопишься. – Голос босса недовольный и пропитан злостью, из-за моего фактического отказа в проведении с ним воскресного дня. Усаживает за широкий стол, на котором уже готов завтрак. Дымка едва ли поднимается над чашками, еда остыла, и все старания Шацкого абсолютно напрасны. Мы сидим молча, даже не смотрим друг на друга и продолжаем ковыряться в тарелках, делая заинтересованный вид в еде. 

- Что с тобой происходит? – вопрос слетает с моих уст прежде, чем я успеваю подумать, стоило ли его задавать сейчас, в такой нагнетающей обстановке. Но меня безумно беспокоит его предложение оставить все, как есть. И хотелось бы внести некоторую ясность в данную формулировку, словно получить определенную инструкцию. Как на работе, своего рода договор. Артем поднял карие глаза, глядя практически исподлобья, продолжая ковыряться ложкой в чашке с овсяной кашей. Думает, я даже вижу его колесики в голове, как размышляет, что приемлемо ответить мне сию секунду.

- Со мной происходит следующее, - расслабленно усаживается на стуле, облокотившись о спинку, и скрещивает руки. Волосы все еще пребывают в сексуальном беспорядке, мышцы рук и груди от напряжения подергиваются, даже венка на шее заколыхалась шустрее. – Я не намерен обсуждать с тобой свои личные проблемы – это раз, - демонстративно загибает на ладони пальцы. Я же, как струна вся натянулась от беспокойства. – А второе, Василиса, мне нужна постоянная партнерша. Не более, - грубо договорил свою позицию, чем только унизил меня, будто я проститутка на заказ.

- Знаешь что?! – соскакиваю со стула, и тот с грохотом ударяется о плитку, отскакивая к углу стены. – Пошел ты к черту! – закричала на него, попутно швыряя тарелку в лицо боссу. Артём вовремя подставляет руку, защищая себя от удара. Стекло со звоном приземляется на пол, и вся моя недоеденная каша растекается лужицей на плитке. Затем Шацкий встает и широко улыбается, сбивая меня с толку.

- Ну, наконец-то! – воскликнул. – Я думал, что никогда не увижу тебя настоящую.

- Издеваешься?! – голос пискнул, и мне так обидно стало, что я разрыдалась у него на глазах. – Ты предлагаешь мне секс с тобой на особых условиях, как проститутке какой-то. Да ты у меня второй! – взмахнула руками от отчаяния, утирая попутно слезы с щёк. – Проверяешь, на сколько я доступна?

Артем обходит стол и пытается обнять меня. Господи, да что он ко мне привязался. Точно. Решено. Я должна скорее свалить отсюда, пока он не склонил меня на какую-либо авантюру, а потом вновь с грязью попытается смешать.

- Глупая, - ласково шепчет, - прости. Не подумал. – Оправдывается. Стоит рядом со мной вблизи метра. – Это правда?

- Что правда? – вытираю краем футболки лицо, ощущая запах духов босса, которые на меня действуют абсолютно противоположным эффектом. Фыркнув, уставилась на него, облизнув свои губы и тут же об этом пожалела. Артём быстрым рывком припечатал меня к стене, завладевая солеными губами. Целует. Смакует. Пробует, как это, чувствовать чужую соль и горечь. Его опытные ладони накрывают мои груди, мнут и тут же ласкают, возбуждая соски. Бесстыдно опускает руку ко мне в брюки, пробираясь к естеству, затем надавливает на клитор, чтобы искру желания увидеть в моих глазах и, как моя душа рассыпается на части. А тело моё так сильно реагирует на его прикосновения, словно не я им управляю, а оно мной.

- Второй, говоришь? – рыча задает вопрос, пожирая возбужденным взглядом. Я согласно киваю, ещё раз подтверждая свою фактическую неопытность в сексуальном плане. – Я почувствовал это, когда входил в тебя в переговорной. Словно стал твоим первым, Прекрасная. Настолько узкая, податливая и мягкая, и я не могу насытиться тобой. И тот факт, что какой-то мужик смотрит на тебя, чёрт, – не договаривает, затем опускает взгляд на мою грудь, а соски предательски напряглись, словно он их загипнотизировал своим искусным обаянием соблазнителя. Сама же от чувственной пытки прогибаюсь в пояснице навстречу к Шацкому, и касаюсь бедрами возбужденной плоти мужчины. Дыхания у обоих сбились, искра, как вспышка, накаляет атомы кислорода вокруг нас и теперь обязательно будет пожар нашего желания. Обвив шею мужчины, закидываю ему на поясницу ногу, раскрывая себя больше для его ласк. Артём с жадностью обрушивается на мои губы, углубляя поцелуй до безумия. Сейчас ничего не существует вокруг нас: только его умелые пальцы во мне и ощущение трущегося члена о мою вторую ногу. Он за талию хватает меня, и мы опускаемся на кухонную плитку, соприкасаясь разгоряченной кожей с холодом пола. Но нам все равно. Оба стягиваем с себя одежду, и первым мне на помощь поспешил босс, снимая свою же футболку с моего голого тела. Следом летят спортивные штаны и его джинсы. Накидываемся друг на друга, будто час назад не было между нами никакого секса, а сейчас он самый настоящий. Артём коварно посматривает на меня своими затуманенным взглядом, когда раздвигает ноги и ложится сверху, закидывая мои ноги себе на поясницу, и я сцепляю их в крепкий замок.

- Сейчас будет быстро и жестко, - предупреждает, и только я приготовилась, он одним толчком вошел в меня, получая взамен громкий стон.

- Ах!

Двигается, как и обещал, наращивая темп до предела. Оба потные и липкие. Капелька соленой жидкости капает мне на губы, и я слизываю ее, испуская томительное удовольствие. Звук напрочь лишает разума мужчину, и он с остервенением вколачивается в меня, не обращая внимание на посторонние звуки вокруг.

- Артём? – вдруг доносится с коридора женский голос, и мы оба замираем на пути к кульминации. Первым, что прочла в его глазах – паника, а потом смешинка, вдруг коснулась уголков губ. Босс Боссыч мгновенно вышел из меня, оставляя в очень подвешенном состоянии, каждая нервная клетка была готова взорваться в оргазме, а теперь, будто обманули, доведя до пика удовольствия. Я же лежу все еще на полу с раздвинутыми ногами, не соображая, что происходит вообще. Какого черта к Шацкому кто-то может так легко зайти. А потом меня словно током прошибает. Он ведь почти помолвлен, а тут я – голая и возбужденная. Запах секса витает по всей кухне, и даже неопытный человек поймет, что тут только что происходило. Артём уже натянул свои джинсы, заправляя все еще стоящий член в штаны.

- Поднимайся! – приказывает, кидая в меня футболку. – Василиса, по живее, - подгоняет, а сам летит в прихожую, перескакивая через лужу с моей кашей, встречать новоявленного гостя.

Словно сомнамбула, я подрываюсь и впопыхах натягиваю футболку со штанами. Одним быстрым движением чуть взлохмачиваю влажные волосы и зачесываю назад. А потом обращаю внимание на разбитую чашку и пятно каши, которая размазалась по всей плитке. Черт! Быстрым рывком оказалась у раковины, где схватила полотенец. Смочив его в воде, принялась вытирать пол, собирая попутно разбитую посудину.

- Мам, - слышу голос Артема, который теперь, видимо, ведет женщину сюда в кухню. Анна Дмитриевна никак не ожидала увидеть меня на коленях перед ними двумя и моющей пол у Шацкого – ее сына.

- О! Василиса, дорогая! – от удивления воскликнула, приветствуя меня. Затем косо глядит на Артёма, да еще и подмигивает, расплываясь в лучезарной улыбке.

- Здравствуйте, - встаю с колен, и убираю за спину грязный полотенец. Щеки огнем горят, будто нас все-таки поймали за взрослыми играми. Конечно, от женщины не скрылся факт моего одеяния, и она сделала вид, будто не заметила ничего. Обойдя мокрое пятно, Анна Дмитриевна присаживается на место, где минутами ранее сидел ее сын. Осматривает кухню, но так, чтобы мы не заметили, но в глаза все равно же бросается ее удивление. В углу валяется стул, который я опрокинула, в раковине разбитая чашка, мы с Артемом взлохмаченные и разгоряченные. Ну, что тут еще можно подумать-то.

- Я помешала вам, ребятки? – как бы между прочим задает невинным голосом вопрос, обескураживая обоих.

- Нет-нет, - спохватилась я, и осторожными маленькими шажками приблизилась к раковине, куда бросила тряпку. Шацкий по-хозяйски прошествовал ко мне, а потом обнял за талию. Сгорая со стыда, не могла смотреть на его мать, ведь, что она может обо мне подумать. Я работаю с ее мужем, уже не первый год, а тут стою перед ней с Артемом – в обнимку, в его одежде. Аккуратно отодвигаюсь от мужчины, на что получаю его хмурый взгляд, а затем резкий рывок к себе. Босс притянул меня, чтобы не смела сдавать позиции.