Остаться друзьями (СИ) - Рузанова Ольга

Мелькнул кулак, брызнула кровь и вот уже мой бывший лежит головой в клумбе с петуниями.

— Ник! — ошарашенно пролепетала я, — ты… что ты наделал?!

Не обращая внимания на мой невнятный лепет, он схватил Сашку за грудки и привел его в сидячее положение. Тот хлопал глазами, молча открывая рот, из угла которого стекала струйка крови, и даже не пытался сопротивляться.

— Тебе зубы проредить? — процедил Никита, стягивая на его горле ворот футболки.

Тот быстро замотал головой из стороны в сторону и бросил на меня умоляющий взгляд.

— Отпусти его, Ник, — дотронулась до его плеча.

— Еще раз увижу тебя рядом с ней, урою! Понял?!

Серия быстрых согласных кивков.

— Не подходи к ней. Не смотри на нее. Не говори с ней. Думать о ней не смей, — вкрадчивым голосом говорил он, — это, — показал на меня пальцем, — моя девочка.

— Ты больной на всю голову, Ник, — качнула я головой, когда Парфенов, кое-как поднявшись на ноги, хлюпая носом, поплелся прочь.

— До тебя я таким не был.

— Я домой, — тяжело выдохнула, — тебя не приглашаю, извини…

Сегодня был сумасшедший день, поэтому все, чего мне хотелось, это остаться одной и хорошенько обо всем подумать.

Не успела я закрыть за собой дверь квартиры, как послышался стук. В глазке маячило угрюмое лицо Ника. Не снимая цепочки, приоткрыла дверь.

— Что?..

— Хорошо, давай поговорим, — пробурчал он, переминаясь с ноги на ногу.

— О чем?

— О моих прошлых отношениях и о нас с тобой.

Поколебавшись немного, я сняла цепочку и впустила его в прихожую. Он скинул кроссовки и, пройдя на кухню, сразу полез в холодильник.

— Жрать хочу…

На звук открывающейся дверцы холодильника, громко мурлыча, в кухню тут же заявилась Машка. Видимо, начала привыкать к нему, раз вылезла, наконец, из-под кровати.

— О! Это твоя мокрая киска, да?

— Ник, не заговаривай мне зубы… — я выразительно выгнула бровь и сложила руки на груди.

— Ну, чаем-то хоть напоишь?

Я налила в чайник воды и, включив его, повернулась к Никите. Привалившись спиной к стене, он уже сидел на табурете.

— О чем ты хотел поговорить?

— О том, что я никогда не сравниваю тебя с ней и, тем более, никогда не представляю ее на твоем месте.

— Ты все еще любишь ее?.. — тихо спросила я и впилась глазами в его лицо, надеясь в нем найти ответ на свой вопрос.

Ник еле заметно дернулся и, запустив пальцы в волосы, опустил взгляд. Но лишь на мгновение.

— Нет ответа на этот вопрос, — глухим голосом ответил он.

Горло окольцевало спазмом. Чтобы скрыть трясущийся подбородок, я отвернулась к шкафу достать ему кружку.

— Значит, еще любишь…

— Это значит, я не знаю, Мила.

— Я не…

— Ты Мила. Это твое имя. Я буду называть тебя так, и Милана здесь не причем.

— А что будет, когда она вернется, Ник?

— Давай не будем заглядывать вперед…

Подавшись вперед, он обхватил мою руку и, притянув меня к себе, усадил верхом на свои колени.

— Я не вру, Мила. Говорю, как есть, — нежным движением убрал прядь волос за ухо, — когда ты рядом, я не вспоминаю про нее, потому что ты… бл@дь… Мне крышу от тебя сносит.

Я не знала, что сказать. Он ее не забыл, но и ко мне, наверное, тоже был неравнодушен.

— Не из-за одной телки я никогда не дрался, — усмехнулся одним уголком губ, — и не знал, что могу так ревновать.

— Правда?

— Правда, — кивнул Ник, — если бройлер еще хоть раз посмотрит в твою сторону, я пущу его на нагетсы.

Я хмыкнула.

— Я не шучу, Мил, — серьезно проговорил он, — Майкла это тоже касается.

— Он твой друг.

— У него стоИт на мою девушку, какой он мне после этого друг?

— Не стоит портить с ним отношения из-за меня, Никита.

— Не буду, если он перестанет подкатывать к тебе свои яйца, — с этими словами он забрался руками под юбку и, сжав пальцами бедра, толкнулся в меня каменным стояком, — видишь, так всегда, когда ты рядом…

— На голом сексе далеко не уедешь, — возразила я, со стоном обнимая его шею.

— Проверим? — поиграл бровями Ник, растягивая губы в широкой улыбке.

— Ты понимаешь, о чем я…

— Понимаю, — выдохнул он, проводя губами по моей шее, — ты только не отталкивай меня, ладно? У меня, кроме Миланы, ни с кем отношений не было, а с тобой хочу попробовать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Стянул свитшот через голову, быстро расстегнул и снял бюстгальтер и, приподняв меня за талию, прижался лицом к груди.

— Твою мать, Милка, твои сиськи, они…

— Какие? — тихо застонав, охрипшим голосом спросила я.

— Ох@енные! И пахнешь так…

— Как?

— Сексом… У меня из-за тебя гангрена на члене скоро начнется.

Между ног у меня уже вовсю полыхал пожар, жаля пульсирующую промежность языками пламени.

— Ник, я хочу тебя, — прошептала еле слышно, пряча лицо у него на шее.

— Так попроси меня, — задрал юбку до талии и, подцепив пальцем полоску кружевных трусиков, натянул их, вдавливая в пульсирующую плоть так, что, не удержавшись, я громко застонала.

— Ммм… Боже мой…

— Проси, Камила…

— Возьми меня, Ник!

— Что? — прошипел он, цепляя губами мочку уха, — я не слышу, Мила!

— Трахни меня, Ник, — дрожа от возбуждения, просипела я, сдавливая внутренней стороной бедер его вздыбленный член.

Грязно выругавшись себе под нос, Ник столкнул меня с колен, развернув, распластал животом вниз прямо на столе, раздвинул коленом ноги и, отодвинув полоску стрингов в сторону, ворвался одним движением сразу до упора.

От остроты накрывших меня ощущений, я зажмурилась и прикусила нижнюю губу в кровь. Каждый раз, когда я думаю, что лучше с ним уже быть не может, Ник доказывает обратное.

— Ты этого хотела? — звонко шлепнув по ягодице, спросил он.

— Да… еще…

Раздался второй шлепок, заставивший меня, поднявшись на носочки, прогнуться в пояснице навстречу его ударам.

— Сильнее, Ник, — попросила я, — еще…

Сзади послышалась отборная брань, стол со скрипом поехал в сторону окна.

— Кончай, сучка… — зарычал он, неистово вколачиваясь в меня сзади.

Я затряслась, колени задрожали. Ник подхватил одну ногу и, согнув ее, закинул на стол, обеспечивая себе более глубокое проникновение. От резкой смены угла толчков меня буквально подкинуло на этом столе и тут же смыло волной крышесносного оргазма.

Прижавшись открытым ртом к лопатке, Никита тоже содрогнулся, резко вытащил член и, зажав его между моих ягодиц, кончил.

— Охренеть! Это что щас такое было?!

Глава 29

— Ник, я не пью таблетки.

— И?

— И нам следует пользоваться презервативами, — проговорила я, лежа у него на плече и вырисовывая пальцем узоры вокруг родинки на его груди.

— Мы не всегда трусы снять успеваем, — усмехнулся он, — а ты про резинки говоришь…

— Давай все-таки не будем рисковать.

— Может, таблетки пить начнешь? Я не хочу с тобой в резинке…

Это хорошо или плохо? Желание парня заниматься сексом с девушкой без защиты свидетельствует о некоей степени доверия к ней. Это льстит. Но, теперь мне придется посетить врача, чтобы тот назначил мне таблетки…

— Хорошо, но если я растолстею, это будет на твоей совести.

— У меня будет стоять на тебя, даже если ты превратишься в бегемотиху, — проникновенным голосом прошептал Ник, опаляя горячим дыханием мою ушную раковину.

— Ловлю тебя на слове, извращенец, — в тон ему ответила я, выскользнув из его объятий.

— Ты куда?!

— Вставай, уже обед, надо сгонять до магазина, у меня пустой холодильник.

Вчера два пакета с продуктами уехали вместе с Майклом в его машине. Надеюсь, он догадался их вытащить, иначе несостоявшиеся сырники пропитают своим кислым амбре весь салон его недешевого авто.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Давай закажем доставку, а вместо супермаркета еще раз трахнемся, — предложил Никита, поднявшись на одном локте.

Я скользнула взглядом по загорелому обнаженному телу, сглотнув собравшуюся во рту слюну, и отвернулась. Предложение, конечно, более чем заманчивое. Мы еще не все позы опробовали… и… блин…