Без тормозов (СИ) - Шикова Илона

“Мне плохо без нее…”

  И вот сейчас он понимал, что пропал. Снова тот же самый капкан, который вот-вот захлопнется. И будет новая одержимость.

  Похлеще той, первой…

  Потому что Снежана другая. И нравилась ему именно такой…

- Иди сюда! – рычал голодным зверем, так как все чувства обострились.

  Он хотел ее! Всю! Целиком!

  Именно сейчас главное – это секс. Войти резко. Раствориться. И получать первобытный кайф, которого не хватало. И почему-то казалось, что именно с этой малышкой он обретет свободу. Внутреннюю.

  Отпускать ее уже перехотелось…

- Снежана, твою мать!

  Голодный хищник вышел на охоту, не желая видеть сопротивление жертвы. Аппетитная попка в красных бикини маячила перед глазами. Как же хотелось просто рвануть с места и вдавить девчонку в диван. Сорвать эти тряпки и, наконец, выплеснуть все эмоции наружу, оголяя душу и выворачивая чувства наизнанку.

  Снежана подходит ближе, и у Германа отказывают тормоза. Резкое движение рук, и девчонка у него на коленях. Ее лоно трется о возбужденный орган, Герман жаждет разорвать одежду и наконец-то получить свое.

- Мы договаривались только на стриптиз, - малышка шепчу ему прямо в лицо, а после проводит языком по верхней губе мужчины, вызывая у него животный рык.

“Хочу ее!” – кричит волчье нутро, и Герман не сдерживается:

- Двадцать! – И ты остаешься здесь.

- Я не проститутка, - смеется, ни капли не обижаясь, на что получает категоричный ответ:

- Я в курсе!

- Договор, Герман, - и снова ее губы на его губах. – Иначе разочаруюсь.

- Останься…

  Полонский утыкается лицом в ложбинку и не шевелится. Просто держит девушку за талию, с каждой секундой сильнее сдавливая женское тело, и молчит.

  Она другая. Живая, настоящая и местами дерзкая. Уже не боится его, как в начале. Но и давить на Снежану, чтобы получить желаемое, не прокатит.

  Не сдастся.

  Только если сама не захочет.

  А Герману крайне важно, чтобы захотела. По собственной воле. А не под давлением…

- На сегодня, я думаю, достаточно, - Снежана первая прервала затянувшуюся молчаливую паузу и заерзала в руках мужчины. – Отпусти…

- Чего ты хочешь? – он поднял голову и заглянул ей в глаза, сильнее сжимая талию девушки. – Я исполню любое твое желание.

- За секс? – она приподняла одну бровь вверх.

- Нет! – рыкнул, но тут же осекся.

  Слишком резко получилось, но по-другому Герман не умеет. Не привык. Точнее, даже отвык. И сейчас пытается донести до нее, но получается очередной провал.

- Я тебя не понимаю…

- Я сам себя в последнее время не понимаю, - он снова уткнулся ей в ложбинку. Провел языком по нежной коже, чувствуя, как мурашками все тело девушки покрывается. – Слишком сложно, чтобы понять, - прохрипел, а после коснулся губами.

  Аккуратно, нежно – он не привык к такому. Но сейчас захотелось. До дрожи в конечностях. Его трясло, как в лихорадке, но Герман держал себя в руках. Все еще балансировал на грани – отпустить, выполнив свое обещание, или взять ее, даже несмотря на сопротивление.

  Прямо здесь.

  И прямо сейчас…

- Я не могу быть ее тенью, - выдала Снежана, и мужчина замер.

  Медленно, как в поставленной на стоп-кадр съемке, отстранился и поднял голову. Челюсти сцепил так, что зубы готовы были раскрошиться сиюминутно. Но глаза девчонки не врут – там дерзость, сопротивление и голая правда.

  От которой не скрыться.

  И придется ее признавать, даже если Полонскому не хочется…

- С чего ты взяла…

- Ты видишь во мне ее, - Снежана перебила мужчину, все так же твердо глядя ему в глаза. – Я тебя отчасти понимаю, а также теперь уже окончательно понимаю, чего добивался Вольский.

“И добился, ублюдок!” – мысленно ответил Герман, продолжая смотреть девушке в глаза.

  Не отводит. Вызов бросает. Только вот сама не понимает, что добивает мужчину окончательно.

- Хочешь, чтобы я тебя отпустил? – все-таки решился, хоть голос не слушался. И не желал подчиняться, так как вопрос слишком уж болезненный.

- Ты вроде меня и не держишь, - Снежана пожала одним плечиком, а мужчине дико захотелось вцепиться в него зубами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

  Ну точно, голодный хищник. Как бы не разорвал свою жертву раньше времени!

- Тогда почему ты до сих пор здесь?

- С тобой спокойнее, - девушка усмехнулась, слегка кусая нижнюю губу. – Здесь меня не тронут.

- Думаешь, если меня грохнут, то тебя оставят в живых?

- Откуда ты…

  Теперь Герман усмехнулся, поражаясь женской наивности. Господи, да у этих олухов одно на уме – как избавиться от Полонского. Столько лет эти идиоты пытаются, и все насмарку. Снежана – это что-то новенькое, но нужного эффекта они добились.

  Эмоции через край. Чувства обострены до предела. А раз так, то голова уже не соображает – Герман сделает ошибку. Поддастся на провокацию.

  И… конец.

“Может, это и выход!” – тут же мелькнула шальная мысль, которая периодически посещала Полонского, но он прогнал ее прочь.

  Еще не время. Возможно, чуть позже.

  Нужно доиграть эту партию до конца…

- Давай ты оденешься, раз уж не хочешь продолжения, и мы поговорим, - нехотя убрал руки с талии девушки и откинулся на спинку кресла, предоставляя ей самой возможность слезть.

  Лучше бы скинул, ей-богу! А то ее пальцы на его торсе, пока она аккуратно пыталась встать на ноги, уже возбуждали мужчину до предела. Даже выше предела.

- Ай! – крикнула Снежана, когда Герман легонько крутанул кресло и девушка упала на него.

  Лицом прямо на возбужденный орган.

  Б**ть, и над кем прикалывается, спрашивается?

- Я готов! – ухмыльнулся Герман, слегка придавливая малышку за голову.

- Вижу я, к чему ты готов, - ворчала, пытаясь увернуться.

- Пока только чувствуешь, - улыбался мужчина, наслаждаясь произведенным эффектом. – Я бы не отказался…

- Хорош провоцировать! – она все-таки умудрилась выкрутиться и застыла в полусогнутом виде, мелькая полуголой грудью аккурат на уровне глаз Полонского.

- Иначе что?

- Силой возьмешь?

- Дура!

  Вся та хрень, которую с трудом нормальный человек назовет романтикой, мгновенно выветрилась из башки. Она в своем уме? Такое подумать о Германе! Бабу… силой…

  Да она с головой не дружит! А еще его психом называют!

- Ненормальный! – выдала девушка, едва удержавшись на ногах, так как Герман резко ее отпустил.

- Истеричка! – фыркнул в ответ, на что Снежана улыбнулась.

- Да ладно тебе, - махнула рукой, выпрямившись в полный рост, а Герман снова впился в ее тело взглядом. – Еще ни разу истерику тебе не закатила, а ты уже заранее вердикт вынес.

“Сука, как пенсионер, ей-богу!” – мысленно ворчал, глазея на полуобнаженную девушку.

  Вот она, рядом, и взять нельзя. Только и остается, что взглядом пожирать. Пальцы сами тянутся вперед – схватить, усадить сверху и не отпускать, заставляя двигаться быстрее, сильнее…

  Пора завязывать с мыслями.

  Иначе можно тронуться мозгами…

- Ты умеешь истерики закатывать? – кое-как отвлекся от лицезрения женского тела, тем более девчонка уже отправилась собирать свою одежду с пола.

- Показать? – нацепила юбку, крутя при этом попкой, и расплылась в улыбке. – Не поверишь, сто лет не истерила.

- Ну давай, - Герман крутился в кресле, приняв вальяжную позу и продолжая наблюдать, как малышка кофточку надевает. – Только ж на меня бабские истерики не действуют.

- Думаешь? – Снежана подошла к столу, слегка наклонилась и взяла стакан в руку.

  Взмах руки, и стекло посыпалось, перед этим столкнувшись со стеной…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 31

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Эффектно, - мужчина усмехнулся, но даже бровью не повел, лишь выловил боковым зрением пролетающий мимо стакан, а после слышал звон разбитого стекла. – И это все?