Идеальный круиз - Мур Лана

– А я принес выпить, – раздался за спиной голос второго араба.

Вывернув шею, потому что все остальное было во власти рук Азата, я посмотрела на Загида. Рядом с ним стоял знойный официант и лучезарно улыбался, глядя на то, как мы танцуем. Но, откровенно говоря, мне было наплевать.

Хотелось всего и много – текилы, танцев, объятий.

За последними дело не стало.

Обняв меня сзади, Загид передал один шот Азату и насыпал соль мне на грудь.

–  Что может быть лучше, чем слизывать ее с груди красивой женщины, – проворковал он. Затем положил руку мне на горло и наклонил голову себе на грудь.

Влил мне в рот приятно-сладковатую текилу, выпил сам, а потом, взяв в зубы дольку лайма, предложил мне.

Тяжелая волна похоти прокатилась по всему телу, по горлу тонкой струйкой стекала обжигающая текила, горячий язык проник в рот, обволакивая кислым вкусом лайма, и я не смогла сдержать стон удовольствия, чувствуя усиливающуюся пульсацию там, где нога Азата бесцеремонно об меня терлась.

– Ты забыл про соль, – напомнил Азат и, нагнувшись, тоже приник к моим губам.

Ахренеть! Поцелуй сразу втроем. Могла ли я о таком мечтать?

Кажется, тормозов у меня не осталось совсем.

Два языка – кислый и солоноватый вкусы – ритмично двигались у меня во рту и у меня совсем снесло крышу от возбуждения. Настойчивые рты грубо ловили, а потом нежно посасывали мои распухшие саднящие губы.

Я уже изнывала от желания и все более откровенно и бесстыдно прижималась к мужчинам, а Азату, кажется, придется отдавать брюки в химчистку.

– Думаю, пора сменить партнеров, – Джеймс подошел и разбил наше слитое в одно целое и спитое трио.

День 3. Попытка выяснить отношения

Азат с Загидом оставили в покое мой истерзанный рот и недовольно обернулись, а я глубоко вдохнула, восстанавливая дыхание.

– Я опередил вас на несколько шотов, – Джеймс многозначительно поднял бровь и кивнул на стойку бара. – Если не хотите платить за все, то нагоняйте, – и, перехватив мою руку, буквально вытащил из тисков двух горячих тел.

Музыка стала быстрее, и мы закружились в безумном вращении, словно летели, не касаясь ногами пола.

Я не заметила, как мы покинули бар и оказались у самого поручня.

– Что-то качка слишком сильная, – я ухватилась за поручень. Качалась не только палуба, но и сам океан, и звезды вместе с повисшей прямо над головой луной.

– Это не качка сильная, а ты слишком пьяна, – совсем неласково ответил Джеймс. – Ты что устроила в баре.

– Я не пьяная, – почему-то язык плохо слушался. Наверное, виноваты арабские поцелуи. – Мне было весело. Зачем ты меня увел. Давай вернемся, – я повернулась, собираясь пойти к бару, но чуть не упала и повисла на надежной руке Джеймса. – Пойдем танцевать, – я качнула бедрами и задела его. Хотелось то ли танцевать, то ли трахаться, то ли всего сразу.

– Проветрись, – он обхватил меня сзади за шею и перегнул через поручень.

Ветер ударил в лицо, и дыхание перехватило.

– Ты что делаешь? – испуганно просипела я и изо всех сил вцепилась в металл.

– Проветриваю тебе мозги, – ответил Джеймс. – Ты с ними? Отвечай!

– С кем, с ними? – не поняла я. – Я же сейчас с тобой.

– Не валяй дурочку, – резкий голос, так непохожий на музыкальное мурчание. Цепкие жесткие руки. Жестокость и решительность во взгляде.

Неужели выбросит за борт? За что? Из-за ревности?

Ветер прохладным прикосновением прошелся по ягодицам и задрал юбку.

– С... Сандра! – хрипло вырвалось у него.

Полоска танга не могла служить существенной преградой, и я почувствовала, как его пальцы проникают внутрь.

Боже! Он трахал меня пальцами почти у всех на глазах, всего лишь загородив собой.

Короткие глубокие толчки – медленно, словно нехотя назад, и резко вперед. С каждым разом все глубже, не забывая массировать клитор большим пальцем. Я только постанывала и всхлипывала.

Ребята довели меня почти до предела, и неожиданный напор Джеймса оказался как нельзя кстати.

«Ох-ре-нен-но!» – думала я, вколачиваясь животом в поручень.

– О-о-о, Джеймс, – простонала я. – Еще, – сорвалось с губ, когда я, казалось, была готова кончить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но он вышел.

Ну не гад?

– Нет, продолжай! – закрутила задницей, пытаясь вновь найти его пальцы.

В шуме разбивающихся о борт волн показалось, что слышу, как вжикнула молния.

Неужели?

Но мысли еще не успели до конца оформиться, как после прохладного прикосновения ночного воздуха, почувствовала нечто другое – горячее и до предела напряженное.

– Какая же ты…

Но Джеймс не закончил, а вместо этого вошел, даже ворвался в меня.

Спину выгнуло от нестерпимого удовольствия, и я почти распрямилась, но Джеймс, надавив на шею, снова перегнул меня через борт.

Чувственное чмоканье волн как-то очень хорошо совпали с глубокими толчками внутри меня.

Джеймс трахал меня неторопливо и обстоятельно, словно мы не у всех на виду, а за закрытыми дверями.

Глубокий толчок. Мой стон сквозь прикушенные губы, хотя, скорее всего, его заглушала музыка. Потом на какое-то время замирал, позволяя мне почувствовать его всего, и медленно выходил. Совсем немного, чтобы затем снова впечататать меня в поручень.

Синяки должны остаться впечатляющие.

– Ты с ними? – на очередном толчке, вырвавшем у меня из груди более протяжный и громкий стон, спросил он.

– Не-ет!  С то-бой!

Если он сейчас снова остановится, убью.

Я чувствовала, что уже близко. Глубже! Сильнее! Еще-о-о-о!

Ночь осветилась россыпью искр, а я оказалась размазанной по борту, только ногти беспомощно скребли по металлу.

– Я так и думал, что ты не при чем, – мгновенно превратившись в прежнего обаяшку, Джеймс поднял меня и глубоко поцеловал. – Нам необходимо серьезно поговорить. Пойдем ко мне, – предложил он.

Горечь полыни на губах и языке подсказала, что Джемс не ограничился одной текилой, а разбавил ее абсентом.  Несмотря на недавний оргазм, после которого внутри еще все подрагивало и сжималось от сладких спазмов,  я снова почувствовала пульсацию желания.

Я снова его хочу!

– Вы что это, решили уединиться? А как же наш спор? – из темноты возникли Азат и Загид. – За вами должок.

В свете иллюминации я видела как у них напряглись крылья носа – в воздухе все еще витал терпкий запах секса. Может, он действовал на меня так возбуждающе?

– Сандра, тебе придется постараться, чтобы угнаться за нами.

Мне показалось, или слова Азата прозвучали несколько двусмысленно?

Словно собираясь отвести меня обратно в бар, он приобнял за талию, потом огладил ягодицы и скользнул под юбку.

День 3.Двойное удовольствие

Беспардонно отодвинул многострадальную полоску танга – что же сегодня с ней никто не считается? С таким успехом, я вообще могла не надевать трусы! – и  оказался внутри.

Да мокрая я! Мокрая!

Чуть не закричала от пронзившего с головы до пят разряда.

Боже! Что он делает?

Ритмично двигаясь внутри, он одним пальцем стимулировал клитор, а другим – анус.

Я горела везде, где только могла. И где не могла, тоже горела.

Ноги подкосились, и я едва не упала.

– О, Сандра! Да ты уже напилась так, что на ногах не стоишь, – воскликнул этот паразит и вошел еще глубже, усилив нажим на обе точки, а Загид, подойдя с другой стороны, взъерошил волосы на затылке.

Все! Я растеклась по палубе. Теперь меня можно собрать только тряпкой.

– Джеймс, мы приписываем тебе за побег технический проигрыш. А Сандре пора баиньки. Так ведь?

Я попробовала возмутиться – какое баиньки, если я сейчас взорвусь? Но новый нажим, и я бесславно капитулировала, слабо помотав головой.

Джеймс не стал возражать, только провожал меня странно-пристальным взглядом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Странно, но ребята привели меня не ко мне, а к себе в каюту – оформленную в малиново-золотых тонах.

Один из них на удивление быстро расправился с топом, второй сдернул юбку вместе с трусами, и я осталась перед ними нагишом.