Цена твоего прощения (СИ) - Сдобберг Дина

Кира.

Неделя после возвращения с Урала выдалась очень сложной и напряжённой. На базе мы задержались, потому что на следующие два дня после праздника у Агирова были запланированы встречи с Малецким и Арцевым. Слишком лакомыми кусками они владели. У одного в руках были перевозки, у другого добыча и первичная переработка леса.

Люди Агирова давно уже пытались пробиться к Малецкому, но у того не было стремления ухватится за кусок больший, чем он мог проглотить.

- Рот берегу, боюсь, порвётся! - отсмеивался он на все предложения.

Сабир был очень доволен, что на эту встречу, местный хозяин тайги согласился. Да и лучший друг Малецкого, Григорий Арцев, с его развитой транспортной веткой был бы отличным решением всех вопросов с транспортировкой.

- Кира, давай признавайся, подлый Кибальчиш, с кем ещё из боржуинов дружит наш отважный ревизор? - допытывался Влад, постоянно подшучивая над тем, как удачно Сабир сам себя на праздник пригласил.

- Не наш, а мой! - поправлял его Сабир. - И что ты тут всё вертишься? Иди кому-нибудь другому глазки построй.

Глядя на этих мужчин, трудно было бы предположить их истинную роль в жизни друг друга. Сначала Влад казался лишь чуть более доверенным работником, которому позволялось чуть больше, чем остальным за выслугу лет. Но я наблюдаю за ними уже больше месяца и понимаю, что всё далеко не так просто. Влад, наверное, единственный из окружения Агирова, по крайней мере, из тех, кого я видела, кому Сабир доверяет.

Даже странная фраза, которой мне ответил недавно Сабир, приобретала понятный и логичный смысл.

- Почему, когда ты приехал в офис компании, где я собиралась работать, Влад остался в машине, а сейчас ты берешь его с собой? - спросила я, не понимая, зачем Владу ехать с нами на Урал.

- Потому что Влад всегда обеспечивает отход. - Непонятно ответил Сабир.

А теперь я могла сказать, что Влад единственный, кому Агиров доверит прикрывать свою спину. И я была уверена, что не ошибаюсь.

Сейчас сидя в офисе Малецкого. я видела другого Сабира. Сейчас за столом переговоров находился уверенный бизнесмен, знающий, что он может предложить будущим партнёрам.

- Куш, конечно, заманчивый. - Начал Малецкий. - Только и меру знать тоже надо. Допустим, обеспечить бесперебойные поставки мы сможем. И площади под выработку есть, и на площадках запас с излишком. Но обработка, отгрузка... По объему, считай, новое ёмкое направление. Чуть ли не вдвое оборот увеличится. А это время, внимание и труд. Тяжёлый и на износ. Когда на закате ты ещё на работе, а на рассвете уже там же. А у меня нынче возраст не тот, чтоб круглосуточно впахивать.

- Зато трое сыновей есть. - Оскалился Сабир. - И говорят, парни толковые. Отдай им на откуп, а сам контролируй. Им всё равно в дела вливаться, так почему бы и не под этот договор? И медвежат натаскаешь, и у самого пасть цела останется.

- Вот же жулик! По больному бьёшь, по отцовской гордости. - Таким же радостным оскалом ответил ему Ростислав Александрович. - А со своей стороны кого поставишь? Киру? Она вроде и своя, и у моих ребят с ней отношения налажены.

- Сам вести стану. Потом вероятно брата сдёрну, больше некого. - Нахмурился Сабир. - А ваши ребята пусть лучше с делами отношения налаживают.

Сыновья Малецкого были моими товарищами по играм ещё с детства. И на следующий день праздника, пока Сабир с Владом договаривались о визитах, мы, обрадовавшись встрече, понеслись сначала на большие качели. Такая широкая доска, наверное, в полметра шириной, привязанная на верёвочных тросах к надёжным и высоким козлам. Качаться на ней можно было только попарно и стоя.

 А потом Андрей, младший сын Малецкого, притащил мороженной вишни с сахаром. Вот такой компанией нас и застал Сабир. Видя выражение его лица, я честное слово, ждала, что сейчас будет повторение сцены на балконе. Парни тоже набычились, приготовившись заступаться. Как мне было страшно в тот момент!

 Но, не смотря на это, я соскочила с брёвен, на которых мы расположились, греясь в лучах осеннего солнца, и уверенно пошла к убивающему взглядом Сабиру. Во избежание вопросов, сразу представила ребят, добавив, что это мои друзья детства. И вроде Агиров остыл, даже посидел с нами. Послушал подначки ребят, вспомнивших, как учили меня делать колесо, чему я так и не научилась. И даже попытались вытащить меня похвастаться своим корявым исполнением. Но попытку пресёк Сабир, расположив свою лапищу у меня на талии.

И хотя он задавал какие-то вопросы, улыбался одними губами на шутки парней, я видела, что он еле сдерживается и настроение у него испорчено. Поэтому при первой возможности попрощалась с ребятами, не желая и дальше испытывать терпение Сабира.

Стоило нам переступить через порог арендованного домика и скрыться от чужих любопытных глаз, как он резко развернул меня спиной к бревенчатой стене и прижал к ней. И хотя он меня не толкнул, и не тряс, как в прошлый раз, руки сжимавшие предплечья, всё равно причиняли боль.

- Опять будут синяки. - Как можно спокойнее сказала, глядя в почти черные глаза.

- Что это было? - чеканит каждое слово, прожигая меня взглядом.

- Встретила друзей, с которыми играла ещё в раннем детстве? - Чувствую, что хватку ослабил, но не отпускает.

- Не дразни меня, Кира. Я тебя предупреждал. - Почти рычит.

- Я не дразню. Я не понимаю, с Владом же я нормально общаюсь, и ты от этого не звереешь! - пытаюсь мягко намекнуть, что он перегибает. В конце концов, я ему никто, как и он мне, и почему он с меня требует верности мне непонятно. - А если меня Заур при встрече обнимет, тогда что?

- С херов ли женатый мужик к тебе обниматься полезет? - слышит совершенно не то, что я хотела сказать, Сабир.

- Значит так, - со всей силы толкаю его в грудь. - Ты с меня верности требуешь, хотя и не понятно с чего такие авансы! Мне тоже каждый раз, когда ты кому-то «здрасти» скажешь на тебя фурией накидываться с криком "как ты посмел"? Это ты себе чего-то там нарешал. А я может, вообще категорически против такого формата отношений! Быть приложением к кровати не предел моих мечтаний.

- Я повода в себе сомневаться не давал! - возражает, но видно, что уже остывает. - А накидываться на меня, можешь и без повода.

Его руки неожиданно для меня сомкнулись на моей спине, закрывая меня, как в коконе. Казалось, ещё секунда, и даже жалких миллиметров, что разделяли наши губы не останется. Я чувствовала его дыхание на своей коже и слышала собственное, разогнавшееся в секунды сердце.

- И чем вы тут занимаетесь, когда там уха стынет? Настоящая, на костре приготовленная? - Вломился в домик пропахший дымом Влад.

- Уйди... - рыкнул ему Сабир.

- Уйду, Сабир. Вот только Киру заберу и уйду. - Влад схватил меня за руку, которая каким-то мистическим образом уже обхватывала плечо Сабира.

- Помнишь? Сама. - Прошептал мне на ухо Сабир, отпуская.

К костру Сабир пришёл минут через двадцать после нас. Судя по ещё не высохшим волосам, он задержался в душе. Спать мы ушли, когда на улице ещё и не думали заканчивать гулянья. И у двери в мою комнату Сабир задержался, удерживая меня за руку, которая так уютно утонула в его ладони. И хотя я понимала, что достаточно только слова или жеста, он сам всё поймёт, как надо, моя ладонь выскользнула из его руки.

- Добрых снов, Сабир! - произнесла, закрывая дверь.

Щелчок дверного замка немного отрезвил. Прижалась спиной к деревянной двери, пытаясь понять, что со мной происходит.

- Спокойной ночи, Кира. - Донеслось тихое из-за двери и только потом звук шагов.

Он что? Стоял сейчас за дверью в ожидании... В ожидании чего? Однако странные желания не помешали мне выспаться и проснуться в прекрасном настроении. Правда, спускаясь вниз, я услышала как Сабир и Влад спорят о чём-то на повышенных тонах. Но стоило им услышать мои шаги, как всё прекратилось.

Отправляясь на встречи, Сабир забирал меня с собой, а не оставлял на базе, хотя здесь мне всё было привычным, и я была в кругу знакомых. И вообще, он старался всё время держать меня в поле своего зрения.