Тара Сивек - Маяк Фишера (ЛП)

— Хорошо, очень хорошо. Стэнфорд не сможет удержать свои руки подальше от тебя, — дает заключение Элли.

Я краснею, думая о том, что произошло прошлой ночью вон на том диване в этой самой комнате. Я почти уверена, что некоторое время Стэнфорд точно будет держать свои руки, как можно дальше от меня, после того, что я устроила вчера ночью. Но в данную минуту это совершенно не важно. Потому что я собираюсь на пикник на пляж с мужчиной, с которым встречаюсь. Светит солнце и похоже полный штиль, только легкий ветерок, приплывает с океана, поэтому нам не нужно будет беспокоиться о песке, все время попадающий при сильном ветре в пищу. Это самый идеальный день на Фишер Айленде, и я не позволю его испортить ничему.

— Этому маленькому проныре лучше держать свои руки при себе, — ворчит Трип, заходя в парадную дверь и останавливаясь по середине комнаты, разглядывая меня сверху до низу.

— Ох, пожалуйста. Можно подумать, что в былые времена вы не были маленьким пронырой, — смеется Элли над ним. — Я уверена, что вы выбирали такую линию поведения, что дамы просто умоляли вас, чтобы вы положили свои руки на них.

Трип вскидывает бровь на нее и громко фыркая.

— Конечно, был. Ты же не видела меня в то время, а видишь только сейчас?

Элли смеется еще громче, выходя из-за стойки и обвив руками его за шею.

— Ты самый лучший дедушка во всем мире. Я собираюсь усыновить тебя.

Трип качает головой на ее поведение и опять переводит взгляд на меня.

— Я так понимаю, ты собираешься встретиться с Саламандрой?

Я закатываю глаза и качаю головой.

— Он Стэнфорд и да, мы собираемся сегодня на пикник после, как он вернется с совещания в банке.

— Слышал, ты нарвалась на Фишера вчера вечером у Барни, — говорит он как бы между прочим, опуская руку на поверхность бокового столика и пытаясь раскачать его, притворяясь, что проверяет устойчиво ли он стоит на своих ножках.

— Не прикидывайся, это низко, — говорю я ему. — Весь город уже знает, что я столкнулась с Фишером вчера вечером, Трип. Куда ты клонишь?

Он пожимает плечами, перекрещивая руки на груди, и смотрит мне прямо в глаза.

— Ты не совсем права, Люси. Мне просто интересно, потому что я слышал о всех тех искрах, которые летели между вами двумя, вот и все. Если бы я был Сантаной, я бы не слишком обрадовался, что моя женщина становится вся такая сексуально возбужденная при встрече с другим мужчиной.

— О, Боже мой, — бормочу я. — СТЭНФОРД. Его зовут Стэнфорд, и я не стала вся такая сексуально возбужденная.

— Да, вы были оба довольно сексуально возбужденные, — соглашается Элли.

Я сердито на нее смотрю.

— Ты даже не была там, откуда ты знаешь?

— Слухи распространяются быстро в этом маленьком городке, мой друг. Кроме того, Бобби позвонил мне сразу после того, как ты покинула бар, — сообщает она мне, скрывая улыбку.

— Все, я ухожу. Иду на свидание со СТЭНФОРДОМ. A вы двое, кумушки-сплетницы, можете наслаждаться и сплетничать дальше, — говорю я им, прихватив свою сумочку со стола и направляясь мимо них к двери. — Ты можешь объяснить мне, почему Бобби звонит тебе по сотовому телефону, когда последнее время я бесконечно слышала, что ты даже не могла его терпеть раньше.

Я вижу, как улыбка Элли сползает с лица и у нее появляется какое-то нервное выражение. Она определенно собирается объяснить мне это дерьмо позже. Бобби бесконечно наезжал на нее с того первого дня, как только я привезла ее на остров, и она бесконечно жаловалась на него и все время говорила, что не за что не будет встречаться с ним, даже если он окажется самым последним мужчиной на земле. Но похоже, что Апокалипсиса не произошло, по крайней мере я не слышала об этом, поэтому определенно что-то происходит с этими двумя.

Оставив Трипа и Элли в гостинице, которые, вероятнее всего, обсуждают меня, я решаю не брать один из гостиничных гольф-каров, чтобы добраться до города, а пройтись пешком десять кварталов. Сегодня великолепный день, и я хочу насладиться им в полную силу. У меня есть еще целых полтора часа, пока Стэнфорд выйдет с совещания, это как раз достаточно для неспешной прогулки.

Я быстро осознаю ошибочность своего решения, пока иду по главной улице. Тротуары заполнены первыми толпами отдыхающих, рассматривающих витрины магазинов, с этих выходных начинается официальное начало нашего напряженного сезона, но тротуары также заполнены сплетниками-горожанами. Они стоят в проемах дверей или сидят на раскладных стульчиках и скамейках перед своими магазинами, бесконечно болтая о событиях, произошедших на острове. Понятно, что то, что произошло прошлой ночью у Барни — это единственная захватывающая новость, которая волнует всех, даже поток туристов, прибывший на остров и постоянно совершающих какие-нибудь глупости, ушли на второй план. Я слышу свое имя и Фишера, несколько раз произнесенное шепотом, пока прохожу мимо, улыбаясь и махая людям рукой в знак приветствия, но чувствуя себя при этом немного дискомфортно. Я ускоряю шаг, чтобы быстрее добраться до Банка Фишера, и как только я подхожу, передние двери открываются, и выходит Стэнфорд мне навстречу.

— Ты как раз вовремя, я только что закончил, — говорит он, наклоняясь и целуя меня в щеку. — Выглядишь прекрасно.

Он хватает меня за руки и отводит мои руки в стороны, чтобы внимательно еще раз рассмотреть меня.

— Абсолютно прекрасно, — подтверждает он. — Но ты не думаешь, что эти шорты немного... коротки для тебя?

Я стараюсь не закатывать глаза от его замечания. Они поэтому и называются шортами, потому что короткие. Они не должны быть длинными, и моя задница выглядит в них не отвисшей, и сидят они на мне идеально. Стэнфорд не относится к тому типу мужчин, которые даже для пикника могут одеться небрежно, поэтому я просто улыбаюсь и пожимаю плечами, пропуская его комментарий как бы мимо ушей, не вступая с ним в спор о моем выборе одежды.

Мы пересекаем улицу, и он держит меня за руку, направляясь на открытый фермерский рынок.

— Послушай, о прошлой ночи...

Я прикусываю нижнюю губу, сдерживая себя, чтобы попросить его никогда не говорить о прошлой ночи.

— Я сожалею, что так отреагировал, — продолжает он. — Я хотел дать себе под зад, когда вернулся домой.

Я выдыхаю, говоря себе хорошо, что я сдержалась, предполагая, что он опять собирается назвать меня сумасшедшей, поэтому позволяю ему продолжить.

— На самом деле я полный идиот! У меня в руках была красивая, сексуальная женщина, а я оттолкнул ее, когда она, наконец, дала мне зеленый свет, — смеется он.