Klea - На лезвии ножа

Вскоре к этим учебным материалам добавилась еще одна стопка, реальный плод намерений профессора МакГонагалл сделать из среднего ученика отличника в трансфигурации и чарах. Пользуясь тем, что у юноши стало больше времени и меньше факторов, отвлекающих от учебы, она занялась им всерьез: за оставшиеся три дня успела тщательно проверить весь пройденный материал и объяснить что-то сверх программы. Гарри только и оставалось надеяться, что хлопоты первого сентября и многочисленные обязанности декана хоть ненадолго отвлекут внимание целеустремленного преподавателя от его персоны. Так что наступившее воскресенье он встретил в приподнятом настроении.

За завтраком Гарри увидел весь преподавательский состав во всей красе, лишь кресло преподавателя ЗОТС все еще пустовало. Гарри тепло поздоровался с Хагридом, которого увидел впервые со дня своего появления в Хогвартсе. Загруженный учебой он так и не нашел времени выбраться к старому другу и теперь чувствовал себя виноватым, о чем и сказал сразу же по окончании завтрака.

- Да ладно, - пробасил великан. - Я все понимаю.

- Я могу сейчас побыть с тобой, - предложил юноша.

- Ну, я… это… - смутился Хагрид. - Я рад бы, но сейчас мне… это… нужно готовить кареты.

- Может тебе помочь?

- Понимаешь… Там малыш… - Видя, что Гарри ничего не понял из объяснения, лесничий попытался объяснить поподробнее. - У Лота и Стриги маленький появился… Хорошенький малыш… Я обязательно тебе покажу… Когда он подрастет… А пока к табуну лучше… это… не подходить.

- Я понимаю. Ладно. Тогда увидимся позже.

- Не скучай, - постарался Хагрид утешить друга и посоветовал: - Сходи лучше к профессору Люпину, он будет рад тебя видеть.

- Профессор Люпин здесь?!

- Да, уже второй день.

- Как?

- Ну, это… Я сам его встречал на станции.

- Я… Увидимся позже. - Гарри хотел возмутиться, что ему никто не сказал раньше, но претензии предъявлять было некому, он сам забросил все и всех, все время отдав своим мыслям и занятиям. Понадеявшись, что увлеченный своими любимыми монстрами Хагрид не обидится, гриффиндорец помчался в направлении комнат, которые по традиции занимал преподаватель Защиты от Темных Сил. Он рассчитывал застать там профессора Люпина, и его надежды в полной мере оправдались. На стук открылась дверь, и на пороге появился худой, изможденный человек в залатанной мантии, в котором Гарри узнал своего любимого преподавателя и старинного друга его родителей и крестного.

- Гарри? - в голосе Люпина сквозило удивление.

- Профессор, я так рад видеть вас снова!

- Тогда, может, зайдешь? - легкая улыбка осветила усталое лицо мага, и он отошел, пропуская Гарри внутрь. - Я не знал, что ты навестишь меня сегодня, поэтому ничего не смогу тебе предложит кроме чая.

Ожидая пока Люпин закончит возиться с чайником, Гарри пристально рассматривал его. Надо сказать, что зрелище было неутешительное, особенно по контрасту с новым обликом Сириуса. Их друг стал больше походить на Снейпа, который выглядел старше своего возраста. Лицо посерело, и стали отчетливо проступать скулы, некогда светло-каштановые волосы стали практически серыми от седины. Лишь золотистые глаза светились все тем же спокойствием и добротой.

- Я рад тебя видеть живым и здоровым, - признался Люпин, так же внимательно вглядываясь в сидящего перед ним юношу. Последний раз они виделись на вокзале Кингс-Кросс, но тогда у них не было времени поговорить о том, что случилось с Сириусом. Гарри тяжело переживал потерю крестного, но он даже не задумался, чего это стоило последнему из Мародеров. Думать о Петтигрю, как о школьном друге и участнике их проказ, не хотелось. Теперь перед юношей был уставший от жизни и своего загнанного положения человек, потерявший последнее, что связывало его с тем беззаботным детством, где у него были друзья и надежда на лучшее будущее. В медовых глазах притаилась тоска зверя, который никогда не будет выпущен из клетки жесткого контроля.

Внезапно Гарри почувствовал запах прелых листьев и мха, а так же хвойной смолы и мокрой шерсти. Это был аромат леса, который, как он теперь точно знал, был любим обоими половинами вервольфа.

- Гарри, что с тобой? - обеспокоился тот, заметив странное выражение на лице юноши. И Гарри не выдержал. Он вскочил на ноги и метнулся к другу, обнял его худое поджарое тело и уткнулся в потертую мантию, как одеколоном пропитанную тем самым ароматом.

- Со мной все в порядке, теперь все в полном порядке, - успокоил он Люпина и почувствовал, горячие руки обнимают его в ответ.

- Прости меня, Гарри. Я должен был не обращать внимания на запрет и приехать к тебе, как только ты перестал нам писать.

В этих нескольких словах было столько грусти, столько покаяния, что юноша почувствовал неловкость: он сам половину лета мучился от сознания собственной вины, что теперь просто не мог спокойно слышать те же ноты отчаянные в голосе старшего товарища. Ведь Люпин действительно считал, что это из-за их невнимания Гарри был похищен, и думал, что тот не подойдет к нему больше, обиженный на предавших его доверие. Проклиная свой собственный дар, но еще больше собственную глупость, юный маг застонал, не зная, как разрешить эту ситуацию и при этом не проговориться. Он потихоньку выбрался из крепких объятий и посмотрев в лицо Люпина произнес:

- Профессор, я хотел бы поговорить с вами. Я хочу сказать, что вы ни в чем не виноваты. Все что со мной произошло, только на моей совести. То, что случилось с Сириусом тоже в большей части его выбор. И уж точно здесь нет вашей вины.

- Гарри…

- Ничего не говорите, профессор, - перебил его гриффиндорец, боясь, что не сможет потом сказать, что должен. - Я считал и считаю вас одним из самых дорогих мне людей и никогда не перестану вам доверять. Клянусь вам в этом.

Люпин смотрел на юношу, и облегчение сквозило в его взгляде. Затем он тихо произнес:

- Гарри, я хотел сказать, что не нужно меня именовать профессором. Я буду счастлив, если ты будешь звать Ремусом.

- Конечно, Ремус.

Довольные собой, они стояли друг напротив друга и улыбались. Наконец, Люпин вспомнил про чай и засуетился, подавая чайные приборы на стол. Через несколько минут они пили горячий ароматный напиток.

- Такое событие нужно отметить, так что приглашаю тебя как-нибудь на пирог. Когда у тебя будет время, конечно.

- Ну, за год я, так или иначе, найду время. Все же хорошо, что вы вернулись.

Маг помрачнел.

- Я не вернулся. Альбус попросил меня замещать вашего нового преподавателя по Защите от Темных Сил, который задерживается по пути из Европы. Он должен прибыть через неделю-полторы, так что к полнолунию меня здесь не будет.