Монстр (ЛП) - Гаджиала Джессика

Конечно, моя челюсть убивала меня, но я не говорила ему об этом.

Где-то на полпути обратно адреналин ускользнул, унося с собой все, что держало меня в блаженном неведении о боли. Пульсация усилилась. Всякий раз, когда я пыталась открыть рот, это вызывало стреляющую боль в нижней челюсти и в виске.

Но все же. Это было не то, из-за чего стоило так расстраиваться.

Брейкер вошел и направился прямо к своему бару с напитками, достал два стакана и налил в один. Он протянул мне его, и я покачала головой. Я не была большим любителем выпить. И я определенно не пила виски прямо из бутылки.

— Я собираюсь пойти… привести себя в порядок, — сказала я вместо этого, нуждаясь в том, чтобы избавиться от пыльной одежды, нуждаясь в том, чтобы смыть все переживания. А также, Брейкеру нужно еще несколько минут, чтобы прийти в себя.

Я приняла душ, переоделась обратно в футболку, которую мне дали ранее, затем остановилась, чтобы проверить повреждения на лице.

Уже потемнело. Синевато-фиолетовая отметина в четыре дюйма на линии прямо над моей челюстью. Если повезет, хуже не станет. Ему и так было достаточно тяжело смотреть на меня.

Я вернулась и обнаружила, что он сидит на диване, телевизор включен на полную мощность, и его взгляд был прикован к нему, но он смотрел сквозь него. У него на бедре был стакан со льдом, он обхватил его рукой, янтарная жидкость наполовину заполнила его.

Вздохнув, я направилась в гостиную, забрав его ноутбук, когда проходила мимо, и села рядом с ним.

На пост по-прежнему не было ответа, поэтому я принялась за работу, добавив еще несколько деталей, отчетов, чтобы еще более четко представить Лекса и его отношения.

Затем я положила ноутбук обратно на кофейный столик, все еще открытый, и повернулась к Брейкеру. Он все еще смотрел в телевизор.

Я потянулась к нему, забрала стакан, и он позволил мне, затем поставила его обратно на кофейный столик.

Прежде чем я смогла подумать об этом лучше, я придвинулась к нему, перекинула одно колено и села, затем прижалась грудью к его груди, мое лицо покоилось под его подбородком.

Я сделала глубокий вдох, вдыхая его. Свежее, чистое мыло из душа, древесный запах его стирального порошка и просто… он.

— Алекс…

— Заткнись, — тихо сказала я, обхватив рукой его сзади за шею. — Мы оба пережили встречу с Лексом. Если это не причина для объятий, то я не знаю, что это такое. И я имею в виду… Я уже много лет никого не обнимала, так что просто заткнись и дай мне это сделать, хорошо?

Его грудь слегка подпрыгнула у меня под грудью, и я поняла, что он тихо посмеивается. Несколько секунд спустя одной рукой он обхватил моё бедро и притянул меня крепче.

— Мне жаль, что я ударил тебя, — сказал он, его глубокий голос был полон сожаления, что я почувствовала, как мое лицо уткнулось еще глубже в его шею, а его борода щекотала мою щеку в этот момент.

Я слегка повернула лицо, прижимаясь губами к его пульсу. — Загладь свою вину, — сказала я, прикусив нижнюю губу, надеясь, что он клюнул на приманку, или я была почти уверена, что умру от унижения.

Брейкер скользнул рукой вверх по моему позвоночнику, затем в мои волосы, слегка сжимая их, и используя это, чтобы оттащить меня назад. Я отодвинулась и посмотрела вниз, чтобы увидеть, что он наблюдает за мной, приподняв бровь. — Загладить свою вину перед тобой?

— Да, — сказала я, кивая, молясь, как черт, чтобы мои щеки не вспыхнули румянцем. Это серьезно убило бы всю атмосферу «быть главной», которую я пыталась создать.

— И как ты предлагаешь мне это сделать? — спросил он, одарив меня одной из своих ослепительных улыбок.

— Используй свое воображение, — предложила я, кладя обе руки ему на грудь, наслаждаясь сильными мышцами под моими ладонями.

— Воображение? — спросил он, приподняв бровь. — Зачем использовать его, когда я могу использовать это? — спросил он. Затем, прежде чем я успела увидеть, как он двинул рукой, и она оказалась между нами, пальцем провел вверх по моей мокрой промежности и начал совершать твердые, медленные круги по моему клитору.

Все мое тело содрогнулось один раз, сильно, от прикосновения, когда сдавленный стон вырвался из моего горла.

Я с трудом сглотнула, наблюдая, как на его лице появляется довольная ухмылка. — Я думала, что это я должна была сделать первый шаг.

— Куколка, ты посадила свою милую маленькую попку мне на колени, одетая только в мою футболку и без трусиков. Я считаю это первым шагом.

Я не могла спорить с этой логикой.

Кроме того, своим пальцем он создавал всевозможный хаос между моими бедрами. Он менял темп или направление каждый раз, когда я чувствовала, как спираль внутри сжимается, угрожая высвободиться. В четвертый раз, когда он почувствовал, что я приближаюсь он отстранился и мой кулак сильно ударил его по плечу. — Черт возьми, — прорычала я, втягивая воздух в легкие.

— Так веселее, — сказал он, пожимая плечами, и улыбка тронула его губы.

— Для тебя, может быть, — сказала я, опуская на него глаза.

— У тебя есть жалобы на то, что я делаю? — спросил он, звуча слишком самодовольно.

— В этом моме… черт, — закричала я, его палец скользнул вниз и вошел в меня, изгибаясь и поглаживая верхнюю стенку, заставляя мои ноги рефлекторно дергаться. — О боже мой, — задохнулась я, мои бедра слегка приподнялись, давая ему больше доступа, когда его палец продолжал безжалостно исследовать мою точку G.

— Что ты там говорила? — спросил он низким гортанным голосом.

— Нет… ничего, — сказала я, мое дыхание стало быстрым и неглубоким.

— Так и думал, — сказал он, наблюдая за моим лицом, когда я поднималась. И поднималась вверх. И это было странно, чуждо и так всепоглощающе, что мне казалось, я взорвусь, если когда-нибудь доберусь до вершины. Мои бедра начали двигаться по собственной инициативе, разжигая мое желание, и Брейкер издал рычащий звук в своем горле. — Вот и все, отпусти это. Иди за мной, детка, — настаивал он, его большой палец давил на мой клитор.

Я не ошиблась.

Это было похоже на взрыв.

Каждый мускул напрягся. Каждое нервное окончание загорелось. Мое дыхание сбилось, я прошипела его имя, когда мои стенки сильно пульсировали вокруг его пальца, казалось бы, бесконечной волной. Его палец продолжал протаскивать меня через все это, вытягивая его, пока я не подалась вперед и не рухнула на него.

Он положил свою руку мне между лопаток и прижал меня к себе, пока я дрожала от толчков.

— Дыши глубже, куколка, — тихо сказал он, пока я изо всех сил пыталась успокоить прерывистое, похожее на всхлипы, дыхание. — Господи, ты так сильно кончила от моих пальцев… просто подумай, на что это будет похоже, когда это будет мой язык или мой член.

Какой-то звук вырвался у меня, наполовину стон, наполовину возражение.

Честно говоря, я даже не могла подумать о таком. Я едва сдерживалась от этого оргазма. Я не могла представить себе другого.

Я была согласна.

На ночь.

Или месяц.

Или всю мою жизнь.

Да, это было так хорошо.

— Я загладил свою вину перед тобой?

— Ты про что?

— Я приму это как «да», — усмехнулся он и схватил меня за задницу, крепко сжимая ее. — Давай, — сказал он, вставая и прижимая меня к себе, — давай приготовим тебе немного еды.

— Еда? — спросила я, отодвигаясь от его шеи, чтобы посмотреть на него, когда он прошел на кухню, опустил меня на стойку и сделал шаг назад.

Он улыбнулся, прижимаясь бедрами к моим коленям, пока мои ноги не раздвинулись автоматически. — Да, куколка. Еда. Я собираюсь накормить тебя, а потом буду трахать тебя до тех пор, пока ты не сможешь нормально ходить в течение недели.

Ну что ж.

Глава 11

Алекс

Некоторое время он работал молча, нарезая картофель, бросая его на сковороду с чесноком и оливковым маслом и бросая стейк в жаровню. Я наблюдала за происходящим с каким-то зачарованным удивлением. Во-первых, потому что у меня не было абсолютно никаких кулинарных навыков (если только приготовление рамена не считалось. Что, я почти уверена, не так). А также потому, что было почти забавно видеть кого-то вроде Брейкера — огромную, неповоротливую массу мышц и тестостерона, делающую что-то, что не связано с массовыми убийствами и хаосом.