Кукла. Я куплю тебе новую жизнь (СИ) - Катаева Татьяна Анатольевна

- А мама, что на это всё говорит?

- Мама погибла в автокатастрофе, когда мне было восемь. Она умерла, а я выжил. - Ты тоже был с ней в машине? - голос звучит взволнованно. - Да, она меня посадила на заднее сидение, пристегнула ремень безопасности. А вот себя не пристегнула. Я плохо помню этот день. Но вот саму аварию помню хорошо. Мы стояли на светофоре, и когда загорелся зелёный, мама нажала на газ. Чувак, который летел с другой стороны, не остановился на красный и влетел в нашу машину. А потом полный провал. Когда я начал в больнице приходить в себя, маму уже похоронили и я даже не смог с ней попрощаться. После этого, моя жизнь пошла вверх дном. У отца за эти годы, было пять жён. И каждая следующая была младше предыдущей версии. Иногда мне кажется, что это у него такой квест. Когда мне исполнилось восемнадцать, я съехал с семейного особняка, и перебрался в квартиру где сейчас и живу. С тобой кстати по соседству.

- Слушай, я даже не знаю, что сказать. - Не грузись, Кать. Это всё в прошлом. И давай, сменим тему.

Вдруг телефон, который лежал на столе, зазвонил, я даже подпрыгнула испугавшись. На экране фото Марка, которое я скачала с интернета, и поставила на звонок. Если посмотреть со стороны, то моё поведение, явно не здравое.

- Бери трубку, я буду молчать.

Подняла глаза на Максима. Я конечно, ему благодарна, за проявленную тактичность, но разговаривать с Зверевым при нём, я не готова. Та и вообще говорить с ним нет желания.

- Я позже перезвоню.

Пока мы ужинали с Максимом, Марк звонил ещё три раза.

Он скорее всего не может до сих пор понять, как это так, его игрушка может не брать трубку. Как я могу себе такое позволить?

Где-то к семи вечера мы подъехали к дому. Максим сразу же заехал на паркинг, и мы от туда прошли к лифту.

- Может зайдешь ко мне на кофе?- Не стоит. Спасибо за отлично проведенное время.- Тебе спасибо.

Когда дверь лифта открылась, Максим резко притянул меня к себе и поцеловал. А я, глупая, ответила на поцелуй. Было не привычно почувствовать вкус другого мужчины во рту. Не своего. И как ни странно, именно Марка я уже считала своим мужчиной. Хоть он никогда и не был моим.

Когда вошла в квартиру, меня не покидало чувство, что я тут не одна. Но пройдясь по всех комнатах, я успокоилась.

Достала телефон с сумки и набрала Марка.

- Алло, почему так долго не перезванивала? - голос злой и раздражительный.- Занята была. - С кем?- Со всеми понемногу, - мой сарказм доходил до стадии завершения. - Это не ответ. - Марк, ты к невесте поехал?- К матери. - А невеста там?- Да, - сухо отрезал он.

А мне так неприятно стало. В груди предательски защемило. Но это мимолётная слабость, которая со временем пройдёт. Просто я привыкла за эту неделю к нему слишком сильно. Эта моя пагубная привычка привязываться слишком быстро. А потом, когда настанет момент уходить, будет неприятно и не много даже больно.

- Ну так пойди и сними с ней стресс, а то ты слишком раздраженный. - Кукла, не переходи рамки.- А то что? Накажешь?- Накажу.

Закрываю глаза, и вижу Марка перед собой. Он в черных брюках, а на груди белая рубашка, полностью расстёгнута. Я провожу холодной рукой по груди, и у него появляются мурашки. Он берёт мои розовые волосы в кулак, расстёгивает ширинку и опускает моё лицо к своему паху. И я принимаю его наказание. Беру в рот член...

- Катя, ты меня слышишь?

Возвращение в реальность, не такое приятное и сладкое, как мысли до этого.

- Слышу. Задумалась. - Не забывай, что за тобой следят и я знаю, где ты и с кем проводишь время. - Фу, как подло с твоей стороны, Зверев.- Я тебе запрещаю общаться с Павловым.- А это ещё кто?- Кукла, ты меня удивляешь. Мажор твой.

Ничего не отвечаю. Я, что должна была уже и фамилию Максима узнать, по его мнению.

- Его отец, мой давний конкурент. Я не хочу, чтоб он использовал тебя в своей грязной игре. - Марк, ты переходишь все границы. Причем тут я, к твоему бизнесу и к отцу Максима. Не фантазируй.- Кать, я серьёзно. Больше, чтоб я не видел вас вместе. Поняла?- Поняла.

Бросила трубку.

Достал он меня своим тотальным контролем. Его люди следят за мной, а мне это не нравится. Я в праве делать, что хочу и когда хочу.

В такой огромной квартире, чувствую себя маленькой букашкой. Мне так одиноко. Даже с Соней не могу поделиться своими чувствами и переживаниями.

Я ещё не придумала, как это всё ей объяснить. Она не осудит, я уверена. Но одно дело проговаривать всё самой себе, другое же дело, рассказать другому человеку.

Я пока к этому не готова.

Спать в большой кровати одной очень холодно и некомфортно. Жить вообще в такой большой квартире одной - довольно одиноко.

Укуталась пледом и вышла на балкон. Город медленно просыпался и вместе с ним. Горячий кофе не грел, а сигарета не приносила долгожданного спокойствия.

Я скучаю.

Это худшее с чувств которое я испытывала когда-либо. Хотя, если б я знала, что такое любовь, может я бы сравнила, какое с чувств худшее. Но я никогда не влюблялась, как Соня например. Никогда не испытывала бабочки в животе, или же к примеру эйфорию от ожидания встречи.

Я вообще можно сказать, ничего не испытывала в этой жизни, с обычных, нормальных человеческих чувств.

Чаще и острее всего в моей жизни было чувство страха. Я всегда боялась за свою жизнь, пока жила с родителями. Вторым острым чувством было чувство выживания.

Когда в доме не было чего есть по несколько дней, а на столе вместо еды всегда стояла бутылка водки, я училась выживать. Впервые, лет в восемь, я сварила какую-то крупу, которую нашла в шкафчике. Потом были макароны. А дальше, я уже готовила на всю компанию алкашей, которые приходили в наш дом. Потом, я научилась стирать, убирать. Всё это были жизненные уроки, благодаря которым и выработалось чувство - выживания.

А вот скучать мне не было за кем.

Родителей я не воспринимала как семью, наверное с того самого момента, когда пришлось отложить куклы в сторону, и взять кастрюлю в руки. Всю свою сознательную жизнь, я хотела от них уйти, сбежать, уехать. Просто, чтоб они исчезли с моей жизни, как будто их никогда и не было. Наверное, я и есть, та неблагодарная дочь, которую они никогда не хотели. Ведь даже сейчас, я понимаю, что не смогла бы им сказать спасибо. аже за то, что они мне подарили жизнь.

Мало ребенка родить! Ещё как минимум ему нужно подарить детство.

А вот сейчас чувствую сильную тоску, за малознакомым мне человеком. Я о нём, почти совсем ничего не знаю. Только то, что смогла прочитать в интернете, и ещё то, что он меня купил.

Сейчас же мне кажется, что у меня начинается Стокго́льмский синдром. Не могу назвать себя жертвой, а Марка своим мучителем, но всё-таки наша связь лишена здравого смысла, а мои чувства к Марку не возможны.

День в институте пролетел незаметно. На носу сессия, и я не все зачёты получила экстерном. Поэтому нужно ещё потрудиться, что б в январе не было никаких проблем с экзаменами.

Максим целый день звонил и писал. Мне как-то даже неудобно перед ним. Но я не могу ничего с этим поделать, и решила сказать ему правду.

Катя Манюня "Максим, извини. Но нам не стоит дальше общаться." Мажор "Это из-за вчерашнего поцелуя?" Катя Манюня "Нет. Это из-за Марка. Он запретил мне с тобой видеться." Мажор "Кать ну ты же живой человек. Он не может тебе запретить."

Как же он сейчас не прав. В данном случае, я как раз таки не живой человек. Я кукла для Марка. Его игрушка. Тело для утех. Но я же не могу об этом сообщить Максиму.

Катя Манюня "Прости. Но так будет правильно." Мажор " Ладно. Пусть. Но он же запретил нам видеться, но говорить по телефону мы можем?" Катя Манюня "Думаю да."

Тишина в квартире сводила с ума. Пыталась посмотреть фильмы, но через каких-то десять минут, я уже даже не помнила о чем сам фильм.

Мне грустно и одиноко. Эти запреты Марка меня истощают. Я не привыкла жить по чужим правилам, тем более указаниям. И как бы я не пыталась внушить себе, что я должна Звереву на много больше, чем просто послушание, но разум категорически не соглашался с этим.