Мариэль. Замок в ипотеку

Глава 10. Ночь огня и страсти

Луисцар без помощи слуг проводил меня в комнату, налил мне стакан воды и ушел, пообещав скоро вернуться. Я немного успокоилась, а когда он вновь появился в моих покоях, и вовсе позабыла о Тальине и ее подельниках. Луисцар принес поднос с вином и фруктами и, поставив его на кровать, где я сидела полулежа, взял в руки вазочку с крупной ярко-красной ягодой — что-то между клубникой и малиной. Ягода была посыпана сахарной пудрой и выглядела очень аппетитно.

— Я проголодался. А ты? — Луисцар сел и хитро посмотрел на меня, уже облизывающуюся при виде угощений.

В комнате резвился легкий ветер, приносящий волшебный аромат с кукурузных полей. Позолота мерцала в последних лучах, утопающих в бездонной синеве надвигающейся ночи. Озорные тени играли на лице Луисцара, делая его еще загадочней и притягательней.

Он двумя пальцами взял одну сочную ягоду за плодоножку и протянул мне. Медля, будто боясь спугнуть столь очаровательного ухажера, я подалась вперед и с благоговейной осторожностью захватила ягоду зубами. Надкусив ее, оставила половину Луисцару, которую он тут же с удовольствием запустив в свой рот. Откинув плодоножку на поднос, он заулыбался:

— Неплохой в этом году урожай.

Неспешно жуя, я наблюдала за ним и чувствовала, как он волнуется рядом со мной. Луисцар налил вина в два бокала и подал один мне.

— Некрепкое, — уточнил он.

Я сделала пару глотков и вернула бокал на поднос. Луисцар же двумя глотками не напился и осушил посудину до дна. Не успел он потянуться за второй ягодой, как я ногой сдвинула поднос на край кровати и, смотря Луисцару прямо в глаза, скинула его на пол. Кое-что разбилось со свойственным стеклянным звуком, вино разлилось по ковру, а круглые фрукты покатились в разные стороны.

Не позволив Луисцару опомниться, я забралась к нему на колени и набросилась на него с бесконечно диким желанием. Он хотел этого, но выполнял данное обещание и не давил на меня. Однако в свете последних событий я осмелилась вывести наши отношения на новый уровень.

Подчинившись моему легкому нажиму на его пах, Луисцар выронил из рук пустой бокал и вазу с клубникой и, жадно прильнул ко мне с яростным и настойчивым поцелуем.

— Мари, — прошептал он мне в губы, а потом стал покрывать обжигающими поцелуями мою шею и плечи, стягивая лямки платья.

Я намеренно раскачивалась на нем, стремительно приводя главное орудие страсти в боевое состояние. А когда в мою промежность уперся железный ствол, издала глухой стон. Наши тела запылали жаром, бурное дыхание стало эхом разноситься по комнате и вырываться в открытые двери балкона.

Луисцар повалил меня на кровать и на мгновенье навис надо мной. На моем лице играла томная улыбка, которой ему хватило в качестве моего положительного ответа. Он вновь припал к моим губам с более голодным поцелуем. Наши языки заплясали в диком танце, руки изучали тела, забираясь пальцами под одежду, давя и царапая кожу.

Я не стала долго возиться с рубашкой Луисцара, а просто распахнула ее и лишь услышала трескучий звон рассыпавшихся по полу пуговиц. Он поднял меня и снова усадил на себя. Опьяненная возбуждением я стянула с его плеч рубашку и, оставив губы, стала покусывать его шею, спускаясь ниже и наслаждаясь запахом и вкусом его сильного тела.

Не в силах больше терпеть, Луисцар задрал мое платье и ловко снял его через голову. Платье упало на пол вслед за его рубашкой, а мои разноцветные, мерцающие волосы гладким шелком рассыпались по плечам. Секунду он смотрел на меня как завороженный, а потом занес руку за мою спину и одним легким движением расстегнул застежку бюстгальтера. Перед его взором обнажилась моя упругая грудь.

Я закусила губу, а когда вновь спиной утонула в мягкости постели, влажный язык Луисцара заскользил по моей коже, словно мягкая кисть, которую обмакнули в сироп. Он ласкал каждый сантиметр моего тела. А поймав твердый сосок на тугом бугорке, стал посасывать и смаковать его, словно дикую земляничку, только что сорванную с куста — сочную и сладкую, намного слаще той ягоды, что мы испробовали перед вином.

Запустив руку в мои трусики, Луисцар стал массировать заветную горошину, и едва она набухла, он легонько сжал ее двумя пальцами. Меня бросило в жар. Бешеный оргазм накрыл волной. Канув в бездну с бесчисленными звездами, окружившими меня, я вскрикнула и выгнулась. Меня затрясло, и рука Луисцара покинула эпицентр полыхнувшего пожара.

Сбивчиво дыша, он приподнялся над дрожащей мной и с победной улыбкой прошептал:

— Извини. Я не знал, что ты так голодна.

Луисцар поднес шаловливые пальцы к своим губам и, не отрывая озабоченного взгляда от моего горевшего лица, облизнул их.

— Ты до головокружения вкусная, — так же шепотом добавил он и, не дав мне ни минуты на перерыв, юркнул вниз.

Я даже шевельнуться не успела, как Луисцар стянул с меня трусики, согнул мои ноги в коленях и закинул их за свою спину.

— Луис, — лишь смогла вымолвить я, как его язык описал овал вокруг моих складочек. — О-о-о!!! — простонала я, закатив глаза, перед которыми все еще кружили хороводы звезд.

Луисцар не остановился и даже не замедлился. Обхватив мои бедра руками, он, наоборот, усилил нажим и ускорился, доводя меня до второго оргазма. Вылизывая и посасывая меня до предела раскрывшийся бутон, он играючи проникал языком в узкую щелку, объятую необузданным огнем, и довольствовался моими стонами и хрипами. Я была готова поклясться, что он улыбался, с аппетитом наслаждаясь моими соками. Я уже изнемогала, когда Луисцар пальцем проник в меня, но нашла силы задвигать бедрами, давая понять, что мне это нравится.

Когда я забилась в конвульсиях второй раз, а в моей крови застучали барабаны, Луисцар дал мне немного времени на отдых, но не отлипал от меня ни на миг. Он вернулся к моим губам с очередным поцелуем.

Так и не отдышавшись и медленно сходя с ума, я завозилась с ремнем его брюк. Мне хотелось, чтобы он немедленно заполнил меня, будто от этого зависела моя жизнь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍