С. М. Стил - Влюбиться в соседа

— Не думай, что я забыл о том, что произошло в грузовике, — я думала, он хотел увильнуть от моего признания в любви. — Лили… я влюбился в тебя еще за два дня до того, как ты постучалась в мою дверь, — я в шоке от его слов, он видит это по выражению моего лица. — Да, я видел тебя, до того как ты пришла ко мне в тот день. Ты понятия не имеешь, как сильно я хотел затащить тебя в дом тем вечером и держать связанной в своей кровати.

— Я знала это. Я почувствовала это в тот момент, как остановилась возле твоего дома. Мне нужно было убежать, прежде чем я поддалась бы тому, о чем ты сказал.

— Мне жаль, что ты этого не сделала.

— Мне тоже.

— Поцелуй меня, любимая, — я подчиняюсь его приказу и обрушиваю свои губы на него. Я целую его нежно, так как внезапно чувствую умиротворенность. Мы не переключаемся с нежности к нашей обычной голодной и бешеной страсти. Вместо этого мы отрываемся друг от друга, глядя глаза в глаза, пока повторяем свои признания.

— Я люблю тебя, Лили. Выходи за меня.

Я не успеваю ответить, как позади меня раздается стук в дверь. Трент издает низкое рычание, затем спрашивает:

— Кто это?

— Реджингс.

— Чертовски вовремя, — Трент ворчит, перемещая нас так, чтобы он мог открыть дверь.

— Ох, я что-то прервал? — поддразнивает вошедший мужчина.

— Лили, можешь сделать мне одолжение и посидеть там с Даной? У нас есть кофе и закуски. Я недолго.

— Не волнуйся, Трент. Это всего лишь приемная. Все будет нормально.

— Вот, возьми мой телефон. Это развлечет тебя.

— Конечно, — он целует меня, затем шлепает по заднице и выпроваживает за дверь.

— До свидания, шериф.

До того как Трент закрывает за мной дверь, я ловлю его направленный на шерифа свирепый взгляд. Поворачиваюсь в сторону приемной, чтобы поймать свирепый взгляд уже в мою сторону. Дана… хмм. Любопытно, какой у нее интерес к Тренту? Ясно, что она не радуется мне, но я знаю, что они не пара. Я верю ему, когда он говорит, что не был ни с кем на протяжении шести лет. Хотя, была ли она здесь шесть лет назад? Ревность поглощает меня, но я должна помнить — теперь он мой.

— Я вижу, вам не разрешили присутствовать на личной беседе.

— Извините? — я не скрываю своего отношения. До меня доходит, на что она намекает, и меня это не радует. — Я знаю всю конфиденциальную информацию и все то, что должна знать. Но, в любом случае, это не ваше дело.

— Раньше было мое дело.

— И когда же?

— До того как ты нарисовалась. Где он тебя нашел? Подрабатывала в местном «Таргете»? (Примеч. сеть магазинов).

— Сука, я где-то в секунде от того, чтобы перепрыгнуть через этот стол и надрать тебе задницу. Единственное, что меня останавливает, так это то, что он любит меня, и ты не можешь соперничать со мной.

— Поэтому ты и охотница за деньгами.

— Чья бы корова мычала, стерва. Я богата, голубушка. Мне не нужен Трент, чтобы купить что-либо. Он делает это, так как он мой мужчина. То, чего он никогда не сделает для тебя.

— Трент говорил совсем не это на прошлой неделе, когда мы работали допоздна в его офисе и на этом столе, — я знаю, что она подстрекает меня, но готова вцепиться в глотку этой суке просто из-за картинки, возникшей в моей голове. — Я обожаю его родинку, ту, что в верхней части бедра.

Доигралась! Я взбираюсь на стол, хватаю волосы этой мымры и ударяю ее головой об стол.

Я понимаю, что только что расквасила ей лицо, и вина накатывает на меня. Но она исчезает ровно в тот момент, когда Дана пинает меня своей шпилькой и бьет степлером по лицу. Ошарашенная, я шатаюсь, но все же ухитряюсь врезать ей прямо по груди.

— Ты чертова шлюха! — горланит она, набросившись на меня. Мы падаем на землю, сбрасывая все предметы с ее стола на пол.

Я слышу, как открывается дверь, слышу топот ног, торопящихся к нам. Она все еще пытается драться, дергая меня за волосы, когда Трент оттаскивает ее от меня. Я поднимаюсь на ноги и вижу, как он ее обнимает, и это уже слишком для меня. Сомнение омрачают мой разум.

— Нет, Трент. Я не могу выйти за тебя, — я убегаю так быстро как могу, добравшись до лифта, прежде чем он сможет остановить меня. Я наблюдаю за ним, пока двери закрываются, и вижу смирение в его глазах.

Трент

— Что ж, спасибо, за еще один испорченный момент сегодня.

— Извини, Трент. Между прочим, эти двери звукопроницаемы. Ты бы предпочел, чтобы я сначала дождался, пока вы закончите трахаться, а только потом постучал?

— Мы не собирались заниматься сексом. Я только что попросил ее выйти за меня замуж.

— Упс. Виноват, но я уверен, что это привело бы к небольшой любовной сценке на столе. Я женат долгое время, друг мой, и моя жена — адвокат, и в кабинете у нее красивый, блестящий стол из дуба. Если ты понимаешь, о чем я.

— Ну, это не произошло бы сегодня днем, потому как я знал, что ты придешь. Может быть, когда вернусь домой. У меня в студии тоже есть очень красивый, блестящий стол из дуба.

Мы смеемся, как вдруг слышим крик Даны:

— Ты чертова шлюха!

Услышав громкий стук и грохот, мы мчимся к двери.

Открыв дверь, я вижу Дану верхом на моей женщине. Единственное, о чем я могу думать в данный момент — это ее защита.

Ярость проходит через меня, и я оттаскиваю Дану от Лили. Кролик вскакивает на ноги, и я вижу ушибы на ее лице. Мои руки, обвитые вокруг рук и груди Даны, яростно сжимаются. Я хочу задушить эту женщину собственными руками. Затем до меня доходит, что я делаю, но уже слишком поздно.

— Нет, Трент. Я не могу выйти за тебя.

Слова Лили поражают меня, и я вдруг цепенею. Я смотрю на нее, отпуская Дану, но Кролик убегает прочь. Я двигаюсь очень медленно, пытаясь удержать свое сердце от крушения. Мне нужны ответы. Я не могу позволить ей уйти от меня. Нет, я просто не позволю ей. Лили несколько раз резко нажимает на кнопку лифта. Я не успеваю остановить ее, но смотрю в ее глаза. Все мои надежды рушатся, как только она исчезает из моей жизни.

Я стою неподвижно, пока не слышу, как Дон спрашивает:

— Что, черт возьми, здесь произошло?

— Она ревнивая дура, обвинила меня в том, что я сплю с Трентом, а потом напала на меня.

Я оборачиваюсь, осознавая, насколько близок к тому, чтобы ударить женщину. Мне плевать, что сделала Кролик, я знаю, что во всем виновата Дана. Я сказал Лили, что не был ни с кем годами, значит, единственное, что ее натолкнуло на мысль обо мне с Даной, это сама Дана.

— Что ты ей сказала?

— Ничего. Она сказала, что никому не позволит встать между ней и вашими деньгами.

— Дана, ты уволена.

— Почему… потому что ваша сумасшедшая невеста напала на меня?