Лучший друг моего брата

Глава 18

Савельев поднимает меня и несёт на диван. Нависает сверху. Задирает юбку, проникая в трусики. Рычит, спускаясь поцелуями на шею. Кусается. Я теку на его пальцы, что уже входят в меня. Медленно трахает подготавливая.

Стону, стягиваю с него кофту. Впиваюсь ногтями в спину. Уверенна, что там останутся красные борозды.

Но, кажется, его это ещё больше заводит. Никита рычит, кусает меня в шею. Медленными круговыми движениями потирает клитор. Заставляя извиваться под ним.

- Малышка, ты вся течешь. Такая узенькая, так сильно сжимаешь мои пальцы. Что это причиняет боль - рычит Никита и рвет на мне кофту. Посередине. Чашечки лифчика оттягивает в низ. И вгрызается в сосок. Слегка тянет, продолжая трахать пальцами.

Я понимаю, что такую перезагрузку я не выдержу и начинаю кончать. Сжимая его пальцы. И кричу в потолок. От оргазма, что прошибает меня до тряски.

Савельев вытаскивает пальцы, глядя мне в глаза, начинает слизывать мои соки. Заставляя меня краснеть поскуливая. Это так грязно и сексуально одновременно. - Вкусная, — рычит Савельев.

Наклоняется и целует меня. Разделяя со мной мой вкус. Начинаю снова заводиться.

Не замечаю, когда Савельев успел расстегнуть джинсы. Потому что я чувствую голую плоть. И стояк, что прижимается к моей ноге.

- Никит. - Я не успеваю договорить от толчка, когда Никита входит в меня. Мы оба кричим в рты друг друга. Внимательно смотрит в мои глаза. Пробегается по губам, снова в глаза.

- Ты в порядке? - стонет охрипшим голос.

- Да. Не останавливайся! - рычу на парня. Хватаю его за крепкую задницу. Подмахиваю бедрами, тем самым вынуждая его двигаться.

Никита выходит из меня, а после с ещё большим напором входит обратно. Юбка задралась на талию. Никита целует в шею, всасывает кожу. Оставляя свои отметены. Это сейчас меня волнует меньше всего.

Савельев встаёт на колени, не выходя из меня, хватается за мою юбку и резко насаживает на себя. Кричим одновременно. Запрокидываю голову, не переставая кричать.

Никита медленно выходит, все ещё не отпуская юбку на талии. Дёргает за нее, снова входя.

- Ах, черт! Никит. Я кончаю! - кричу в потолок, начиная сокращаться во круг его члена.

Он хватает меня за шею, чуть приподнимая. Пристально смотрит в глаза.

- Смотри на меня. Я хочу видеть, как ты кончаешь. Поняла меня? - рычит парень, наклоняется, больно кусает за губу. Словно наказывая. Когда я ему не отвечаю, он снова кусается, в этот раз в шею.- Не слышу. - Шипит на меня.

- Да, да, да - шепчу, полностью вымотанная. Но Никита только начал.

- Моя девочка. Ты же моя? - Рычит, глядя в глаза, выходит и резко входит обратно. - Не слышу.

Я начинаю скулить от интенсивности всего происходящего. Никогда так себя не чувствовала. Он выворачивает что-то во мне. Заставляя подчиняться. Может за пределами спальни я могу разговаривать с ним, как мне того хочется.

Но точно не во время секса. Тогда я теряю себя. Не понимаю где я и кто. Как бы сильно я это ненавидела. Но ещё больше мне это нравится. Мне нравится то, что я, ощущаю, при этом. Выглядит так, будто у него вся власть. Но это не правда. Я вижу по его глазам. Что ему это нужно. Я ему нужна.

Это доставляет мне большое удовольствие.

- Ксю, блять, я спрашиваю! Чья ты? - рычит, снова насаживая меня на себя. В этот раз делая это сильнее. Что - то внутри меня рвётся. Я теряю суть происходящего.

-Да! - кричу в его рот. Что с бешеным напором владеет моими губами.

- Что Да? - медленно выходит. Оставляя только кончик. И не двигается. Даже когда я пытаюсь насадится. Он шлепает меня по голой киски. Немного входя. И этого мне хватает, чтобы кончить снова. Я сокращаюсь и сокращаюсь. Кричу, гладя в его глаза.

Они у него вмиг становятся черными и дикими. Он входит до упора. Выстреливая в меня. Чувствую, как сперма заполняет меня. То, что не помещается, вытекает. Никита шипит, рычит, ругается отборным матом.

- Блять, Ксю. Ах, чёрт! - стонет Савельев, продолжая в меня кончать.

- Ксюш. Прости, было не заперто. И... Чёрт! - кричит голос со стороны двери. Мы резко оборачиваемся.

Так нас и застают. Практически голыми. Занимающимися сексом.

И я понимаю, что мы влипли. Чертовски сильно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍