Под покровом ночи (СИ) - Ройс Мэри

Мудак снова тянет Аврору к себе на колени. Блядь, это мучение когда-нибудь закончится?! Она словно чувствует мой полный ярости взгляд и в ответ показывает средний палец. Сучка! Я закусываю нижнюю губу и, ухмыляясь, качаю головой. Этот раунд остается за ней.

Наконец сладкая парочка встает из-за стола, и этот ублюдок вновь прикасается к Авроре, подталкивая ее к выходу. От этой картинки у меня к горлу подкатывает волна горькой желчи. Ну, свидимся еще, голубки! Разумовская заигралась. Надо поставить овечку на место.

Из туалета выходит Лера, прижимающая к окровавленному виску полотенце, и торопливо шагает ко мне.

— Что ты, блядь, натворила?! — зло восклицаю, не сводя с блондинки пылающих гневом глаз.

— Я?! Эта тупая шлюха впечатала меня в зеркало! — срывается на крик она.

— Без причины? Просто взяла и впечатала? — цежу сквозь зубы.

— Я просто указала сучке на ее место! — самоуверенно заявляет Лера, тем самым приводя меня в еще большее бешенство.

— Тогда она сделала правильно!

Резко поднимаюсь из-за стола и направляюсь к бару, не обращая внимания на мольбы Леры остаться. Покупаю еще бутылку виски и сигареты и, накинув пальто, выхожу на улицу. Прохладный воздух, проникая в разгоряченные легкие, немного замедляет дыхание. Зажимая бутыль под мышкой, натягиваю кожаные перчатки. Достаю сигарету и стремительно закуриваю ее, жадно затягиваясь и заполняя грудь горьким дымом. Курю я очень редко, но сейчас мне это просто необходимо. Довела меня малая! Сажусь в машину и продолжаю убивать себя алкоголем и никотином, пока меня не отвлекает звук входящего звонка. Я молча поднимаю трубку.

— Максимов, выезжай. Труп молодой девушки на Ленинской горе. Снова тот же почерк, что и по делу Грозного…

Сбрасываю, ничего не ответив, и изо всех сил начинаю тереть глаза ладонями. Пытаюсь прокрутить в голове всю информацию. Это рядом с МГУ… Сердце чуть не выскакивает из груди, отрезвляя разум. Нет, нет, это не она! Они уехали часа два назад. Сука! Да ему и минуты хватит, чтобы свернуть ей шею! Завожу машину и моментально трогаюсь с места. На запредельной скорости мчусь по указанному адресу. А руки тем временем дрожат. Сжимаю их в кулаки до скрипа перчаток. Мне везет, в этот час в городе нет пробок, и за двадцать минут я добираюсь до места. Выскочив из машины, решительно шагаю к телу, которое как раз грузят на каталку. Расталкиваю народ, игнорируя возгласы неодобрения в свой адрес, и разрываю черный мешок. Лицо девушки закрыто темными волосами. Секунду помедлив, делаю глубокий вдох и быстро откидываю пряди с лица… Не она. Отшатываюсь от каталки и, схватившись за голову, разражаюсь смехом.

— Макс, с тобой все в порядке? — встревоженно интересуется коренастый мужичок — мой коллега Стас Воронной.

— Да. — Я вновь истерически хохочу, повторяя одно и то же: — Не она. Это не она…

— У-у-у-у-у, да ты пьян, братишка! Езжай-ка домой, пока Кокорин не явился, — хлопает меня по плечу Стас и ведет к машине. — Подожди здесь, я сделаю звонок и отвезу тебя, — попросил он, скрываясь в толпе.

В голове стучит мысль, что мне нужно убедиться в целости и сохранности Авроры. Поэтому сажусь в машину и направляюсь в общежитие, прекрасно понимая, что не успокоюсь, пока не найду ее. А еще думаю о том, что придется полностью ввести девушку в курс дела, рассказав ей, чем занимается ее новый «дружок».

Глава 19

Аврора

Мы отъезжаем от бара и движемся на выезд из города. И тут меня накрывает осознанием, что нужно любым путем остановить его и попросить отвезти меня в общагу, ведь на сон остается от силы часов шесть.

— Послушай, очень надеюсь, что мне удастся до тебя достучаться, — начинаю издалека.

— Я еду домой, можешь не стараться, — с раздражением обрывает он разговор, давая понять, что не желает меня слушать.

— Тогда останови машину! Я сама доберусь до общаги! Ты хоть понимаешь, что мне завтра на учебу?! У меня и так проблемы…

В ответ Соломон лишь ехидно улыбается, наслаждаясь собственным превосходством в этой ситуации.

— Все, заткнись, твое нытье меня угнетает! Я не планировал провести ночь в компании зануды. — Он разворачивает машину, и мне не удается скрыть удивление, сменившееся радостью. Губы сами по себе растягиваются улыбке. — Не скалься, иначе передумаю. Лучше пораскинь мозгами, как отблагодарить меня за проявленное снисхождение! — высокомерно и язвительно шипит бандит.

У меня тут же возникает непреодолимое желание послать этого ненормального в пешее эротическое путешествие, но все же решаю не злить его. Чего доброго еще передумает.

— Вот сначала довези меня, а потом поговорим, — бормочу я.

За окном стремительно сменяют друг друга красивые виды Москвы — города, который никогда не спит. В глазах рябит от ярких неоновых огней и света фар нескончаемого потока машин. Ночная столица прекрасна: мосты, украшенные разноцветной подсветкой, Останкинская телебашня, царственно возвышающаяся среди непроницаемой темноты и светящаяся тысячами ярких лампочек, набережные, романтично освещаемые фонарями и водная гладь, нежно спящая в объятиях ночи… Именно в такие моменты понимаешь, что счастье кроется в мелочах…

Наконец мы подъезжаем к общежитию. Соломон глушит двигатель и, откинувшись на сиденье, устремляет на меня диковатый взгляд.

— Ну, свое обещание я выполнил, доставил принцессу Аврору в башню со злым драконом на входе…

Вахтерша… ну е-мое, как же я могла забыть?!

— Да уж, дракон на входе совсем вылетел у меня из головы…

— Если меня будет ждать достойное вознаграждение, могу сегодня побыть в роли отважного рыцаря.

Меня ошеломляет его наглость.

— Я не собираюсь с тобой спать! — буквально выплевываю я и, отстегнувшись, пулей вылетаю из машины.

Без оглядки мчусь к входу, представляя, как получу разнос от бабульки. Тяжело выдохнув, тяну руку к звонку, но меня неожиданно притискивает к стене горячее тело. Конечно, я тут же догадываюсь, кому принадлежит эта гора мускулов. А когда Соломон шершавой ладонью обхватывает мое горло и запрокидывает мне голову, я убеждаюсь в этом окончательно.

— Все же поцелуй я заслужил.

От его хриплого голоса низ живота наливается приятной истомой, а от властных прикосновений, кажется, начинает пульсировать каждая клеточка. Соломон в одно в мгновение разворачивает меня лицом к себе и прижимает к холодной стене, а потом требовательным ртом перехватывает мое дыхание. Его губы вбирают мои весьма настойчиво, но тут же медленно высвобождают их, давая возможность отдышаться. Словно змей-искуситель, он терзает меня грубыми ласками, отрезая от окружающего мира и погружая в темную вселенную похоти и разврата. Вновь и вновь атакуя мой рот, он все больше углубляет наш поцелуй. Порываюсь попросить его прекратить, но с губ срываются лишь жалобные стоны. Тем временем, выпустив острые зубы, Соломон грубо впивается мне в нижнюю губу. Ощущаю во рту металлический привкус крови, и мое возбуждение взлетает до небес, но змей останавливается. Обдавая меня жарким дыханием, большим пальцем растирает по подбородку каплю крови. А потом слизывает ее и накрывает искусанную губу нежным поцелуем, словно извиняясь за свою грубость. От таких чувственных прикосновений мои трусики окончательно намокают, а пульс едва не зашкаливает. Соломон шумно втягивает воздух и немного отстраняется от меня.

— Сладких снов, мышка! — говорит он, скользнув рукой между моих трясущихся ног и крепко сжимая пульсирующий центр, который от его действий буквально вспыхивает жгучим огнем.

— Ах… — от неожиданности срывается с моих припухших от поцелуев губ.

— Доведи свою влажную киску до бурного оргазма, думая обо мне. Это мое следующее действие, — хрипит он, плотоядно пожирая меня бесовскими глазами. Я лишь нервно сглатываю и хлопаю ресницами. — А чтобы я был уверен в твоей честности, предоставишь мне видедоказательство, — нагло заявляет змей и совсем по-звериному скалится. Я резко отталкиваю бандита и нажимаю на кнопку звонка, каждой клеточкой ощущая его присутствие за спиной. — С тобой очень весело… Аврора, где же ты была раньше?