Жесткий рок (СИ) - Летова Мария

– Угу, – отзывается он. – Я так и понял.

Вздыхаю и засыпаю с чистой совестью.

Глава 19

Проснулась я уже в постели. Совершенно не помню, как сюда попала. Антона рядом нет. Ну и зря. Я бы с удовольствием подарила его утренней эрекции самоотверженные оральные ласки.

Потягиваюсь и встаю. Порывшись в сумке, нахожу шорты и футболку. Выхожу из комнаты, попутно расчесывая волосы. После вчерашних игрищ они все в колтунах. Антона нахожу глазами сразу, у меня на него, вроде как, радар настроен. Бес загружает кофемашину в одних штанах, низко сидящих на узкой талии.

Я замираю, чтобы спокойно попускать на него слюни. Рядом на стуле сидит Вадик, которого я изначально не заметила за Антоновыми прелестями.

– Доброе утро, – жизнерадостно объявляю я.

Они оба оборачиваются и вдруг начинают синхронно хмуриться.

– Что?.. – в недоумении спрашиваю я.

На всякий случай даже оглядываюсь.

– Ты что, за «лохомотов»? – восклицает Вадик, а Антон возвращается к своему занятию.

– Чего?.. – все еще не понимаю я.

Потом слежу за его осуждающим взглядом и смотрю на свою футболку.

Ах, это…

Этой футболке уже десять лет. Отец подарил её мне, когда взял с собой на мой первый футбольный матч. Его клуб – «Локомотив», потому что он сам железнодорожник.

– Пф-ф… – с облегчением выдыхаю я, махнув на мужчин рукой. – Я-то уж подумала…

Беспечно занимаю место за барной стойкой и болтаю ногой, подперев подбородок кулаком. Антон дожидается, пока чашка наполнится ароматным кофе, затем молча разворачивается и идет ко мне. Вадик торжествующе скалится, а я перевожу взгляд с одного на другого и выпрямляюсь, охваченная предчувствием. Наумов подходит вплотную и плавно наклоняется. Я лишь успеваю заметить веселые огоньки в его голубых глазах, прежде чем он бестактно забрасывает меня себе на плечо.

– Ай! – верещу, дрыгая ногами. – Ты чего?!

В ответ на этот вопль Бес хлопает меня по заднице и несет в сторону коридора.

Вадик же, преисполненный восторга, начинает свистеть.

– В сердце клуб всегда один, ЦСКА непобедим! – скандирует идиот.

– Отвалите! – кричу я, молотя Антона по заднице.

Он запускает руку мне в шорты и сжимает ягодицу, спокойно продолжая свой вероломный путь.

– Але-але-аллле, армейский Клуб вперед, победа тебя ждет! – улюлюкает ассистент варвара, приплясывая на месте. – Мочи ее, Антоха!

– Фанатики!.. – заливаясь смехом, ору я, а сама уже вся дрожу, потому что вторая шершавая ладонь гладит меня между ног.

– Вадик, свободен! – кричит мой мужчина своему преспешнику, прежде чем закрыть за нами дверь в комнату.

Даже сидя на приеме у гинеколога несколькими часами позже, я глупо улыбаюсь и поглаживаю кожаный напульсник на своем запястье. Я отняла его у Беса после того, как он дикарски воспользовался своим мужским превосходством и отымел меня во имя своего футбольного клуба. Этот извращенец заставил меня кричать самоуничижительную двусмысленную кричалку – «паровоз мы победим, ему забьем, сколько хотим!» Я тогда находилась на грани оргазма, поэтому простила себя.

Но это не значит, что я все забыла! Клянусь, что отомщу!

После посещения врача я отправилась на работу к Вике, чтобы вместе пообедать. Во время обеда решаюсь рассказать ей все о нашей с Антоном «связи». Она немного обескуражена и в восторге. В самом деле, мы не знаем девушек реальных рок-музыкантов, помимо меня самой.

Я – девушка Антона «Беса» Наумова!

Я готова орать об этом на каждом углу.

И хоть технически он не подтвердил статус наших отношений, я беру на себя смелость говорить всем именно так.

Сегодня Антон с группой участвует в каком-то благотворительном рок-концерте. Мой любимый велел явиться туда к половине девятого вечера, найти Вадика и пройти с ним за сцену. Я никогда не бывала за сценой масштабных мероприятий, тем более, рок-концертов!

Вернувшись в квартиру Антона, привожу себя в порядок: принимаю душ, мою волосы и выпрямляю их, чтобы они лежали на плечах гладкими сине-розовыми волнами. Как я и говорила, набор одежды у меня здесь немного нелогичный. Выбираю легкое черное платье в горошек, в котором планировала отправиться на работу. Собственно, помимо него в моей сумке ничего больше нет. Наверное, всю субботу я рассчитывала провести голышом. С платьем надеваю свои милитари-ботинки. Когда забираю из шкафа пальто, замечаю косуху Антона, одиноко висящую на вешалке. Возвращаю пальто на место и беру его куртку. Прижимаюсь носом к подкладке и вдыхаю любимый грейпфрутовый запах.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Не раздумывая, надеваю косуху и кутаюсь в «Антона». Куртка мне настолько велика, будто меня в ней вообще нет, но я не сниму ее ни за что на свете. Теперь я чувствую себя суперменшей. Не знаю, как выглядят девушки рокеров, но я как минимум сама похожа на рокершу. В довершении образа крашу губы яркой красной помадой.

К тому времени, как добираюсь до места, наступает девять вечера. Я опаздываю и не знаю, как это вышло, ведь я кажется все рассчитала.

Даже не доходя до полицейских кордонов, слышу голос Антона!

Ускоряюсь, кляня себя. Замираю, увидев своего красавца на огромных мониторах, которые, как пластинки домино, уходят к сцене.

Ох…

Подтягиваю куртку к носу и вдыхаю, пока ее хозяин приветствует собравшихся. Их здесь несколько тысяч, не меньше. Я вся вибрирую от звука его голоса. Он совершенно не искажен. Он точно такой, каким я привыкла его слышать. Проходящая мимо компания задевает мое плечо, но я не обращаю на это внимание.

– Поехали! – орет мой панк и дает знак музыкантам начинать.

Я как зачарованная продолжаю смотреть. На движения его рук, на его мимику. На нем черная рубашка и черные военные штаны с нашивными карманами. Сердце ускоряет темп. Этот мужчина просто нереален.

Удлиненная челка падает на лоб, и он откидывает ее рукой. Разворачивается и вступает в гитарную партию, несколько раз обернувшись вокруг своей оси. Мои уши наполняются гитарными басами. Прыгаю на месте и хлопаю в ладоши, улыбаясь во все тридцать два зуба. 

Мне нравится эта песня. Одна из моих любимых.

По телу бегут мурашки, когда Бес начинает петь. У меня кровь просто горит. Несусь к сцене и вклиниваюсь в толпу. Хочу попасть ближе, но тут очень много людей. Лицо Антона я могу наблюдать на двух гигантских дисплеях по обе стороны от сцены, но я хочу видеть его настоящего. Хотя бы его силуэт.

Вокруг творится чумовое веселье, народ пляшет и подпевает. Я делаю то же самое. Кричу и поднимаю руки. Когда он доходит до самого высокого места, его голос резонирует, посылая волны адреналина по моему телу.

Следующая песня взрывает толпу, потому что она на данный момент у них самая известная. Антон перебирает пальцами струны своей гитары, и площадь накрывает знакомый всем ритм. Я ору, как и мои соседи. Мой панк улыбается и ударяет головой, когда его игру подхватывают барабаны и бас-гитара. Воздух сотрясается мощным всплеском энергии, и на этой ноте Бес начинает петь. Сцена взрывается столбами фейерверков, и народ орет во все многотысячные глотки.

Мамочки!

Я даже вдохнуть не могу. У меня в горле спазм. Мне нужно дозированно ходить на его концерты, иначе можно схлопотать какой-нибудь удар.

Лезу в карман куртки и достаю свой телефон. Включив камеру, снимаю все, что происходит вокруг. Один парень, кажется, сейчас начнет биться в конвульсиях от кайфа. Стараюсь, чтобы в кадр попало как можно больше лиц, потому что они все как один подпевают Антону. В конце снимаю себя саму, поющую и визжащую. Завершаю свой репортаж смачным чмоком. Сразу же скидываю это видео своему музыканту и возвращаю телефон на место.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Решаю побыть здесь еще немножко и понасладиться выступлением Антона. В итоге я остаюсь до самого конца. Группа играет еще три песни, и могу авторитетно заявить – эти парни любимы и почитаемы.

Когда они удаляются за кулисы, начинаю выбираться из толпы.

– Где ты, блин? – шипит адъютант Наумова, ответив на мой звонок после первого гудка.