Супер Американ Папа! (СИ) - Маар Чарли

- Не боитесь провалиться под лед?

- Озеро не очень большое. При таком морозе слой льда должен быть достаточно толстым и крепким.

Он возвращает мне взгляд, и несколько долгих секунд мы неотрывно смотрим друг на друга.

- Кажется, вы хотели запускать фейерверки, - хриплю я и сама себя проклинаю за эту дурацкую хрипотцу, появившуюся в голосе от волнения.

- Верно. Хотел, - отвечает мужчина, продолжая смотреть мне в глаза. – Поможешь мне, Маша?

Я киваю, и когда Кевин направляется к авто, чтобы достать все необходимое, рвано выдыхаю и плетусь за ним. Джини тоже бежит, хлопая в ладоши. Пока вечер проходит вполне себе невинно. Надеюсь, так он и закончится.

- У тебя есть кто-нибудь? – спрашивает Кевин, когда мы находим подходящее место для установки фейерверка. Джини уже схватила какую-то обледенелую палку и сейчас что-то вырисовывает с ее помощью на снегу.

Услышав вопрос, я напрягаюсь. Эти разговоры на личные темы до добра не доведут.

- Вы имеете в виду, отношения?

- Да, отношения, Маш, - усмехается Кевин, подняв на меня взгляд.

- Нет. У меня нет на это времени. Я очень много работаю.

- Как это знакомо…

- Знакомо? Разве у вас нет девушки? – не удерживаюсь от встречного вопроса. Что? Раз ему можно спрашивать, то и мне тоже.

- Нет. У меня нет девушки, Маш.

- А как же Селия?

Руки Дорнана застывают с зажигалкой в руках.

- Селия?

- Дда… Джини показывала миниатюру отеля и сказала, что ее подарила ваша… подруга.

Ну, хорошо, я интересуюсь, потому что мне действительно небезразличен моральный облик этого человека. Пусть я не собираюсь ничего с ним иметь, но, если у него есть девушка, мне бы не хотелось с ним даже просто общаться. Тогда я нашла бы в себе силы держаться от Дорнана подальше. Наверное…

- Селия – моя бывшая девушка. Мы встречались давно, но наши взгляды и цели разошлись, так что… Сейчас между нами ничего нет.

Мужчина говорит открыто, и не отводя взгляда. У меня нет повода думать, что он врет, поэтому внутри разливается теплое чувство облегчения.

- А какие у вас взгляды? Чего вы ждали от нее?

Мысленно стараюсь убедить себя, что всего лишь поддерживаю беседу, а не прощупываю почву.

- Я хотел семью, - просто и четко отвечает Кевин. – А она карьеру.

- Вы против того, чтобы женщина строила карьеру? – невольно хмурюсь, потому что считаю важным профессиональное становление вне зависимости от пола.

- Нет, Маша, я не против, - мужчина выпрямляется и бросает короткий взгляд на дочь. – Но у меня есть ребенок. И я хочу еще детей в будущем. Вряд ли для них будет хорошо, если оба родителя окажутся трудоголиками. Кто-то должен посвящать больше времени семье и дому. Моя работа не позволит мне подобной роскоши, поэтому мне хотелось бы видеть рядом с собой женщину, способную отказаться хотя бы от части своих амбиций ради семьи.

После его слов задаюсь вопросом, а смогла бы я? Я же никогда не задумывалась о том, каково это – строить отношения с человеком, у которого уже есть ребенок. Даже если бы между мной и Кевином было что-то возможно, смогла бы я отказаться от личных амбиций, чтобы больше времени проводить дома? Пока у меня нет ответа на данный вопрос.

Наконец, фейерверки готовы к запуску. Кевин поджигает один снаряд, и мы втроем отходим на безопасное расстояние. Через мгновение разноцветные огни устремляются в черное небо и разукрашивают его яркими всполохами. Кевин сажает Джини на плечи, та ласково обхватывает его голову руками и смеется. Я не знаю точно, что именно завораживает меня больше: красочный салют на фоне белоснежного леса и замерзшего озера, или отец и дочь, счастливо наблюдающие за ним?

Возвращаемся к турбазе мы где-то через час. За это время успеваем пофотографироваться, перекусить в машине, послушать музыку и даже обсудить все интересные мультики, которые Джини просто АбАжает. По дороге девочка быстро засыпает на заднем сиденье, вымотавшись за день. Я же себе такой роскоши позволить не могу, потому что, во-первых, слишком нервничаю в такой близости от Кевина, во-вторых, не хочу давать ему еще один повод залезть мне в трусики, хоть он и обещал этого не делать. Но тепло между ног от запаха его парфюма, что окружает меня, от низкого проникновенного голоса мужчины, все равно разливается волнами. Я сжимаю бедра, чтобы снизить напряжение, но удается это едва ли.

На парковке Кевин гасит фары и поворачивается ко мне.

- Спасибо за вечер, Мари. Может, как-нибудь повторим.

- Может, - сглатываю я, вцепившись в куртку до побеления костяшек пальцев. Бежать! Быстрее бежать, пока я не совершила глупость, о которой потом пожалею.

- Поможешь? – спрашивает он, отстегивая ремень.

- В чем именно?

- Я понесу Джини, чтобы не будить, а ты захватишь одеяло, контейнеры из-под еды и фотокамеру. Хорошо? – мужчина внимательно смотрит на меня, и его взгляд, как мне кажется, темнеет. Или я уже придумываю? Он хочет, чтобы я проводила их. Сейчас. Почти ночью. Делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю. Ну не могу же отказать, потому что, что? Потому что боюсь снова остаться с ним наедине в домике?

- Хорошо. Но потом я к себе, - осторожно предупреждаю, за что получаю от Кевина короткую усмешку.

- Разумеется, Мари. Потом ты просто уйдешь к себе.

16 глава

Маша

Пока Кевин укладывает Джини, я топчусь в гостиной, сама не знаю, почему? Чего я жду? Могу ведь просто уйти, не осложняя этот вечер неуклюжим прощанием, но вместо того, чтобы прислушаться к голосу разума, отчаянно шепчущего внутри, я продолжаю стоять и ждать появления Кевина. Минут через пять он выходит из спальни и возвращается ко мне. Пальто он снял, оставшись в одной рубашке. Его взгляд быстро скользит вниз по моему телу, спрятанному под зимней курткой, и вновь возвращается к лицу.

- Еще раз спасибо, Мари, - хрипит мужчина.

- Не за что, - отвечаю шепотом. Мы стоим друг напротив друга. И мне кажется, что он слишком близко от меня, слишком отчетливо я слышу его тяжелое дыхание и слишком ярко ощущаю его запах. Молчание, повисшее между нами, длится около минуты, в течение которой ни я, ни он не делаем никаких движений, а просто смотрим друг на друга.

- Я… пожалуй пойду. Спокойной ночи, Кевин.

Делаю шаг назад и, наткнувшись на столик, чуть не падаю. Мужчина быстро реагирует и делает шаг мне навстречу. Его пальцы сжимают мое плечо, чтобы поддержать. Даже через куртку ощущаю его горячее прикосновение и невольно вздрагиваю.

- Я провожу тебя, Маш.

- Не нужно, - голос звучит одновременно резко и сипло, выдавая мою нервозность. Но я все же нахожу в себе силы, освободиться от его хватки, развернуться и почти бегом направиться к двери. Спиной ощущаю его взгляд и слышу, что он идет следом за мной. У двери останавливаюсь и собираюсь уже открыть ее, как вдруг с обеих сторон от моего лица появляются его руки и ложатся на дверь. Дыхание мужчины касается моих волос и уха, отчего по телу пробегает сладкая дрожь, похожая на предвкушение.

- А как же поцелуй на ночь, Маш?

Сглатываю и зажмуриваю на секунду глаза. Так и знала, что все не могло закончиться просто так.

- Мистер Дорнан… Кевин, отойдите, пожалуйста, я выйду. Я не хочу никаких поцелуев. К тому же, вы обещали, что не будете приставать.

- Я обещал, - шепчет мужчина, - что не стану лезть к тебе в трусики. Насчет поцелуев разговора не было.

Он отнимает одну руку от двери, и проводит пальцами по моим волосам, отводит их в сторону и утыкается носом в шею, глубоко вдыхает мой запах, и я буквально чувствую, как закрываются его глаза от наслаждения.

В животе тяжелеет от ощущений, а соски напрягаются и начинают ныть. Жесткая ткань лифчика царапает твердые горошины, вызывая неистовое желание сорвать с себя вещицу и освободить ноющую грудь.

- Там. В машине, - выдыхаю чуть слышно, - вы сказали, что, проводив вас, я отправлюсь к себе. Я проводила. Теперь отпустите.

- Я соврал, - отвечает Кевин, а следом проводит зубами по коже под ушком. Меня прошивает электрическим разрядом, и я закусываю губу, чтобы не застонать. – Не хочу отпускать тебя, Мари, без поцелуя. Всего одного.