Самец (ЛП) - Сандерс Арен

– О боже, – я хлопаю себя ладонью по лбу. – Это было так очевидно?

– Мама всегда знает.

– Мам, ты даже не представляешь.

– Кажется, представляю. Вы можете думать, что хорошо это скрывали, но, как я уже сказала, мама знает.

– Мы собираемся рассказать Ники и остальным членам его семьи в субботу вечером. Думаешь, сможешь отложить разговор с Марией до воскресенья на игре?

– Я могу попытаться, но, думаю, ты удивишься. Она уже звонила сегодня и спрашивала, хорошо ли ты провела время. Она проявляла любопытство, искала информацию.

– Ох, бля... Я имею в виду, черт!

Она снова смеется, и я представляю, как мама качает головой.

– Лизбет, я рада за тебя! Это хорошая новость. Я хочу, только чтобы ты была счастлива, как и твой отец. Знай это. Креншоу – исключительный человек.

– Я люблю его, – признаюсь я ей, смотря в глаза Клэр. – Я всегда любила его.

– Я знаю, и это еще одна причина, по которой я так счастлива за тебя. Ты заслужила это, – ее голос срывается, вызывая комок в горле.

Мы не очень много говорили о моем раке, но знаю, как они с отцом были напуганы. Однажды ночью, когда они думали, что я спала, я услышала, как они обсуждают планы лечения и продажу всего, что у них есть, чтобы я попала в экспериментальную программу, если до этого дойдет. К счастью, этого не произошло. Когда у меня началась ремиссия, я была взволнована, но помню вопли моей мамы, когда она держала меня в объятиях и благодарила Бога и всех остальных, ответственных за заботу.

– Мама, пожалуйста, не надо…

Клэр садится рядом со мной, хватая меня за руку.

– Извини, но ты никогда не узнаешь, как сильно слова о твоей любви наполняют мое сердце. Я так о многом мечтала для тебя, и это становится реальностью.

– Боже! Ты должна остановиться, или я буду рыдать и готовиться к работе, – икота исчезает, когда я пытаюсь сдержать слезы.

– Хорошо! Ладно! Я остановлюсь. Я позвоню тебе в субботу, чтобы узнать подробности игры. Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, мама. Скоро поговорим, – я вешаю трубку и кладу голову на плечо Клэр.

– Знаешь, если Шоу появится, и ты будешь в слезах, он обвинит меня. Мне бы не хотелось надирать задницу твоему парню, – ее собственный голос хрипит.

– Мы не можем этого допустить, – я поднимаю голову и смотрю на нее, видя, как блестят ее глаза. – Так что нам лучше подготовиться.

– И, кстати, я приглашаю себя на игру в воскресенье.

– Шлюшка, ты всегда приглашена. Это ты мне отказываешь.

– Да, но я занимаю места в первом ряду для мам. И я не могу дождаться, чтобы увидеть выражение лица каждой женщины в этой ложе, когда они узнают, что Креншоу Беннетт официально вне списка завидных женихов. Могут пролиться слезы.

Я улыбаюсь от этой мысли. В течение многих лет я наблюдала за похотливыми глазами женщин, с которыми он работает, тоскуя по нему в ту минуту, когда он входит в ложу компании. Мое сердце сжимается, зная, что, наконец, после всех этих лет, он взял.

Меня.

Глава 11

Шоу

Звонок телефона доносится так громко на весь офис, что я проклинаю его за то, что он меня прервал. Гейл нет за столом, когда я поднимаю глаза, вспоминаю, что она выполняет мое поручение. Кто бы ни звонил, он проходит через ее телефон. Мой первый инстинкт игнорировать его, пока я не вижу, что это стойка регистрации.

– Что? – я рявкаю слишком сильно.

Энджи не виновата, что я по колено в контрактах.

– Это Энджи из приемной, – она замолкает.

Предполагаю, это из-за моей грубости.

– Прости, Энджи, я был очень сосредоточен. Что случилось?

– К вам пришла Саша Крейн.

Мое сердце падает в пятки, и я быстро выдыхаю. Какого хрена?

– Скажи ей, что я занят.

– Она настаивает. Говорит, что подождет.

– Возьми ее номер и скажи, что я ей перезвоню.

– Я пыталась, – сейчас она шепчет, и я слышу, как Саша разговаривает с кем-то на заднем плане. – Она отказывается уходить, пока не увидит вас.

– Она беспокоит тебя, Энджи? Мне нужно вызвать охрану?

– Нет, она говорит по телефону. Думает, что я звоню Гейл.

– У меня нет времени…

Энджи прерывает меня, ее тон сменился на более деловой.

– Мисс Крейн? Похоже, мистер Беннетт действительно уехал на сегодня. Прошу прощения, что не знала. Видимо, у него встреча с клиентом.

Она врет как профессионал.

– Я тебе не верю, – шипит Саша, и линия обрывается.

Я вешаю трубку, и внутри меня зреет гнев. Эта женщина – чокнутая! Я должен надрать себе задницу за то, что напился и переспал с ней.

Через несколько минут Гейл врывается без стука и бросает мне на стол конверт. Я смотрю вверх и вижу ее руки на бедрах.

– Кто эта женщина? – она кипит.

– Она – ошибка, огромная ошибка!

– Очевидно, она об этом ничего не знает, потому что все еще зовет тебя Рен. Любой, кто знает тебя, не использует это имя.

– Ты действительно хочешь в это ввязаться? – я поднимаю бровь, ожидая, что она отступит. Вместо этого, она смотрит на меня с вызовом. – Я не церковный мальчик, Гейл. Все совершают ошибки. Она одна из моих.

– Она появляется на твоей работе без предупреждения, навязываясь мне достаточно часто, чтобы свести с ума, и ставит Энджи в трудное положение. Как думаешь нам с этим справляться?

– Она исчезнет. Она сука, настоящая сука.

– Она собирается принести тебе проблемы?

– Не в моем бизнесе. Она теневой адвокат, не имеющий связей со спортивной индустрией. Я уже говорил тебе, она выезжает за счет репутации фирмы своего отца.

– А что насчет Лизбет?

Ее вопрос, будто ударил меня в живот. Я опускаю голову, боясь взглянуть на ее неодобрительный взгляд.

– Она не прикоснется к Биззи. Никто не тронет Биззи. Я с этим разберусь.

– Шоу?

Я вскидываю голову, когда она использует мое прозвище – это неслыханно с ее стороны.

– Мы работаем вместе уже почти три года. Я вижу многое. За последние несколько недель я заметила изменения. Это хорошо.

– Это лучше, чем хорошо, это здорово. Впервые в жизни я чувствую, что наконец-то получил все. Никто это не испортит. Особенно Саша Крейн.

– Она не похожа на женщину, которую можно игнорировать, – она указывает на конверт, который бросила.

Это своего рода приглашение.

– Вот дерьмо. Я сказал ей, что между нами ничего нет, и я не шутил. Если она снова вытворит что-то вроде сегодняшнего, я буду серьезнее в своем послании.

Гейл, кажется, одобряет и вручает мне маленький пакет в руке, затем слегка машет, когда уходит и закрывает за собой дверь. Я вскрываю конверт и издаю смешок отвращения. Это приглашение на официальный ужин в честь того, что Сашу назвали младшим партнером в фирме ее отца. Она, наконец, измотала старого ублюдка.

Записка вываливается с сообщением прямо ко мне на колени.

«Рен,

Я думала о том, как мы расстались утром у меня дома. Это было некрасиво и ненужно. Это будет особенная ночь для меня. Очень важно, чтобы ты был там. Вся моя семья будет присутствовать, и я думаю, они хотели бы встретиться с тобой. Я уважаю твое решение не торопиться, и надеюсь, это может стать для нас новым началом.

Увидимся на следующей неделе.

Саша».

Я разрываю записку и приглашение и бросаю его в мусор. Если бы я был дома, я бы сжег эту чертову штуку. Она чертовски сумасшедшая. Образы последнего раза, когда я видел ее ползающей в моей голове. Они быстро заменяются улыбающимся лицом Биззи, когда я оставил ее в своей постели сегодня утром. Она была голая и запуталась в моих простынях, ее длинные темные волосы лежали по всем подушкам. Вчера была первая ночь с тех пор, как мы вернулись и как провели всю ночь вместе.

С моей стороны потребовался весь мой дар убеждения, но она, наконец, согласилась использовать свой чертов ключ и встретиться со мной там, когда закончу работу. Я использовал всю свою сдержанность, чтобы пережить конференцсвязь с коллегой на западном побережье, зная, что она ждет меня дома.