Тупак Юпанки - Жертва

Наверное, потому, что Поттер сейчас выглядел человеком, обладающим какой-то информацией, которая была недоступна Снейпу.

— Что ты имеешь в виду? — так же серьёзно спросил он.

Джеймс вздохнул и сделал паузу, собираясь с мыслями.

— Помнишь, я говорил тебе, что моя мать умерла, когда мне было восемь? — Северус кивнул. — Так вот. Она не просто умерла. Её убили. Сторонники Сам-Знаешь-Кого. Мой отец — Аврор. И в ту ночь они пришли за ним. Но моя мать вступила с ними в схватку, и они убили её. Они убили бы и нас с отцом, но подоспел отряд Авроров. Их привёл друг моего отца Аластор Грюм. Слышал о нём? — Северус снова кивнул, это имя было знакомо ему из газет. — Пожиратели Смерти скрылись, и мы остались живы. Но дело не в этом. Это была предыстория. А суть заключается в том, что отец по своей работе разбирал очень много дел об убийствах и пытках магглов, Авроров и простых волшебников. И всё это делали Пожиратели. Одним словом, политика Сам-Знаешь-Кого не настолько лояльна, как об этом любят писать в газетах. Широкая масса не знает, что происходит на самом деле. Но я знаю. И я так тебе скажу: если Сам-Знаешь-Кто придёт к власти, магическому сообществу придёт конец. Во всех смыслах слова, — он умолк, переводя дух.

— Джеймс, может, ты и не заметил, но он уже приходит к власти. Я прекрасно понимаю, что, скорее всего, когда начнётся война, он пойдёт по головам. Но… знаешь, я не хочу оказаться в итоге одной из этих голов.

— Предпочитаешь лизать зад тем, кто сильнее?

— Мародёры всегда были сильнее, однако я никогда не лизал вам зад, — парировал Северус.

— Это другое, — Джеймс покачал головой. — Тут речь не о дурацкой школьной вражде, а о настоящей войне.

— Вот именно. Поэтому выбирать сторону нужно уже сейчас.

Минута прошла в молчании. Наконец Поттер вздохнул и сказал:

— Знаешь, если ты выберешь их, то мы навсегда окажемся по разные стороны баррикад. Потому что я лично после школы хочу стать Аврором, как мой отец.

— Ну, и что? — отозвался Северус как можно равнодушнее.

— Значит, тебе всё равно? Даже после того, что у нас было?

Северус потряс головой, словно приводя мысли в порядок, и сел.

— Послушай. Пять лет мы враждовали, и я не буду лукавить, если скажу, что именно это отчасти предопределило мой выбор. В этом году тебе вдруг… сперма в голову ударила, и я поддался тебе. Быть может, мы — я и Мародёры — и прекратим эту войну, но это ведь ничего не меняет для меня. Я не могу поплыть против течения. Я не могу взять и сейчас вот заявиться к Люциусу и сказать: «Ой, знаешь, а я тут переспал с Поттером, будущим Аврором, и поэтому передумал принимать Метку!». Меня просто не поймут. В лучшем случае, — добавил он куда-то в сторону.

— Северус, но это твоя жизнь. Почему ты всегда позволяешь кому-то за тебя решать? Почему ты… твою мать! Да почему ты всегда позволял нам над собой издеваться?! — выкрикнул Джеймс в сердцах.

— Потому что я не хочу в Азкабан, Поттер, — просто ответил Северус, но, видя, что Джеймс смотрит на него непонимающим взглядом, добавил: — Как ты думаешь, сколько заклинаний я знаю? — Джеймс продолжал молча на него таращиться. — А тёмных заклинаний? — та же реакция, Северус вздохнул. — Ладно, объясню доходчиво. Одно дело — накладывать Cruciatus на мух в подземелье, другое дело — на дебила Блэка. Теперь дошло?

Поттер, видимо, переваривал только что полученную информацию. Потом он отстранился и взглянул прямо в чёрные глаза Северуса. И он готов был поклясться, что впервые в жизни увидел в глазах Джеймса страх.

— Ты умеешь накладывать Cruciatus? — еле слышно прошептал он.

— С третьего курса, — со вздохом ответил Снейп. Повисла напряжённая пауза. — Извини, Поттер, что разбил твои надежды, но ты затащил в постель настоящее чудовище, а не бедного маленького Сопливчика…

— Ты хочешь сказать, что все эти пять лет ты просто… сдерживался? — наконец спросил Джеймс, и в его голосе читалось недоверие.

— Хочешь проверить? — спросил Северус без тени улыбки. Поттер промолчал и отвернулся. — Ладно, ты сегодня мне рассказал кое-что о своём отце, я тоже тебе кое-что расскажу про свою семью. Мой отец — маггл и алкоголик. Он всегда ненавидел меня и мать. Периодически он нас избивал, просто потому что у него было плохое настроение. В общем, я тоже его ненавидел и продолжаю ненавидеть. На Рождественские каникулы я, если помнишь, никогда не покидал Хогвартс, но на третьем курсе почему-то решил съездить домой. Тогда прямо в Сочельник между родителями произошла ссора… я не буду рассказывать тебе подробностей, но в итоге отец прижал мать лицом к стене и вывернул руку т-так… — Северус на секунду запнулся, чёртово заикание вернулось совсем некстати. — В-в общем, он выворачивал ей руку, пока она не с-сломалась. Когда я увидел это, я выхватил палочку и… ну, в общем, на ум мне пришло тогда только одно заклинание. Я никогда его не использовал, просто знал о нём. Но тогда я так хотел убить его, что… Я наслал на него Cruciatus, и у меня получилось. Я несколько минут просто стоял и смотрел, как он корчится на полу у моих ног, пока он не потерял сознание.

Северус замолчал и прислонился к дереву спиной. Воспоминания того вечера больно сжали его сердце.

— Тебя не судили, потому что ты был несовершеннолетним? — осмелился спросить Джеймс.

— Нет, — Северус покачал головой. — Министерство как-то отследило применение заклинания, и моя мать дала показания. Она объяснила, что это была самозащита, только она поменяла в своём рассказе главное действующее лицо. Она взяла вину на себя. Сказала, что моя палочка — просто первое, что попалось ей под руку. Вкупе с её травмами это выглядело убедительно. Никому из Министерства и в голову не пришло подозревать ребёнка, но её судили. В Азкабан её, конечно, не отправили, но наложили пожизненное ограничение на магию. С тех пор она могла использовать только простейшие бытовые заклинания и варить зелья. Ей даже аппарировать запретили. Вот так.

Под буком надолго наступила тишина. Наконец её прервал Джеймс.

— Ну что, нам пора возвращаться в замок?

— Думаю, да. Ты иди, а я тут ещё посижу, — отозвался Северус. — Если нас вдруг и поймают, не хочу, чтобы вместе, понимаешь?

Джеймс кивнул и поднялся с земли, подбирая мантию-невидимку.

— Спокойной ночи? — спросил он, выжидающе глядя на Северуса.

«Мерлин, он что, думает, что я его поцелую на прощанье?!»

— Могу я задать тебе личный вопрос? — спросил он вместо ответа.

— Конечно, — улыбнулся Поттер.

— Откуда у тебя такой сексуальный опыт… с мужчинами? — спросил Северус и покраснел.