Диана Бейн - Глаза ночи

Сегодня Джейсон был не таким, как обычно. Он не остановился, чтобы понаблюдать за ней, как он всегда делал, а продолжал продвигаться вперед, издавая при этом какие-то животные звуки. Бренвен сильнее вцепилась в его плечи и стала ожидать взрыва внутри. Ее сознание стало на мгновение слишком острым, слишком ясным. «Есть что-то… не совсем правильное во всем этом», — подумала она. Но потом она почувствовала себя предателем. Она закрыла глаза, приникла к Джейсону и напрягла мышцы своего влагалища, чтобы доставить ему еще больше удовольствия.

— Ты уверена, что была в магазине? — спросил Джейсон.

— Прости. — Бренвен подняла глаза. Она полулежала одна в их огромной постели и читала толстую хрестоматию, устроив ее на коленях. — Что ты сказал?

Джейсон прислонился к косяку дверей, ведущих в ванную. Его мокрые рыжевато-каштановые волосы казались темными, а на густых волосах, покрывавших грудь, висели капельки воды. Единственной одеждой было полотенце, обернутое вокруг бедер.

— Я сказал, ты уверена, что ходила за покупками? Тебя не было очень долго, и ты вернулась домой ни с чем, если не считать тех немногих продуктов, из которых был приготовлен наш скромный ужин.

— Я уже говорила тебе, Джейсон, я забыла о времени. Извини меня, это больше не повторится.

Пока она говорила, Джейсон сорвал с себя полотенце и начал вытирать им волосы. Бренвен подавила дрожь и сосредоточила все свое внимание на книге. Почему Джейсон, подумала она, так похож сегодня на зверя? Он всегда напоминал льва, и ей это нравилось. Но сегодня… Лев — царь зверей, подумала Бренвен, но сейчас в Джейсоне не было ничего царственного; он был более… более грубым. И все же, когда он закончил яростно тереть свою голову и сел на край кровати, выпустив из рук мокрое полотенце, его лицо, окруженное косматыми рыжевато-каштановыми волосами, снова приобрело львиный вид. Глядя на Джейсона сквозь опущенные ресницы, Бренвен подумала: мне действительно пора прекратить критиканствовать. Она поймала взгляд Джейсона и улыбнулась.

— Хорошо, — сказал Джейсон, — каждый человек может ошибиться. Но что же ты так хотела купить, что забыла о времени? Очевидно, ты не нашла этого, не так ли?

— Платье, — сказала Бренвен, снова глядя в книгу и переворачивая страницу. Она ненавидела ложь и тем не менее продолжила: — И ты прав. Я не смогла найти того, чего мне хотелось.

— Ты поехала в Калпепер, чтобы купить платье? Я привозил тебе одежду из лучших магазинов Вашингтона! Она что, недостаточно хороша для тебя?

— Та одежда, которую ты купил для меня — просто замечательная. Ты очень добр, Джейсон, — успокаивающим тоном сказала Бренвен. — А если ты сейчас не наденешь пижаму — простудишься.

Обладая сверхъестественным чутьем превосходного лжеца, Джейсон тут же заподозрил, что его жена говорит неправду. Гнев, казалось, улегшийся в результате их неистового секса, снова угрожал вернуться, Джейсон чувствовал, что начинает закипать где-то около второй отметки. Он бросил на нее яростный взгляд. Бренвен выглядела такой невинной в своей белой ночной сорочке со стоячим плиссированным воротничком и волосами, заплетенными в косу, которая свисала с ее плеча. Она снова погрузилась в книгу, не обращая на него никакого внимания.

— Ха! — фыркнул он, выражая этим звуком отвращение. Он сердито направился в ванную и надел пижаму, но не потому, что боялся простудиться, а чтобы дать себе время подумать.

Хотел ли он затеять ссору с Бренвен? Да, он действительно этого хотел. А если его гнев разбушуется слишком сильно, так что же, она — его жена, и это его собственный дом. Может быть, она действительно была в магазине! Он мог бы еще раз нажать на нее, добиться ответов и посмотреть, расскажет ли она ему снова то же самое. Как бы то ни было, его уже тошнило от ее постоянного спокойствия и уравновешенности. Конечно, кроме тех моментов, когда он прикасался к ней. Прикоснись к ней, и она уже горит, и она так же хороша в сексе, как любая из тех высокооплачиваемых шлюх, которые у него были. А что, если другой мужчина прикоснется к ней подобным образом? Или, что еще хуже, мальчишка, студент ее возраста? В этом возрасте они готовы заниматься любовью даже с кучей грязи. Будет ли она отвечать другому точно так же, как отвечает ему?

Эта мысль поразила Джейсона с такой силой, что его едва не стошнило. Он быстро наклонился над раковиной и был очень рад, когда все это закончилось ничем. В этот момент он понял, что получил хоть и слабое, но весьма наглядное представление о том, что будет чувствовать, если Бренвен когда-нибудь оставит его ради другого мужчины. Это было ужасно; его затопила волна гнева, за которой тут же последовало чувство глубокого отчаяния. Он никогда не сможет выдержать этого.

«Нет! — яростно воскликнул он про себя. — Я не собираюсь выносить зло, я просто не стану терпеть! — Он поднял голову и увидел себя в зеркале. Волосы были всклокочены, а глаза дико блестели. — Нет, клянусь богом, я не стану терпеть этого!» — поклялся он перед своим отражением в зеркале. Причесался, почистил зубы и направился обратно в спальню. Он лег со своей стороны постели, взбил подушки повыше и прислонился к ним спиной. Бренвен продолжала читать, не обращая на него никакого внимания. Что ж, посмотрим, что будет дальше!

Джейсон проворчал угрожающе:

— Какое платье?

Бренвен вздохнула и, повернув голову, посмотрела на него:

— Это что, действительно так важно? Уже поздно, я устала, а мне еще нужно сделать к завтрашнему занятию это задание. Проза восемнадцатого века — это не самое легкое из того, что мне приходилось когда-либо читать!

— Да, это важно! Не забывай, что если бы не я, то у тебя не было бы никаких занятий, к которым ты должна была бы готовиться, и этой одежды, которая на тебе надета, и этого автомобиля, на котором ты разъезжаешь в темноте по всей Виргинии! Когда я задаю тебе вопрос, то ожидаю, что ты ответишь на него!

Бренвен вся сжалась под этим потоком слов, как будто ее ударили. У нее перехватило горло. Когда она подвергалась словесным атакам, всегда старалась замкнуться в себе, отгородиться от окружающего мира, так в свое время она отгораживалась от Люси Керр. Она уже начала окружать себя плотным слоем тишины, сквозь которую не мог бы проникнуть гнев Джейсона: что ж, она дочитает текст и будет сегодня спать в комнате для гостей, заперев дверь. И все же она колебалась. Брак представлял собой совершенно другую ситуацию. Брак должен был быть чем-то вроде партнерства. В конце концов, она не рабыня Джейсона. И вряд ли молчанием можно чего-нибудь добиться.

Бренвен отложила книгу, выпрямилась и посмотрела прямо в лицо своему мужу.