Максим Бодрый - Особенности межвидового скрещивания в открытом космосе

— И что это было? — Тила скрестила руки на груди.

— Может, подмога наконец прибыла, — пробормотала Симпра, стараясь не смотреть на зеленокожую соперницу.

Юна переползла к окну и высунула наружу щупальце-перископ. Поводила им недолго и сформировала надпись на спине: «Ничего не вижу».

— А если это предупреждение? — испуганно сказала кошка. — И нам пора уходить отсюда?

— Хватит выдумывать, — раздраженно бросил Дроздов. — Сидим и не рыпаемся.

— Легко тебе говорить! — снова «наехала» на парня Тила. — Тебя-то не убьют.

— Почему это?

— Потому что сами хотят выращивать человеков.

— Подтверждаю, — отозвалась Лера. — Тапси имеют схожие гены. Если бы не вражда, тебя скрещивали бы именно с инсектоидами.

— Вот-вот, — продолжила аркия. — Найдут тебе подружек в хитиновых панцирях, а нас пристрелят ларанам назло.

— Никто вас не убьет! — крикнул Семен, поднявшись на ноги.

Тила вздохнула и прислонила голову к стене. Храбрая охотница выглядела крайне подавленно — того и гляди расплачется. Но в присутствии конкурентки держалась изо всех сил. Парень подошел к ней и обнял за плечи.

— Все будет хорошо, не волнуйся.

Позади раздалось сдавленное хныканье. Симпра зажала рот ладонью и утирала слезы кончиком хвоста.

— Иди сюда.

Девушка неохотно подчинилась.

— Юна, ты тоже.

Семен обнял подруг и погладил по дрожащим плечам.

Вдруг застывшая как статуя Лера вздрогнула и спросила:

— Клык, резец или моляр.

— Че?

— Ты зуб обещал. Ну так вот — тапси идут.

Парень вскочил и подбежал к окну. Через полигон чесал десяток громил в темно-коричневых панцирях. Гладкие, без единой шероховатости пластины блестят на солнце, словно налакированные. Округлые головы с небольшими фасеточными глазами растут прямо из широких плеч даже без намека на шеи. Жвала едва заметно выступают вперед и будучи закрытыми почти не заметны на фоне темного хитина. Типичные для насекомых усики в процессе эволюции превратились в коротенькие загнутые вниз рожки, торчащие там, где у людей уши.

В отличии от земных жуков тела тапси не овальные, а треугольные. Крылья за ненадобностью атрофировались — все равно такую тушу не поднимут. Вместо них — здоровенные ранцы со всем необходимым на марше.

Колени согнуты назад, как у птиц, на ногах — по три широко расставленных пальца, обеспечивающих отличную устойчивость на пересеченной местности.

Зато руки пятипалые, сжимают оружие, выглядящее как черные веретена с двумя рукоятями: одна внизу, другая сбоку. Судя по отсутствию прикладов — энергетическое. Либо же насекомые так сильны, что отдача им нипочем. Последний вариант вполне вероятен, учитывая размеры этих уродов.

Но Семен ошибся.

— У них сетеметы, — сказала Лера. — Будут брать живьем и в сознании. Не знаю зачем и знать не хочу. Но в рюкзаках может лежать что угодно, от парализаторов до гранат.

— Надо сваливать, — шикнул землянин.

— Бесполезно. Они бегают быстрее фуриан. Увы, человек, твой план провалился.

— Тогда сидим тихо как мыши. Может, жуки идут подчищать следы, а вовсе не за нами.

Влетевший в окно комок сети как бы сказал: ты не прав, мы именно за вами.

— Это конец. — Тила закусила палец.

— Да хватит ныть! Может, им делать нечего, вот и решили пострелять в окно. В меткости посоревноваться или просто забавы ради.

Снаружи донесся высокий клекот и щелканье.

— Выходи, — перевела Лера. — Мы знаем, что ты там.

— Дерьмо. Как думаешь, сможешь их завалить? Ящеров на полигоне в два счета разобрала.

— Если бы не хитин, то справилась бы с вероятностью семьдесят четыре процента. Но одного выстрела точно не хватит для ликвидации цели. Итого шанс успеха снижается до двадцати одного процента.

— Он сказал выходи, — задумчиво произнес Семен. — Или думает, что я тут один… или вы его не интересуете.

— Как же, — фыркнула аркия. — Мы-то им, может, и не нужны. Но для тапси насолить ларану — святое дело. Выманят тебя, схватят, а нам плазменную гранату кинут. Так, чисто из вредности.

Симпра прижала уши и потупила взор.

— Лера, дай плазмер.

— Зачем?

— Отпугну их, а то почти вплотную подошли. Если я им так нужен, в ответ не выстрелят.

— Для данной задачи вполне сгодится пистолет.

Дроздов сплюнул с досады и выглянул наружу. Жуки дугой приближались к избушке, готовясь взять убежище в кольцо. Но десятков шаров раскаленного газа заставили противников изменить планы. Землянин палил не глядя и ни разу не попал, лишь поджег несколько кустов. Пока этого хватило для сдерживания натиска, но емкость баллона не бесконечная.

Один из жуков снова заклекотал, требуя сложить оружие и сдаться.

— Пошли к черту, русские не сдаются! — рявкнул в ответ парень.

— Исторические факты с тобой бы поспорили, — заметила Лера.

— Заткнись!

Терпение у осаждавших кончилось очень быстро. Как оказалось, странные пушки не только метали сети, но и разгоняли до сверхзвука металлические болванки. Одна такая с оглушающим хлопком слизала часть крыши, засыпав спутников опилками.

— В подвал, живо! — скомандовал Семен.

Лера открыла люк, девушки без промедлений спрятались внизу. Землянин остался у окна.

— Прячься, — тихо сказал он.

— А ты?

— Я останусь и попробую договориться.

— Не дури! — из подпола высунулась Тила.

— Они все равно знают, что я здесь. Не найдут — будут искать и наткнуться на вас.

— Мы можем передвинуть холодильники и забаррикадироваться. — Рядом с аркией блеснула золотом грива Симпры.

— Согласна. — Юна наконец приобрела человекоподобный облик.

Дроздов покачал головой:

— Бесполезно. Вы видели, какое у них оружие. Рано или поздно нас достанут — и тогда вам точно конец. Лера, скажи им, что я готов сдаться, если отпустят девушек.

Вместо ответа Семен уставился на направленный прямо в лицо плазмер.

— Эй, ты чего?!

Глаза робота вспыхнули алым пуще прежнего, а голос сделался безжизненным, лишенным эмоций.

— Подобное развитие событий недопустимо. Образец не должен попасть в руки врага. Если спасение образца невозможно, его надлежит уничтожить.

— И ты убьешь меня?! — парень всплеснул руками. — Вот так просто?

— Я — робот, механизм с псевдоинтеллектом. Могу ли я нарушить прямой приказ из-за мнимой привязанности? Нет. Это исключено. Но если тебе станет легче, я попрошу прощения. Прости, человек Семен, но в случае капитуляции ты будешь убит.

— Охренеть, — землянин не верил собственным ушам.