Джилл Майлз - Джентельмены предрочитают суккубов

— Ох, — выдохнула я, пододвигаясь ближе к нему. У него было самое красивое лицо. Даже изумительный облик Ноа не сравнится с совершенной скульптурной красотой Уриэля.

— Смотри на крылья, — напомнил он мне нежным голосом.

Я шарахнулась обратно в полном смущении.

— Извини.

Он прикоснулся к моей щеке, и я почувствовала, как мои колени превращаются в желе.

— Все в порядке. Я знаю, что ты не хочешь мне навредить.

— О, конечно не хочу, — ответила я, тяжело дыша.

— Я знаю, — повторил он и улыбнулся как-то… натянуто, под моим обожающим взглядом. — Поэтому, услышав о твоей тяжелой ситуации, я решил помочь тебе.

— Помочь мне? Как? — Мой пыл перетек в недоумение. Каким же образом ангел может помочь мне в нынешней ситуации? Только если… Я бросила взгляд на исповедальню.

— Ты имеешь в виду… Я думала, ангелы не делают этого.

— А как ты думаешь, почему Ноа оказался в столь затруднительном положении? — Уриэль склонил голову, выглядя как любознательная птица.

— Секс? — На мгновение я недоуменно заморгала. — Что, правда?

Теперь я вспомнила, что Ноа как-то обмолвился об этом.

Уриэль наклонился ко мне, мягко продолжив:

— Это не моя история, чтобы рассказывать о ней, но, возможно, тебе стоит поспрашивать об этом своего друга при встрече.

Я обратила внимание, что ангел тщательно избегает имени Ноа. Я чуть не спросила — почему? — но затем передумала. Не хочу, чтобы он рассердился. Он казался таким… милым. Непорочным.

И я хотела совершить совершенно неподобающие, грязные вещи с этим мужчиной. От него исходил чудесный аромат — будто смесь печенья и детского шампуня — странное, но такое свежее сочетание. И он наклонился ко мне очень близко, пристально всматриваясь мне в лицо.

— Не надо наклоняться ко мне, — предупредила я ангела. — Я вроде… — Как бы по деликатнее объяснить мое состояние? У меня “Сук-Эструс”, как течка у самок? Или что я испытываю безумную похоть по отношению к ангелу? Я решила просто указать на свои глаза; уверена, они были намного синее, чем его собственные. — Ты знаешь…вот это.

Он улыбнулся и мое сердце растаяло.

— Именно поэтому я здесь.

Я выпрямилась на скамье, пораженная этими словами.

— Ты здесь для этого? Но ты только что сказал… — я нахмурилась при мысли о способе, которым бы ангел мне помог и о его, ну да, его падении. Новые термины моей “новой” жизни уже не резали мой слух. — Я конечно же польщена, но я не какая-нибудь небесная шлюха.

Уриэль выглядел почти таким же оскорбленным, как и я.

— Ты меня неправильно поняла.

Он покачал головой и, приподняв пальцами мой подбородок, стал притягивать поближе к себе.

— Позволь мне показать тебе.

От его прикосновения все мое тело охватил трепет, и я наклонилась, чтобы обнять ангела. Однако вместо того, чтобы поцеловать меня в губы, он коснулся целомудренным поцелуем моего лба, и я в удивлении отшатнулась.

— Ты прибыл сюда ради этого?

Краешки его губ приподнялись в легкой улыбке.

— Ты все воспринимаешь буквально, Джеклайн. Скажи, ты чувствуешь себя как-то по-другому?

Я в течение минуты сидела и размышляла. Кончики моих пальцев покалывало, но это могло быть от того, что я крепко прижимала к себе сумочку. Я медленно положила ее на скамью перед собой.

— Я должна чувствовать себя по-другому?

— Никакого влечения?

Я потрясенно ахнула.

Он был прав. Неприятное пульсирование в паху, говорящее о том, что я хочу накинуться на любого мало-мальски симпатичного парня, пропало. Исчезло. Испарилось. Груди больше не ныли от неутолимого желания, и мозг больше не окутывало дымкой сексуального влечения. Я недоверчиво уставилась на ангела и резко открыла сумку, чтобы найти косметичку. Конечно же, быстрый взгляд в зеркало показал отражение моих глаз — такого же светло-серебристого оттенка, как глаза Реми и Ноа.

Я исцелилась!

Следующие слова Уриэля разбили мои надежды в пух и крах.

— Боюсь, это лишь временная отсрочка. Эффект должен продлиться около недели, но я думаю, ты будешь наслаждаться каждым его мгновением.

— Черт возьми, да! — воскликнула я в восторге, вздрогнув от его гримасы. — Ох, прости. Я все время забываю, с кем разговариваю.

Я изучала свой лоб в зеркале. Место, куда он меня поцеловал, слегка блестело, словно покрытое россыпью блесток. Дотронувшись до лба, я поняла, что они не стираются.

— Черт побери, даже не знаю, как и благодарить тебя.

На самом деле, слово “благодарность” не отражало всю полноту моих чувств на данный момент. Отсутствие острой необходимости разыскивать Ноа в течение следующих часов казалось чертовски приятным фактом. Притащиться к нему только ради секса было бы унизительно, а других возможных кандидатов у меня не было.

— Ты могла бы оказать мне услугу.

Вкрадчивый тон Уриэля заставил меня отвлечься от своего созерцания в зеркале. Я окажу ему доверие — выражение его лица было абсолютно нейтральным, ни намека на заинтересованность, но я то знала — заинтересованность была, только хорошо скрыта. Я не вчера родилась. Ладно, я “родилась заново” пару дней назад, но это к делу не относится.

— Услугу? — Мне не хотелось спрашивать, — так как я знала, что скорее всего, не буду в восторге от услышанного, — но покалывание на лбу напомнило мне, что ангел уже сделал жест доброй воли по отношению ко мне. Самое малое, что я могла сделать, это выслушать его.

Уриэль покачал головой и улыбнулся:

— Ничего ужасного, моя дорогая Джеклайн. Я обещаю.

Я испытывала неловкость от того, что сомневалась в нем.

— Извини. Последние два дня моей жизни я находилась в слегка щекотливом положение, но думаю, ты и так это знаешь. — Не устояв, я вновь украдкой взглянула в зеркало, любуясь своими бледно-серебристыми глазами. — Так о чем ты хотел попросить?

— Я не знаю, как много Ноа поведал тебе о нас. Я ангел, поэтому не могу покидать освященную землю. Я не могу попасть туда, где земля не освящена или была проклята.

— Так ты не можешь выйти из этой церкви?

Он кивнул, и я тотчас прекратила завидовать его красоте. Ничего себе, это действительно полный отстой.

— Ноа один из павших серимов, он может посещать как освященные места, такие как эта церковь, так и “нейтральные” земли, такие как ваш город. Он не может ступить на проклятую землю, или же на осененную темными силами природы. Ты понимаешь, о чем я говорю?

О, я очень хорошо поняла, о чем он говорит, и мне стало страшно.

— Думаю, ты хочешь, чтобы я посетила храм вуду или какое-нибудь кладбище, а это не вызывает у меня энтузиазма.