Кукла Буйного (СИ) - Ромуш Джулия

— От одного твоего взгляда хуй колом стоит. Яйца ломит. Ещё немного внимания, и придётся исправлять ситуацию.

До меня медленно доходит, что именно имеет в виду Буйный. Быстро качаю головой, отвернувшись. Вылетаю обратно в комнату. Ох, что же теперь делать.

Из памяти ничем не выжечь голого Эмира. Его тело. Налитые сталью мышцы. Несколько извилистых татуировок. И…

Я наливаю себе воды из холодильника. Жадно пью. В камере прохладно, но мне всё равно жарко. Этот огонь внутри горит. И, почему-то, не тухнет.

Я со страхом жду возвращения мужчины. Надеюсь что эта его башня упадёт и никаких проблем не возникнет. Я вообще приехала поговорить. В карты поиграть. А не это вот всё!

Эмир выходит из ванной. На его бедрах низко висит полотенце, а в области паха конкретно так оттопыривается ткань.

— Ты закончил? — спрашиваю с волнением, во рту снова сухо. Тянусь к стакану с водой. — Я могу занять ванную?

— Возбудилась? — пошлит, заставляя меня смущаться ещё сильнее. — Теперь облегчиться хочешь? Так я помогу.

— Нет! Я хотела коленки осмотреть, обработать. Поэтому и пошла в ванную. Я, наверное, их сбила, когда падала.

— Коленки, кукла, со мной стирать нужно.

— С вами? Потому что вы бы поймали?

По тому, как ухмыляется Эмир, я понимаю, что совершенно не угадала. Наверное, очередная пошлость. Просто я до неё додуматься не могу.

Вообще думать очень сложно. Отвлекает то, что полотенце медленно сползает вниз.

— Не приближайтесь! — вскрикиваю, когда Буйный направляется ко мне. — Вы держите от меня подальше свою… Кочергу!

— Кочергу? Блядь, — Эмир взрывается приступом смеха. Смотрит на меня прищурив глаза. Усмехается так, будто не может поверить в услышанное. — Кочергу. Скажи, куколка, вас где-то таких обучают?

— Каких — таких?

— Наемниц с неимоверно наивными вопросами. Прелесть.

Буйный произносит комплимент, как что-то очень пошлое и интимное. Приближается, а мне некуда отступать. Упираюсь поясницей в стол.

Мой счастливый стол.

В первый раз нас прервали, когда Эмир приставал ко мне.

Во второй — ему стало плохо, отравился, бедненький.

Сейчас ведь тоже должно что-то случиться, правда? Землетрясение, срочная эвакуация, проверка. Или Буйный сам осознает, что это всё неправильно и отпустит меня.

— Я тут пораскинул мозгами, — произносит медленно, зажимая своим телом. Проводит ладонями по моей талии, давит на поясницу. — Кое-что осознал. Как с тобой можно развлечься, пока я справку жду.

— Сыграем во что-то? — произношу с надеждой. Ухмылка Эмира становится шире. А глаза темнеют, в черную бездну превращаются. Мужчина наклоняется, прикасаясь губами к моему подбородку.

Внутри будто леску протянуло, скручивает все мышцы. Кожа, где Буйный касается, полыхает. Отдает пульсацией по телу.

Мужчина ведёт губами по моей скуле, поднимается выше, к уху. Выдыхает:

— Сыграем. Я с тобой пиздец как поиграть хочу, кукла. Но раз ты пока правила задаешь, то придётся по-другому. Ручной помощью обойдусь.

— Я не понимаю…

— Руками поработаешь, Злата. Для этого справка не нужна.

Буйный сбрасывает с себя полотенце. Тот падает с глухим хлопком на пол. Как и мое сердце. Останавливается и обрушивается вниз.

Я почти не дышу, когда мужчина сжимает моё запястье. Обхватывает, а после тянет мою руку к себе, опускает ниже.

Он что же…

Он хочет, чтобы я прикоснулась к нему ТАМ?!

Мне кажется, что если не дышать, то ничего и не произойдет. Ничего страшного и ужасного. Именно так я для себя обозначила то, что хочет от меня Эмир.

Я ведь никогда... Никогда не прикасалась ни к чему подобному... А сейчас...

Мои глаза распахиваются, когда мужчина сжимает мои пальцы, заставляет обхватить...

- Кошмар, — вылетает из моего рта. Я на эмоциях. Дичайших. Поэтому контролировать поток слов из моего рта не получается. Выпаливаю то, что в голове сейчас.

- Все так плохо? — С наглой усмешкой на лице выдает Буйный.

А я просто тону в своих же эмоциях. Утопаю. Плохо? Я не знаю. Он... он... большой... Толстый... Это точно понимаю, потому как моя ладошка с трудом обхватывает диаметр. Большой. Теплый. С выпирающими венками. Как я там говорила? Кочерга? Да это самая настоящая дубина! Ею защищаться можно. И наверняка кого-то убить.

- Можно я не буду? — Пропищала в ответ, но Эмир лишь отрицательно качнул головой, а я сильнее сжала его дубину. Это все от страха. А мужчина лишь сильнее меня пугал. Его глаза вдруг вспыхнули недобрым огнем.

- А теперь скользи рукой, — его голос изменился. Стал таким хриплым, пробирающим до костей.

- Что делать? — Я не понимаю. Голова вообще соображать отказывается.

Но Эмир вместо того, что повторять, решил показать. Медленно дернул мою руку вверх. При этом мои пальцы все еще сжимают его... его.... Кошмар! Даже в голове не могу все называть своими именами! А после опустил мою руку вниз.

- Поняла? — Прохрипел, а я лишь кивнула в ответ. И для того, чтобы он точно понял, повторила все то же самое, сама. Глаза Эмира вспыхнули еще ярче прежнего, и я поняла, что ему нравится.

- Немного добавлю спецэффектов, — произнес в следующую секунду.

- Что... что ты...

Пропищала, когда его руки вдруг оказались на моей талии. Скользнули вниз. Свитер немного задрался вверх. И вот когда он одним умелым движением расстегнул пуговичку на моих джинсах, до меня вдруг дошло.

- Дрочи дальше, — рявкнул на меня, когда я уже было разжала пальцы, — не доводи до греха. Иначе выебу без всяких справок.

- Я буду...

Испугано пропищала в ответ.

- Вот и отлично, а я тебе сделаю приятно, — звериный оскал на его лице лишь заставил меня вздрогнуть.

Я не понимала, что и как он хотел делать. Совсем. Я была уверена, что такой неандерталец как он вообще не понимает, как сделать девушке приятно. Он ни разу не подарил мне ни цветочка. В наших встречах не было и намека на романтику, так что...

Но в следующее мгновение из головы вылетели все мысли, потому что... потому что... Его рука проскользнула под резинку моих трусиков...

- Не рыпайся, — снова рявкнул, но я все же попыталась.... Буйный моментально начал на меня напирать, спина уперлась в стену, отступать больше было некуда. Его дубина все еще была в моей руке. Мужчина резко двинулся бедрами вперед, от чего сам начал двигаться в моем ладошке.