Луна твоей жизни (СИ) - Лафф Кира

Когда я закрывала глаза, то перед моим внутренним взором вставал его образ. Когда я вспоминала о его длинных и умелых пальцах, сладостная истома поселялась внизу живота, а удовольствие влажным соком разливалось между ног. Я чувствовала предательское покалывание в тех местах, где он дотрагивался до моей кожи. Раньше я никогда не испытывала такого безумного влечения к мужчине.

Я не была девственницей, однако и особенно опытной тоже не была. Мой первый парень, с которым мы встречались в выпускном классе школы был вполне симпатичным. Мы нравились друг другу внешне, но на этом взаимный интерес заканчивался. Он мечтал поступить в вуз в родном городе и до последнего надеялся уговорить меня остаться. Но я ощущала себя птицей в клетке и яростно мечтала улететь в столицу.

Между нами не было химии, поэтому первый сексуальный опыт получился неловким. Сначала всё шло хорошо. Мы страстно целовались, и я думала, что готова к продолжению. Он сделал мне немного больно от проникновения, но это странным образом больше возбудило меня. Как будто я понимала, что наши отношения — фальшивка, а боль добавила им некоторую грубую естественность. Но, к сожалению, всё закончилось, не успев начаться. Не получив удовольствия, я немного разочаровалась и в своём кавалере, и в интимных отношениях в целом.

Мы расстались после выпускного. Я поехала в Москву устраиваться, а он так опечалился моим отъездом, что даже не пришёл проводить меня на вокзал. Я так была рада своей свободе, что отсутствие моего парня в числе провожающих не сильно ударило по самолюбию.

Ещё был один опыт с парнем на втором курсе, когда мы отмечали экватор. Это был старший брат моей одногруппницы — красивый и широкоплечий спортсмен. Я была так пьяна, что даже не особенно запомнила всего того, что между нами произошло и окончательно пришла к выводу, что случайные связи — это не для меня.

Исходя из своего прошлого опыта, я даже не предполагала, что можно хотеть кого-то так отчаянно, больно и яростно. Когда твоё желание начинает диктовать тебе, как поступать, а страсть настолько застилает пеленой рассудок, что ты уже не можешь отличить хорошее от плохого и даже самые ужасные действия объекта твоего вожделения ты оправдываешь и встаёшь на его сторону.

Кирилл позвонил мне через несколько томительных дней и предложил сходить вместе в ресторан, чтобы он мог более подробно изложить мне суть своего последнего задания.

Я понимала, что слишком сильно захочу оказаться с ним где-нибудь в туалете ресторана, поэтому предложила вместо этого погулять по Старому Арбату. Я не хотела, чтобы наша первая близость случилась в туалете, машине или ещё в каком-то общественном месте, поэтому пыталась обезопасить себя как могла. Меня немного пугали перепады в его настроении, и я не хотела стать безвольной заложницей ситуации, как тогда в театре.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он прислал мне платье. Опять. Но я не могла отделаться от ощущения собственной продажности, поэтому предпочла одеть собственную одежду. Любой другой мужчина сделал бы комплимент при встрече, одарил восхищённым взглядом, но Кирилл лишь сложил руки на груди, в то время как его брови хмуро сдвинулись к переносице.

— Где платье, которое я тебе прислал? — он недобро осмотрел меня.

— А где "привет", или "рад тебя видеть"? — я попыталась улыбнуться и разрядить обстановку.

— Не хочу тебе врать. — он подошёл ко мне вплотную, — больше так не делай, ясно? Мне важно, чтобы ты была послушна. — процедил он сквозь зубы и закрыл глаза, будто я причинила ему боль — Во всём без исключения. — он требовательно посмотрел мне в глаза. Я не выдержала этого испытания и опустила взгляд.

— Хорошо, я поняла тебя. — тихо ответила я.

— Я рад. — его голос смягчился.

Мы шли по вечернему Арбату, и Кирилл рассказывал мне удивительную лекцию об архитектуре, истории создания многих зданий и о непростых судьбах их владельцев. Мы подошли к какому-то ресторану, и Кирилл предложил зайти. Я в ужасе отказалась.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Что, девочка, не хочешь оставаться со мной наедине? — он усмехнулся.

— Да, не хочу — я немного покраснела, вспоминая, что произошло прошлый раз, когда мы остались только вдвоём.

— А я думал, ты уже не боишься меня? — он подошёл ближе, слишком близко ко мне. Я немного попятилась назад, отступая в темноту переулка.

— Я не боюсь тебя. — я с вызовом посмотрела ему в глаза — я боюсь себя.

— Не боишься меня, значит? — он продолжил наступление.

Я почувствовала его внезапный азарт, будто в моих словах он уловил некий вызов.

- Ты думаешь, что людное место более безопасно для тебя? Что здесь я не смогу до тебя добраться? — при этих его словах я отступила ещё на два шага и упёрлась спиной в стену здания.

— А ты сперва догони меня — я улыбнулась с вызовом, потом резко уклонилась от него в сторону и побежала вперёд, по тёмному переулку обратно к людному Арбату. На секунду мне показалось, что я успею добежать до безопасной, освещённой улицы, но в этот момент сильная рука схватила меня сзади за талию. Кирилл сгрёб меня в охапку и потащил обратно во тьму, всё дальше и дальше. Когда мы оказались под аркой в узком проходе между домами, он резко поставил меня на землю. Пригвождая лицом к стене, завёл сопротивляющиеся руки за спину.

— Мне кажется, что сегодня наше привычное общение началось с неправильной ноты. — одной рукой Кирилл удерживал мои руки, а другой впился в волосы на затылке, сжал их и впечатал меня щекой в стену. — ты сегодня слишком дерзкая, девочка. Мне кажется, или ты пытаешься меня провоцировать? — я пыталась вырваться, но он удерживал меня мёртвой хваткой. — Я преподам тебе урок. Всего один раз, но так, чтобы ты навсегда запомнила, что я очень легко поддаюсь на провокации.

— Кирилл, отпусти меня! Что на тебя нашло? Рукам больно! — мне стало реально страшно, когда он прижался ко мне всем телом, и я почувствовала поясницей его возбуждение. О, Боже, что он собирается делать, больной ублюдок?!

— Пожалуйста, не тут, пожалуйста!.. — я громко всхлипнула.

Мои волосы выбились из причёски, слёзы подступили к глазам и теперь скатывались по щекам, размазывая тушь.

— Ты же сама меня заманила сюда. Или маленькая глупышка думала, что центр города не может быть малолюдным? — я ощущаю его хриплое возбуждённое дыхание на своей шее, от чего она покрывается мурашками.

— Сегодня я тебя накажу, потому что ты давно на это напрашиваешься. — он провёл языком по моей шее. Потом поднялся к щекам и слизнул мои слёзы — какая ты вкусная. Знаешь, девочка, я не мыл свой палец целый день после того, как трогал тебя там — так вкусно он пах тобой. Я вспоминал во всех подробностях, как ты боялась и стеснялась своего возбуждения, но всё равно ничего не могла с собой поделать и отчаянно кончила по команде как маленькая распутница.

От его грязных слов я начинаю увлажняться, а все мои лепестки набухают и пульсируют. Я пытаюсь сдвинуть ноги, чтобы он не заметил моего возбуждения, но Кирилл резко разводит их своим коленом. Он властно сжимает моё бедро, продолжая удерживать руки в болезненном захвате, поднимается пальцами выше, задирая платье до талии.

— Ах… — я всхлипываю и ещё раз пытаюсь вырваться, когда волны предательского удовольствия разливаются по моему животу.

Кирилл стремительно проникает ко мне в трусики спереди и резко тянет на себя, вжимая в мою попку свой твёрдый орган.

— Не пытайся скрыть, девочка, я давно знаю, как сильно ты увлажняешься в моём присутствии.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я умоляю тебя, пожалуйста — задыхаюсь я.

Он начинает требовательно водить пальцем по моему пульсирующему клитору. Наэлектризованные волны удовольствия остро пронзают всё моё тело. Я начинаю стонать вперемешку с громкими мольбами — Кирилл, я не хочу здесь, не делай этого, прошу…

— Ты слишком много болтаешь. — он оттягивает мои трусики, рывком тянет их в сторону, и я слышу звук рвущейся ткани.