От заката до рассвета (СИ) - Инфинити Инна

— Ладно-ладно. Я пошутил насчёт твоих учеников.

— Твои родители должны были подать в суд на ту девушку!

— Они о ней не знали. И не знают до сих пор. Ну а с той девушкой у меня все было по обоюдному согласию. Мою детскую психику никто не травмировал.

Селеста осуждающе качает головой и возобновляет движение.

— А во сколько лет ты лишилась девственности? — решаю тоже поинтересоваться. Ну, такая правильная и начитанная девочка, как она, не могла лишиться девственности раньше совершеннолетия.

— Тоже в 14.

— Что??? — тТеперь пришла моя очередь удивляться и резко останавливаться на тротуаре. — И ты еще осуждаешь меня??

— Ну я же не с учителем девственности лишилась!

— Какая разница? Тебе было 14 лет! Это очень рано для девочки!

— Да что ты говоришь? — возмущается. — Это кто сказал, что девочкам рано?

— А не нужно, чтобы это кто-то говорил! Это очевидно! В 14 лет девочка не должна этим заниматься.

— Значит, мальчикам можно в 14 лет, а девочкам — нет?? Что-то запахло сексизмом! — она упёрла руки в боки, а ее лицо приняло воинственный вид.

— Я не сексист, но блин. Я бы не хотел, чтобы моя дочь лишилась девственности в 14 лет.

— У тебя есть дочь?? — вытягивает лицо в удивлении.

— Нет-нет! Но если вдруг когда-нибудь будет, то я бы не хотел, чтобы у нее это произошло в 14 лет.

— Уверена, что если твоя дочь это сделает, ты даже не узнаешь. Как и твои родители о той вожатой из лагеря.

Я закатываю глаза. Черт возьми, она права. Такие события ведь всегда проходят мимо родителей.

— И с кем ты лишилась девственности?

— С соседским мальчишкой, которому я всегда нравилась. Он был на год старше.

— Ты с ним встречалась?

— После этого начали, да. Но не долго.

Она отворачивается от меня и идёт вперёд, давая понять, что не хочет больше продолжать эту тему.

Глава 16. Первые

POV Кнопка

12 лет и 3 месяца назад. Апрель

Я лежу на кровати в нашей с Флёр комнате и читаю «Портрет Дориана Грея». Подруга ушла куда-то час назад, а я настолько увлеклась книгой, что даже не спросила, куда именно.

Вдруг дверь комнаты резко распахивается, и Флёр влетает с горящими глазами и красными щеками.

— Кнопочка, Кнопочка! — быстро тараторит, закрывая дверь и приваливаясь к ней спиной. Потом она сильно зажмуривает глаза и трясёт головой.

— Флёр, что случилось!? — я тут же подскакиваю с кровати и подбегаю к подруге.

Я хочу спросить, не обидел ли ее кто, но по счастливым глазам понимаю, что нет, ее точно никто не обижал. Просто у нее сейчас состояние эмоционального подъема.

— Кнопка, ты не поверишь, — она подпрыгивает на месте и расплывается в широкой улыбке. — Себастиан меня поцеловал! И сказал, что хочет со мной встречаться! По-настоящему!

Я делаю резкий шаг назад от подруги, будто меня ошпарили кипятком.

— И что ты ему ответила? — стараюсь скрыть дрожь в голосе и спросить максимально невозмутимо. Но можно даже не стараться. Флёр сейчас в таком состоянии, что ничего не заметит.

— Я согласилась! Мы с Себасом теперь встречаемся! И мы с ним целовались в губы!

Я тяжело сглатываю.

— Понятно, — выдавливаю из себя. — Я рада за вас.

Делаю шаг к подруге и крепко ее обнимаю.

— Кнопочка, я так счастлива! Ты не представляешь даже!

— Если ты счастлива, то и я счастлива, Флёр, — говорю, даже не пытаясь унять выступившие слезы. Подруга, если увидит, все равно подумает, что они от радости.

Этой ночью я долго не могу уснуть. Флёр уже во всю сопит, когда я тихо встаю с кровати, одеваюсь, достаю из тумбочки пачку сигарет, ключ и выхожу из комнаты. Я тихо спускаюсь на первый этаж школы, прохожу холл и открываю дверь прачечной. Пересекаю помещение и открываю дверь, которая выходит на задний двор школы. Андре как-то раз выкрал ключ от нее у охранника и сделал нам несколько дубликатов, чтобы мы могли выходить из школы по ночам.

Я иду через весь задний двор, дохожу до забора и перелезаю через него. Отхожу метров на 50 и приваливаюсь к дереву. Хочу закурить, но почему-то не делаю этого, а просто верчу в пальцах сигарету.

Неожиданно я слышу приближающиеся шаги, но они не пугают меня и не заставляют тут же бежать прятаться. Эти шаги я узнаю из тысячи.

— Не спится? — Себас, смеясь, подходит ко мне.

— Неа, — безразлично отвечаю, не отрывая глаз от неба.

— Я вот тоже не могу уснуть.

— Ну, у тебя сегодня был очень важный день.

Друг опускается на землю рядом со мной.

— Флёр тебе уже все рассказала?

— Да. Поздравляю. Вы красивая пара.

— Спасибо, Кнопа.

Он достаёт сигарету из моей пачки, но тоже не прикуривает.

— А что насчёт вас с Андре? — поворачивает ко мне голову и внимательно смотрит.

— Ничего.

— Какой-то он нерешительный…

— И слава Богу.

Себ смотрит перед собой.

— Он тебе не нравится?

— Нет. И я не хочу портить нашу дружбу.

— Понимаю…

Я про себя хмыкаю. Что ты понимаешь? Да ни черта ты не понимаешь.

— Ты классная, Кнопка. Твоему парню очень с тобой повезет.

— Угу.

Мне хочется просто разрыдаться сейчас.

— В тебе есть то, что не оставит равнодушным ни одного парня: сила, характер, стержень, огонь. Твой характер — это твоя фишка.

Вот зачем он мне это говорит? И что значит «не оставит равнодушным ни одного парня»? Хочется спросить: «А ты входишь в этот список, Себ?».

Но я, конечно, не спрашиваю.

— Спасибо за комплименты. Уверена, что ты прав. Вот мой сосед Антуан до сих пор обрывает мне телефон после летних каникул. Все спрашивает, когда я снова приеду домой. Пожалуй, съезжу на весенних каникулах через неделю.

Себас резко поворачивает ко мне голову.

— Что еще за Антуан? Ты не рассказывала никогда.

— Сосед мой. Живет прямо под нашей квартирой в Париже. Я с детства его знаю, но никогда особо с ним не общалась. А на летних каникулах, когда была дома, мы как-то сдружились, и вот он все пишет и пишет мне, спрашивает, когда я снова приеду.

— Он тебе нравится?

— Ну так, симпатичный.

Друг пристально на меня смотрит, почти что прожигает взглядом.

— Ладно, Себ, я пойду спать. Еще раз поздравляю вас с Флёр.

Я встаю с земли и отряхиваю джинсы. Себастиан ничего мне не отвечает, но я чувствую спиной его тяжелый взгляд, пока не скрываюсь за деревьями у забора школы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Флёр и Себ действительно начали встречаться по-настоящему. Они не скрывают своих отношений, ходят по школе, держась за руки, и целуются на переменах. Мне ничего не остаётся кроме как радоваться за них. Флёр искренне влюблена в Себа, а он в нее. А счастье подруги для меня важнее моего собственного.

Вот только Андре с началом отношений Флёр и Себа стал еще более настойчив ко мне, но я упорно делаю вид, что не понимаю истинного значения его знаков внимания. И я объявляю Флёр о том, что на весенних каникулах поеду к себе домой, а не к ней. Параллельно с этим пишу соседу Антуану о том, что прибуду через несколько дней на каникулы.

Отец при встрече слегка приобнимает меня за плечи и чмокает в щеку, мать просто кивает мне, даже не встав со своего стула, а Элайза не считает нужным даже и кивнуть. Так и читает какой-то журнал, не отрывая от него взгляда.

Я ужинаю с родителями, мама и Элайза сидят с кислыми лицами, отец как-то пытается шутить и разрядить обстановку, но выходит у него очень слабо. Затем папа и вовсе уходит из-за стола, потому что у него важный звонок. Мама и Элайза, как только он удаляется, тут же начинают обсуждать какие-то свои дела, даже не обращая на меня внимания. Будто они остались за столом вдвоём, и меня тут нет.

Я смотрю на них и задаюсь только одним-единственным вопросом: что я им сделала? Почему родная мать и родная сестра так меня ненавидят с самого детства?