Обжигающий виски (ЛП) - Джуэл Белла

– Готова!

Он выезжает на дорогу и жмёт на газ. Я кричу в счастливом восторге, когда мы взлетаем, сливаясь с потоком машин. Я понятия не имею, куда мы едем, чёрт возьми, мне всё равно. Я просто счастлива быть здесь, с ним. Какое-то время он едет по шоссе, а потом сворачивает на длинную узкую дорогу, по которой мы проезжаем мимо старых зданий. Я никогда не была в Салеме, но город действительно производит жуткое впечатление, когда вы проезжаете через него. Мы останавливаемся у огромного озера, которое, кажется, тянется на многие мили. Он находит тихое место и останавливает байк.

– Это прекрасно, – выдыхаю я. – Как называется это место?

– Понятия не имею, дорогая, просто погуглил близлежащие озера.

– Не думала, что байкеры знают, как пользоваться Google, – поддразниваю я.

Он улыбается мне, и это дико и невероятно сексуально.

Я хихикаю.

– Спасибо, что вытащил и вывез меня куда-то, я ценю это.

Он пожимает плечами.

– Мне очень приятно. Как у тебя дела? Ты больше ничего не слышала от своего бывшего?

Я отрицательно качаю головой.

– Нет, только один раз. Я не совсем понимаю, что это было. Это заставляет меня волноваться, как будто я просто жду, когда он появится и что-то произойдёт.

– Ага, – бормочет Маверик. – Ну, мы будем следить за тобой с завтрашнего дня, так что, если он появится, мы его увидим.

– Спасибо, честно, я знаю, что у тебя и твоего клуба, вероятно, есть более важные вещи, о которых нужно беспокоиться, чем наблюдать за мной.

Он почти ничего не говорит, но я могу поклясться, что его челюсть слегка сжимается. Он что-то скрывает от меня?

Не глупи. 

 Я снова предаю этому слишком большое значение.

– Та девушка в автобусе, которая была с тобой – пианистка? – спрашивает он, меняя тему разговора.

– Да, это была Амалия.

– Очень красивая девушка.

Ревность ударяет меня в грудь, неожиданная и довольно запутанная. Боже, я никогда не ревновала, когда была с Треем. Это почти незнакомое чувство для меня. Я прикусываю губу, потому что, честно говоря, какого чёрта? Он просто сказал, что она красива, а она действительно красива, так откуда же это взялось?

– Да, это так, – говорю я.

Он, должно быть, заметил что-то в моем голосе, потому что отвечает, не глядя:

– Ничто в сравнении с твоей красотой, дорогая. От неё у меня перехватывает дыхание в лёгких.

Боже.

Чёрт.

– Спасибо, – шепчу я, потому что, чёрт возьми, что ещё я могу сказать?

Наверное, это самое приятное, что мне когда-либо говорили.

– Хочешь поплавать?– спрашивает Маверик, вставая и снимая куртку.

У меня пересыхает во рту, и я поднимаю на него глаза, когда он берёт край своей футболки и стягивает её через голову. Зрелище передо мной почти ослепляет меня, это чертовски невероятно. Загорелое, мускулистое тело с бицепсами и грудными мышцами больше, чем я когда-либо видела у любого мужчины. Они сужаются на аккуратной, но хорошо мускулистой талии и шести кубиках, за которые можно умереть. У него на теле целая куча татуировок, пересекающих грудь и спускающихся вниз по животу. Когда он поворачивается, чтобы сбросить ботинки, я вижу татуировку на его спине – название клуба и замысловатый череп с пламенем под ним, то же самое, что и на его куртке.

Я не могу отвести взгляд, хотя и знаю, что должна это сделать. Он совершенно невероятный, и ужасающий, и, чёрт возьми, моё сердце снова уносится прочь. Я стою, не думая, и дрожащими руками расстёгиваю джинсы, вылезая из них, пока не оказываюсь в трусиках и майке. Когда я поднимаю взгляд, он смотрит на меня, на мои ноги, потом на трусики, а потом мне в глаза.

Взгляд, которым он одаривает меня, заставляет всё в моём теле остановиться навсегда. Это голод и похоть, и, чёрт возьми, это плохая идея. Прежде чем я успеваю сделать что-то ещё, он наклоняется, поднимает меня и перекидывает через плечо, после чего мы быстрым шагом направляемся к озеру. Я визжу от смеха, а потом просто визжу, когда он взлетает в воздух, и мы падаем в прохладную, освежающую воду.

Она накрывает меня с головой, и, на миг замерзнув, я поежилась и дернула ногой. Когда я выныриваю на поверхность, то смеюсь. Маверик подходит ко мне сзади с широкой улыбкой на лице.

– Это было жестоко! – хихикаю я.

– Это единственный способ, детка.

Детка.

Боже. 

Дерьмо. 

Блять. 

Я не могу стереть глупую ухмылку со своего лица, и он подмигивает мне, прежде чем снова уйти под воду. Моё сердце колотится в груди, и когда он поднимается, я стараюсь не восхищаться тем, как капли воды катятся по его верхней части тела, или как эти волосы прилипают к его лицу самым сексуальным образом. Он само совершенство. Всё вокруг совершенство. Я сжимаю ноги вместе и пытаюсь заставить себя отвести от него взгляд, но не могу.

– Перестань так на меня смотреть, Скарлетт. Я поцелую тебя, и мы оба знаем, что я не должен этого делать.

Я сглатываю.

Потом облизываю губы.

– Черт, – бормочет он, подплывая ближе.

Инстинктивно я плыву назад, и пока он приближается, я продолжаю двигаться назад, потому что, чёрт возьми, это опасно во многих отношениях. Если он схватит меня, я не смогу остановиться, и это никому не поможет. Я снова сглатываю, не сводя с него глаз, и он делает выпад, прежде чем я успеваю что-либо сделать, обхватывает меня за талию и прижимает моё крошечное тело к своему. Я чувствую каждый твёрдый изгиб, когда прижимаюсь к нему, включая твёрдую длину его члена, упирающегося в мой живот.

Огонь взрывается внутри меня.

– Маверик, – шепчу я. – Я не должна... мы не должны этого делать...

– К черту то, что мы должны и чего не должны делать.

Затем он прижимает свои губы к моим. На мгновение я всё ещё в его объятиях, не в силах пошевелиться или ответить. А потом, когда его запах проникает в мои чувства и моё тело вбирает в себя невероятное ощущение его губ на моих, я не могу остановиться. Я приоткрываю губы в судорожном вздохе, и его язык вторгается внутрь. А потом я целую его. Наши языки танцуют, губы сжаты вместе. У него невероятный вкус, немного похожий на пиво, совсем как у мужчины. Его рука опускается и обхватывает мою задницу, и он прижимает моё тело к своему, впиваясь пальцами в мою плоть.

Я протягиваю руку, впиваюсь пальцами в его волосы и притягиваю его ближе, хотя он никак не может приблизиться ко мне. Я стону от ощущений, которые пронзают моё тело, когда он прижимает меня к себе, используя мою задницу, чтобы направлять его движения. Стон срывается с моих губ, когда поцелуй становится более интенсивным, и на мгновение, в моей похотливой дымке, всё, что я хочу сделать, это поднять ноги, сдвинуть трусики в сторону, и позволить ему трахнуть меня прямо здесь, в озере, глубоко и жёстко.

Но я не могу этого сделать.

Я отстраняюсь, тяжело дыша, и задерживаю взгляд на его глазах, которые настолько полны похоти, что Маверик выглядит так, будто думает о том же, о чем и я.

Я отпускаю его волосы и касаюсь своей распухшей нижней губы. Это был самый лучший поцелуй, который я когда-либо получала в своей жизни. Моё тело дрожит при одном воспоминании об этом. Он отпускает мою задницу, и я немного плыву назад, медленно возвращаясь в реальность. Я не должна была проводить с ним время наедине, не говоря уже о том, чтобы целовать его с такой яростью. Мне нужно быть осторожной. Наши миры никогда не смогут соединиться вместе. Я это знаю.

Я настраиваю себя на мир боли.

– Мне очень холодно, – говорю я, улыбаясь ему. – Хочешь выбраться отсюда?

Его глаза так напряжённо смотрят на меня, и я знаю, что он хочет что-то сказать, но не делает этого. Вместо этого он кивает, и мы плывём к берегу озера, выбираясь наружу. Мне холодно, поэтому я нахожу место на солнце и сажусь. Он присоединяется ко мне, капли воды на большом теле блестят под сильными лучами солнца.

– Здесь так спокойно, – тихо говорю я, решив, что лучше избегать разговоров о поцелуе.