Машенька для Медведевых - Кира Лафф

лишь бы поверили! И, к моему удивлению, это подействовало! Зря я до этого гордячку изображала, надо бы сразу на них все слёзы обрушить!

— Ну что, идём? — пылая возбуждением от скорой развязки, смотрю на всё ещё сидящих на диване Медведевых. У меня перед глазами встаёт родное лицо Жоры. Он, бедненький, даже и не знает, наверное, где я, и что со мной происходит! Да и Альку, бестолочь такую, я тоже очень хочу видеть! Хоть она и косвенно виновата в моих злоключениях, я на неё долго злиться не могу. Она же как лучше хотела! Хотела, чтобы нам было весело, устроила мне праздник, а я, наверное, адрес перепутала… и поэтому всё так вышло! Роковое стечение обстоятельств, которые чуть меня не угробили!

— Мы — идём, — перебивает мои мысли Александр. — А ты, — он встаёт с дивана и делает шаг ко мне. — Подождёшь нас тут, крошка…

Мою новорожденную радость словно ушатом воды окатывает. Сердце покрывается ледяной коркой, а когда я смотрю в его жестокие недоверчивые глаза, оно трескается мелкими острыми осколками…

— Как это… — оторопело переспрашиваю, отступая от старшего из этой опасной парочки.

— Мы сами всё разузнаем, — Михаил обходит меня сбоку, оттесняя к одной из дверей. — И сами решим, что с тобой делать после…

В его глазах дикий блеск. Надежды рушатся, и я снова чувствую дрожь в напряжённом теле.

Украдкой смотрю на входную дверь. Хм… быть может, если они уедут, я попробую бежать?

Дверь Медведевы, понятное дело, закроют на ключ, зато… окна-то не заперты. До земли на больше двух метров, я… смогла бы спрыгнуть, смогла бы попробовать дойти до трассы и тогда…

— О чём думаешь, детка? — усмехается Александр.

Во время своих хаотичных планов на побег, я не заметила, что один из полицейских внимательно следит за моими реакциями. Его взгляд пронизывает. Будто рентген, который просвечивает насквозь.

— Миш, принеси-ка браслеты, — усмехается он.

Что? Какие ещё браслеты? Совершенно перестаю понимать, о чём они… Может, это какие-то приспособления для их извращённых игрищ? Вдруг, они передумали узнавать правду и, всё же, решили утолить похоть здесь и сейчас?!

Михаил кивает, удаляется в противоположную комнату, а потом выходит оттуда, побрякивая металлом…

С ужасом замечаю в его руках самые настоящие наручники! Господь всемогущий! Что они задумали?!

— Нет… прошу… не надо… — мотаю головой как заводной болванчик.

В отчаянии пячусь назад и врезаюсь спиной в дверь.

— Не бойся, крошка, — Миша берёт меня за локоть и резко тянет на себя. Потом дёргает ручку и распахивает дверь. За ней оказывается совмещённый санузел…

Цепкие пальцы затаскивают меня внутрь, а потом один из наручников обжигает запястье металлическим холодом, в то время как другой приковывает меня к настенному полотенцесушителю.

— Ты что творишь?! — воплю, брыкаясь. Тащу за браслет наручника, безуспешно пытаясь снять его.

— Присаживайся, принцесса, — со зловещей ухмылкой Александр вносит в ванну стул.

— Отдохни пока… — Михаил ставит передом мной вино, сыр, хлеб…

Я смотрю на своих надзирателей распахнутыми от ужаса глазами. Они на самом деле оставят меня прикованной в туалете своего дома?!

— ОТПУСТИТЕ! ИЗВЕРГИ! НЕНАВИЖУ!!

Бросаю в них всё, что попадается под руку: бутылку вина, угощение, жидкое мыло в прозрачном дозаторе…

Негодяи умело уворачиваются и выскакивают за дверь, пока я продолжаю биться в бессильной истерике.

— Мы скоро вернёмся, крошка, — голос Саши полон странного предвкушения. — Молись, чтобы твоя история подтвердилась, иначе…

— Да чтоб вы сдохли! Долго и мучительно!! — кричу, перебивая.

Посылаю на их подтянутые задницы ещё миллион различных проклятий, но в ответ на них следует лишь зловещая тишина. Всхлипываю, замолкая. Прислушиваюсь.

Раздаётся хлопок входной двери, а через пару минут приглушённое урчание мотора их тачки.

Господи боже! И что же мне теперь делать?!

Глава 23

Михаил

— Точно этот дом? — с сомнением смотрю на обшарпанную пятиэтажку. Мы на юге Москвы, в очень отдалённом и очень спальном районе.

Саша сверяется с навигатором.

— Ну, если только она снова нам не напиздела, — хмыкает.

Брат уверен, что наша крошка попросту оттягивает время. Видит, что я ведусь на её слёзки, и поэтому постоянно выдумывает новые небылицы.

Если это так, я буду чувствовать себя ещё дерьмовее, чем сейчас. Идиот, что раз за разом верил лживой шлюхе! Но… ничего не могу с собой поделать. Эти её глаза… Ясные, такие чистые, что, когда я смотрю в них, прожжённый циник во мне отступает. Мне хочется верить ей, верить этим глазам…

— Ладно, — брат вынимает паспорт Маши. — Адрес временной регистрации совпадает с тем, что дала нам она. Может, и не врёт наша блонди?

Пакруемся и выгружаемся из тачки. Находим нужный подъезд, звоним в домофон.

Прежде чем нам отвечает заспанный женский голос, проходит не меньше десяти минут.

— Вы совсем охренели?! Ночь на дворе! Вы кто такие? Я сейчас полицию вызову!

— Поздно, — усмехаюсь. — Мы уже сами приехали. Старший лейтенант и капитан Медведевы.

— А удостоверение у вас есть? — подозрительно спрашивает незнакомая девушка.

— Есть! Открывай давай, а то группу захвата вызовем!

Это я, конечно, блефую, потому что дела-то по сути у нас нет. Мы же Марию, мать её, Солнцеву, не оформили по правилам. Так что всё, что мы тут делаем — полная самодеятельность. Но соседка Маши, понятное дело, об этом не знает.

Домофон пиликает, и мы поднимаемся по лестнице на последний, пятый этаж. Быстро находим нужную квартиру и нажимаем на звонок.

— Кто?

Дверь открывать не спешат.

Подруга нашей крошки явно девка более предусмотрительная.

Вынимаем ксивы и тычем в глазок.

— А по какому вопросу? — переспрашивает девушка.

— Мария Солнцева тут проживает? Хотим задать несколько вопросов.

За дверью воцаряется молчание.

— Эй, девушка! — Саша начинает злиться. — Открывайте, или вас надо в участок вызвать?

— Ладно, ладно, открываю уже!

Лязг замка, и дверь распахивается.