Дамиан... (СИ) - Юдина Екатерина

Я опять кивнула. Странно, но у нас почти получался разговор. Может, это по той причине, что Монтеро сейчас относился ко мне почти, как к человеку, а не, как к какой-то подстилке? Хотя, учитывая, что это был Адан, судить о чем-либо было рано.

Да и уже сейчас я ощутила в его взгляде нечто иное — злость.

— Раздражаешь, Чудовище.

— Взаимно, Монтеро, — сказала, сквозь плотно стиснутые зубы. Уже теперь наше общение напоминало прежнее.

— Ты родила его ребенка? Или сделала аборт?

— Родила.

— Серьезно? — Адан приподнял бровь и еще раз окинул меня взглядом. Особенно уделил внимание груди, талии и бедрам.

— Что тебя удивляет? — я скрестила руки на груди желая хоть как-то прикрыться. Несмотря на достаточно закрытое платье я почему-то ощутила себя чуть ли не обнаженной.

Монтеро напрочь проигнорировал мой вопрос и задал другой:

— Трахаешься с Дамианом?

— Какая тебе разница? — я возмущенно сдвинула брови. — Слушай, ты очень сильно помог мне полтора года назад. Можно сказать, что спас мне жизнь и я…

— Ты с ним трахаешься? — Монтеро будто вовсе было плевать на мои слова. Он, подобно хищнику, в одно мгновение оказался рядом и пальцами сжал мой подбородок. Заставил запрокинуть голову и своими черными глазами посмотрев в мои растерянные, спросил: — Раздвигаешь перед ним ноги?

— Не спрашивай о таком, — упрямо сказала, ощущая, как в этот момент полыхнули искры в воздухе и Монтеро, оскалившись, преодолел разделяющие нас расстояние, накрывая мои губы своими.

Я замерла. Просто не ожидая подобного, застыла на месте, не веря в то, что происходило, а Адан целовал отнюдь не ласково. Скорее болезненно и жадно. Так, что губы мгновенно покраснели и начали пылать. И руки парня слишком жесткие, но не тратящие ни секунды впустую. Прежде чем я успела понять, что происходило, они оказались под моим платьем.

Глава 15 Губы

В детстве Адан являлся для меня кем-то сродни принца. Было время, когда я млела при мысли, что он просто посмотрит на меня и улыбнется, но по мере взросления, мечты становились совершенно иными и, даже несмотря на смущение, ложась спать, я представляла разнообразные случаи при которых он меня поцелует.

Насколько же будоражащими были такие мысли. Мечтая о том, что однажды он наклонится и своими губами прикоснется к моей щеке, или, вовсе, его губы окажутся на моих, я жутко краснела и изо всех сил обнимала подушку, перекатываясь под одеялом. Сердце тогда стучало так, будто я пробежала марафон и внутри все искрилось.

В то время поцелуй Адана был моей самой сокровенной мечтой и я до сих пор прекрасно помнила, как ревела у себя в комнате, всякий раз, когда у Монтеро появлялись новые девушки. Их он целовал, а меня называл Чудовищем. Казалось, что в подобные моменты он меня убивал и я чуть ли не физически ощущала то, как моя душа болезненно трещала.

А вот сейчас, чувствуя его губы на своих, я запылала каждой частичкой своего тела. Злость пробила сердце подобно тысяче пуль и я, подняв руку, замахнулась, после чего изо всех сил влепила Монтеро пощечину. Он, отстраняясь, оскалился и сильнее сжал свою ладонь, которая уже была под моим платьем и так по собственнически сжимала попу.

— Сопротивляешься мне, Чудовище?

— Я сейчас убить тебя готова, — зашипела и посмотрела на Адана, взглядом полным гнева. Губы обжигало, а я почему-то подумала о том, что Дамиан меня давно не целовал. Полтора года назад он постоянно набрасывался с поцелуями.

— У тебя классное нижнее белье. Для Дамиана надела? — пальцы Монтеро сжались чуть сильнее и мне показалось, что после такого на коже обязательно появятся синяки.

— Я ни для кого его не надевала. Другое белье под это платье не подходило, — сказала резко, после чего извернулась и, вырвавшись из хватки Монтеро, отошла на несколько шагов. — Что только что было? Зачем ты меня поцеловал? Зачем полез под платье? — я была настолько взвинченной, что не смогла удержаться и начала активно жестикулировать руками. — Все еще считаешь меня шлюхой, с которой можно обращаться подобным образом? Да? Думаешь, что я настолько легкодоступна?

— Я много чего думаю, — Монтеро потер костяшками пальцев щеку, на которой виднелось еле заметное покраснение от моей пощечины. — Например, о том, что девушки надевают такое белье в том случае, если хотят, чтобы им вставили. Так сильно хочешь почувствовать член внутри себя, Чудовище?

— Ты невыносим, — произнесла на выдохе и качнула головой. В сознание вертелось множество грязных слов, которые я хотела высказать Адану, ведь, судя по всему, другого общения у нас не получалось, но Монтеро меня перебил.

— Когда мы виделись в последний раз, я понял, что не хочу, что бы к тебе хоть кто-то прикасался. Даже я, — Адан положил ладони в карманы брюк и еле заметно наклонился голову набок. — Тем более я. Или он. Тебе следовало лучше прятаться, Чудовище. Жила бы себе тихо и спокойно. Растила бы своего ребенка и чтобы у тебя никого не было. Тебе не следовало попадаться мне на глаза, — Адан опять оскалился, а у меня от этого по спине пробежал холодок.

Адан сделал несколько шагов в мою сторону, а я даже отойти не смогла, так как спиной уперлась в мраморную перегородку.

— Просто так надела это блядское белье? — Адан подошел слишком близко и я уже буквально прижалась к перегородке. — Если я узнаю, что его с тебя снимет он…

— Хватит этих разговоров про мое белье, — я зашипела, но, даже несмотря на то, что Монтеро не договорил, я поняла каким примерно был конец его фразы. Ничего хорошего там не было.

Внезапно чья-то рука сжалась на моем запястье и дернула вбок. Я широко раскрыла глаза и, увидев Дамиана, перестала дышать. Одним резким движением он поставил меня за свою спину, таким образом, закрывая меня от Адана.

Сердце закололо, а потом панически забилось в невыносимо быстром ритме. Я не видела лица Дамиана, но нечто жуткое, повисшее в воздухе, давало ощутить приближение чего-то ужасного.

— Когда-то я тебе сказал не приближаться к ней, — голос Дамиана ровный, но все же сколько в нем было ярости, от которой даже мне стало не по себе.

— С чего ты решил, что мне не плевать на твои слова? — Адан был почти таким же. От обоих в этот момент все сильнее и сильнее веяло чем-то жутким.

Единственное, что меня радовало так это понимание того, что Дамиан, судя по всему, не видел наш с Аданом поцелуй и не услышал наш разговор.

Монтеро наклонил голову и посмотрел на меня, все еще почти полностью скрытую спиной Дамиана.

— Если ты опять захочешь… Вернее, когда ты точно вновь захочешь убежать от него, я тебе опять помогу. Хоть этой ночью можешь прийти ко мне.

Еще никогда в жизни я не ощущала, чтобы воздух настолько сильно накалялся за считанные секунды. Дамиан сильнее сжал мое запястье, но сейчас все его тело напоминало сталь и, когда он повернулся ко мне, я увидела в его серых глазах ад.

— Так это он тебе сделал документы?

Ответить я не успела. Глаза парня полыхнули еще сильнее. В этот момент он сжал пальцы на моем подбородке и я поняла, что Дамиан рассматривал мои губы, а потом его взгляд скользнул ниже — на мое платье. А я только сейчас поняла, что оно было слегка помятым и одну лямку я так и не поправила. Она все еще свисала с плеча.

Я смотрела в глаза Дамиана и видела там то, что описать не могла, но это нечто неистово пугало. Будто во льду его серых зрачков отображался мой приговор — конец абсолютно всему.

— Ты… — фраза оборвана в самом начале, вот только, наверное, даже тишиной все было сказано.

— Дамиан, я не… — хотела ему что-то сказать, так как сердце заныло и я почувствовала, что нужно попытаться хоть как-то объясниться, но он отвернулся от меня так, будто я вовсе перестала существовать.

— Ты трогал ту, которая является моей, — голос Дамиана ровный, но я понимала, что это обманчиво. Сейчас он пугал даже своим спокойствием.

— Нет. Она моя и я заберу у тебя Камилу. Или ты считаешь, что она хочет быть с тобой?