Перемирие с мажором (СИ) - Аланина Маргарита

- Ром, оставь его, пожалуйста, — твёрдо и абсолютно спокойно Катарина берёт меня за руку и тянет назад. — Уходи. Думаю, больше нам общаться не стоит.

Я настолько в бешенстве, что сперва воспринимаю этот командный тон на свой счет. По мере прояснения картинки перед глазами осознаю, что Катарина ушла, а этот придурок скачет к двери.

Недоразумение хватает ртом воздух и мямлит извинения в то время, как я тащу его к двери и вышвыриваю на площадку, кидая вдогонку его шмотьё. Скулёж парнишки меня не ебёт.

Охуенный друг детства.

- Пойду прогуляюсь, — доносится из спальни невесёлый голос.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Прогуляется она. Точно. Походит, накрутит себя, а потом в очередной клоповник устроится. Или ещё каких-нибудь приключений на свои полтора с копейками найдёт. Хрен там.

26. Незабываемые ощущения

- Я сейчас, — Рома уходит в направлении стойки администратора, оставляя меня вдвоём с инструктором.

Я впервые на картинге. От предвкушения, смешанного со страхом, поджимаются пальцы ног. Глядя на гоняющих адреналин по капле закипает в крови, хочется также, в тоже время страшно не вписаться в поворот и вылететь за пределы ограждения. В очередной раз смотрю на чёрно-красный карт, его колёса кажутся игрушечными. Впечатление будто он парит над полом.

Как я дала себя на это уговорить. Ах, да…меня никто не уговаривал. Рома спустился со мной в лифте, закинул на плечо и усадил в машину, сказав, что есть занятие интересней, чем мёрзнуть на улице. Всю дорогу Рома не раскрывал цель поездки и подогревал мой интерес фразами, вроде: "В этом месте главное — хорошая защита" или " Получишь массу незабываемых впечатлений". В свете утренних событий, стоящий приличный вариант воображение выдавать отказалось, поэтому когда мы подъехали к ТЦ, я послушно пошла за Девятовым.

Оказавшись в ярком помещении, украшенном изображениями картов и ярко-красной переделанной машиной в центре, на пьедестале, я захотела потеряться где-нибудь, но обвитая вокруг талии рука не позволила улизнуть. Мой главный аргумент, что я ни разу не сидела за рулём и понятия не имею что делать, был встречен неприкрытым весельем и замечанием, что даже дети справляются. Нуу раз дети могут, то и я могу попробовать!

Оценив мою решительность Рома лишь усмехнулся, но всё-таки дал возможность отсидеться в углу — завтра на ногах и спине, скорее всего, будут синяки. Настроившись по-боевому, я даже не подумала уйти и уверено пошла на инструктаж.

Первый заезд будет ознакомительным, на двухместном карте, а после…после я изо всех сил вцеплюсь в Девятова, но самостоятельно управлять скоростным чудом ни за какие шоколадки не соглашусь.

- Точно на нём невозможно перевернуться? — с опаской покосившись на карт, интересуюсь у инструктора.

- Центр тяжести у карта очень низкий и перевернуться на нём невозможно. Вам нужно всего лишь пересилить свой страх. Будьте спокойны, у Романа достаточного опыта, Вам ничего не угрожает, — конечно, опыт Романа — самая лучшая гарантия! Чего я тут мандражировать вздумала!

Я вообще не понимаю, как оказалась здесь с Девятовым, не говоря уже об остальном. Месяц назад я шарахалась от него, как от прущего на тебя гружённого самосвала без тормозов, а сейчас НАСТОЛЬКО готова довериться ему. Наверное, стоит, хотя бы себе, признаться, что при ближайшем рассмотрении он оказался неплох и действительно мне нравится.

— Сейчас, заезд закончится и наша очередь, — рядом со мной выросла фигура соседа в тёмно-синей экипировке.

Чем меньше остаётся времени, тем сильнее я сжимаюсь. Уверенность тает с каждой секундой.

— Тебе понравится, спасибо потом скажешь — успокаивающими движениями Рома сользит рукой по спине.

— Ага, если смогу говорить….

Наш заезд начинается через минуту. Надеваю шлем, сажусь в карт и пристёгиваюсь. Кажется, перчатки надо будет выжать — подрагивающие ладони полностью мокрые. Скорей бы уже…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Первое время я сижу зажмурившись и дышу через раз. Страх постепенно улетучивается. Открываю глаза и перестаю дышать вовсе… от удовольствия и прилива необузданной энергии, кипящей в венах. Это потрясающе! На каждом повороте бурление адреналина усиливается, принося опьяняющий восторг.

Десятиминутный заезд заканчивается преступно быстро.

Остановившись в отведённом месте, Рома жестами показывает пересаживаться. Немедля утвердительно киваю и оказываюсь на его месте.

Рома вёл плавно и расслаблено, а я же перед каждым поворотом резко нажимаю тормоз и бедный карт, вместе с нами, дёргается в конвульсиях. Только и остаётся радоваться, что другим участникам не мешаю. Рома, сидящий рядом, не вмешивается, предоставляя возможность угробить технику самой.

В конце первого круга нас останавливает маршал трассы. Убедившись, что проблема в водителе, а не в машине, он даёт краткую инструкцию по управлению. Сосредоточившись, к концу третьего круга всё уже не так печально. Постепенно уверенность в движениях растёт. К концу заезда я распаляюсь и прохожу несколько поворотов отпуская газ, без применения тормоза.

Сняв шлем, я сразу счастливой обезьянкой висну на шее у Ромы

- Спасибо. Хочу еще!

Приподнимая меня одной рукой до уровня своих блестящих глаз, он оставляет на губах неглубокий сладкий поцелуй.

- Я знал, — широко улыбнулся и горделиво расправил плечи. — На сегодня хватит. Руки болят?

- Болеть будут завтра, сегодня гудят.

Мы уже выезжаем с парковки, а довольная улыбка не то что не сходит с лица, а становится шире. Незабываемые ощущения! Домой совершенно не хочется.

- Заедем на пит-стоп и на видовую? — мысли читает что ли?

- Давай, а ты часто катаешься? — киваю назад, имея ввиду картинг.

- Время от времени. Понравилось?

— Не то слово. удивительно! Будто летишь! Это неописуемо! Кстати, сколько я тебе должна?

— Ни копейки, — цедит сквозь зубы и расстреливает меня помрачневшими глазами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Тогда за еду плачу я, — беззаботно пожимаю плечами.

— Воронова, хватит! Я предложил — я плачу. Без обсуждений!!

— От частичной оплаты квартплаты ты отказался и продукты, большую часть, покупаешь сам, поэтому развлекаться за твой счёт мне неудобно, — объясняю ему свою позицию, стараясь сохранить позитивный настрой.

"Повелась на толстый кошелёк"

Голос Игоря надоедливо звучит в голове и портит настроение.

— Кать, не заморачивайся! Понадобится заплатить — я скажу!

— Договорились, — я не согласна, но портить вечер разборками кто, кому и сколько должен я не хочу. Вернусь к этой теме в другой раз.

— И ещё кое-что. Я знаю, что единственный кошелёк, на который ты можешь повестись, должен быть сделан из сладостей, — секунду назад злился, сейчас веселится. Мне никогда не понять алгоритм перепадов его настроения!

На пит-стопе Рома набирает кучу еды, моё мнение спрашивает только при выборе напитков. До видовой я наслаждаюсь малиновым чаем и слушаю рассказ Ромы о его первом посещении картинга. Полноценно оценить красоту ночного города мне не удаётся.

Усадив меня на горячий капот, Рома жадно набрасывается на мой рот, сплетая два учащённых дыхания в одно страстное. Мы окунаемся в забытье, где есть только он и я. Электрические разряды клокочут внутри, посылая мощную судорогу по всему телу. Разум беспощадно тонет в полыхающей страстью жажде. Наши руки бродят по верхней одежде друг друга в поисках возможности прикоснуться друг к другу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Поехали домой, — вибрация Роминых губ на моих обжигающим потоком расползается по коже.

27. Сплошное безумие

В машине атмосфера наэлектризована. Рома гонит как сумасшедший, а я слабо фокусируюсь на мелькающих картинках. С каждой минутой здравый смысл отвоёвывает позиции, создавая паутину вопросов.