Таир (СИ) - Шайлина Ирина

Лучик в данный момент беседовал с Сахипжамал - видно ограду загона из окна второго этажа. Перед Асей можно было не притворяться. А семья… Все они видели меня лишь с одной стороны. Они воспринимали то, что я им давал, как данность. Они даже не задумывались, чего мне это стоило. И это правильно - не хрен им в грязь лезть. Это мужское дело. Мое.

— Ещё варианты есть?

— Зай. Именно ей ты ноутбук давал тем утром.

Я оторвал взгляд от Аськи и медленно к Руслану повернулся. Новое желание появилось - дать ему по морде.

Кто угодно, блядь, только не сестра. Кто угодно. Я Зайке был отцом, матерью, господом богом, делал все, лишь бы она никогда не чувствовала себя обделенной или одинокой. Даже при живой маме, ушедшей с головой в науку, чтобы пережить боль.

— Никому нельзя верить, - напомнил он. - И смерть твоего отца тому наглядный пример.

А вот этого не стоило. Я сам сотни раз проживал вместе с отцом тот последний год его жизни. Мысленно. Просматривая все его документы, сделки, записные книжки. Искал поворотный момент. Тот, когда ещё можно было все изменить. Тот, в которой отец начал верить тому, кому не стоило.

— У моих девчонок нет от меня тайн, — отрезал, а сам вдруг испугался сказанным собой словам. А вдруг все не так?

— Давно ты про Асю узнавал? - добавил Руслан. - Спроси у неё, откуда взялась квартира в Москве, в престижном районе? Купленная аккурат после смерти твоего отца восемь лет назад.

Я сделал лучшее, что мог сделать - ушёл, громко трахнув дверью. Вспугнув всю малышню, заставив всех почтительно уступать путь. Сел в машину и уехал, даже без охраны - дожидаться не стал, да и бесили все. Хотелось одному, один на один с собой.

Доехал до берега реки. Дорога была чищена, как попало - широкая, раскисшая по теплу колея снега и грязи. Джип утробно урчал и упорно тащил меня вперёд. Там, на вершине холма, который круто обрывался откосом в реку, вышел, нашёл сигареты в бардачке, закурил.

Река была широкой, но летом другой берег был отчётливо виден вдали. Сейчас полотно замёрзшей воды казалось бесконечным - лёд просто сливался с заснеженным горизонтом. На той стороне шел снег, постепенно переползая на этот берег.

Было так тихо, как бывает только в снегопад. Ни единого звука, не двигается воздух, точно все вокруг замерло.

Я курил и думал. Вспоминал о том, какие приступы ревности скручивали меня поначалу. Мысли о том, что Аська, Сандугач, просто тогда кого-то мне предпочла, так и не найдя в себе смелости рассказать об этом. Но… сначала - гордость. А потом бизнес, который у зелёного меня не пытался отжать только ленивый.

Когда я просто перестал спать по ночам, не успевая разгрести одни проблемы, как появлялись новые. Дни сливались в одно сплошное бесконечное движение, наполненное разговорами, угрозами, взятками, шантажом, уступками.

А ещё были женщины, чьё горе по потере отца легло на мои плечи тяжким бременем. Подросток Тимур, стремящийся влипнуть абсолютно во все проблемы. Маленькая Зайка…

И все прошло. Аська осталась где-то в далёком прошлом, светлом и беззаботном. И случайная встреча казалась просто приятным бонусом. Но, насколько, она блядь, случайная была?!

И ведь поехала Сандугач со мной сюда, не взирая на работу, просто взяла и согласилась. Только разве задумывался я об этом? Она всегда была вне подозрений.

Автомобиль охраны ждал меня на повороте. Лезть побоялись, но на хвост все же сели. Я рванул мимо них к деревне, уже почти успокоившись. Разложив все мысли по полочкам. И первое желание, реакция на долбанный стресс - трахаться хочется. Именно Аську трахать, до звона в ушах. Чтобы закидывала тонкие белые руки на мои плечи, льнула ко мне всем телом, выдыхала мое имя жарким шёпотом. А я заглянул бы в ее глаза и понял — так она мне отдается или за дело.

И я трахал её, нисколько не думая о том, что скрип несчастной постели слышит наверное и сама эби. Переживут - я не могу все время держать лицо хорошего мальчика. Я, блядь, живой.

А потом пошёл к Руслану, в его, как он называл - сторожку. Он поприветствовал меня сухим кивком.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вы снесли уже эту программу?

Руслан усмехнулся, словно говоря о том, что меньшего от меня не ждал.

— Нет. Заморозили, ждём что скажешь.

— Не трогайте её, - подумав, ответил я. — Пусть будет. А все важное перекиньте на другие сервера. Накормим мы их информацией… От пуза.

В тесной комнате пахло кофе и сигаретным дымом. Немного - мужским потом. Мерно мерцал курсор на экране собирающегося уснуть компьютера. И как-то… Уютно что ли. Это не вязалось никак с тем, что я собирался сделать, хотя - не привыкать. Большие деньги не растут на ромашковых полях, ради них приходится пачкаться.

— Кому может быть выгодно?

Мы не раз перебирали имена. Гадать на кофейной гуще надоело.

— Фатхеевы, - пожал плечами Руслан. - Рогозин.

Последняя фамилия камнем упала. До этого я мог дойти и сам - треклятый москвич появился нежданно и активно полез во все щели, чего ему в Москве не сиделось дальше? Я спокоен был - сколько бы у него не было денег, влезть в уже заполненный сегмент рынка непросто. У меня здесь связи, не одним поколением вскормленные, и таскался я по прежнему на поклон к нужным людям совсем не с пустыми руками. Это в зелёную молодость спина не гнется, а потом понимаешь, где лучше не фыркать.

А ведь москвич все равно перекупил несколько заправок прямо из-под моего носа. На их хозяина наложили арест и заправки шли буквально из-под молотка. И должны были моими стать, даже шансов иных не было, их готовили специально под нас. Но влез проклятый ублюдок… Где, кого, как подкупил — не понятно. Вся беда в том, что он был совершенно чист. Ни одной, ебаной, зацепки.

— Руслан… - говорить не хотелось, словно сор из избы выметаю, трясу исподним на людях, но я напомнил себе про деньги, ромашки. Про предательство. - Вы проверьте Аську. Чем она там в Москве жила.

Потому что не могла студентка из общаги, которой мама передавала через знакомых посылки с солёными огурцами и вареньем, пившая дешёвый портвейн с подружками, ну, никак не могла купить квартиру. Не в этой реальности. Даже если — за почку.

А ведь я и сам ей предлагал купить квартиру. Но — отказывалась, говорила, что не ради денег вовсе со мной. Снова разозлился, башкой тряхнул. Разберусь.

Вышел, пошёл домой широким шагом. После принятого решения стало немного легче. Потому что порой только решиться самое сложное. У эби непривычно тихо - наверное, женсовет ушёл куда-то по своим важным делам полным составом. Ася ожидаемо не пошла, она боится бабушку. Столько лет прошло, а все равно трусит.

— Это вкусно, - услышал я её голос из-за угла. - Правда. Ну, брось дуться. Я хорошая, честно. Хочешь, я тебе сто рублей дам?

Заглянул в комнату - сидит перед Ильясом, киндер ему протягивает. И сотню. Тот руки на груди сложил и явно дуется. Все никак не заговорит, сколько врачи не бьются.

— Пятьсот предложи, - подал голос я. - Может оттает.

Аська мой взгляд встретила, улыбнулась так радостно, что я на мгновение поверил в то, что точно не она. Она - не может.

Но избавиться до конца от зудящей мысли так и не смог.

Глава 17. Ася

Я никогда не задумывалась над тем, что стоит за моим заданием на самом деле.

Нет, прекрасно понимала, что занимаюсь неприглядными вещами и иду на обман человека, которого когда-то любила больше всех на свете. Что это может стоить Таиру бизнеса, репутации, денег. Что башку мне оторвёт, если — а точнее, когда узнает. И станет без разницы, что там в папочке хранится. А все равно шла вперёд, не думая ни о чем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А сегодня накатило: я ведь самая настоящая предательница. И прощения мне уже нет и не будет, и наверное, надо уже к какому-то берегу причалить, определиться.

Только вот я абсолютно не знаю, что мне делать дальше. Рассказать поздно, бежать некуда. И сейчас когда мы стояли в беседке с Таиром в обнимку, я затылком ощущала идущее от него тепло, а внутри все холодно и противно. Вот так совесть душит, наверное.