Полюбить врага (СИ) - Брамс Асти

В комнате внезапно раздался стук, заставивший меня вздрогнуть.

– Анечка-а!.. – весело позвала Карима. – Вставай, моя девочка, уже семь!

Нервно выдохнув, я прикрыла глаза и поспешила отозваться:

– Да!.. Встаю…

Игнорируя мандраж в теле, я откинула одеяло и неуклюже слезла с кровати, оправляя длинную хлопковую сорочку нежно-белого цвета. Сегодня важный день, поэтому совесть не позволял отлеживаться, пока Карима там справляется одна.

Без промедления направившись в ванную, я вновь с раздражением отметила, что стала походить на утку. Не только шагами вперевалочку, но и попой, которая росла вместе с весом. Кто же знал, что после токсикоза меня настигнет неконтролируемый аппетит? Я, в общем-то, и не знала, что его нужно контролировать, а пока очнулась, набрала уже десять лишних килограмм…

В ванной, которая была полностью отделана деревом, я быстренько умылась и расчесалась. Дерево так же было основной частью интерьера моей комнаты, а еще узорчатые ковры яркого цвета. Весь отель был сделан в таком этническом стиле, и мне он очень нравился. Потому, что создавал определенную атмосферу и уют.

Вернувшись в освещенную утренним светом комнату, где умещались две одноместные кровати с деревянным изголовьем, я сразу подошла к узкому шкафу, из которого выбрала длинное голубое платье и темно-синий платок. Как только сняла сорочку, не забыла первым делом надеть на живот бандаж. Затем натянула платье закрытого покроя и вновь остановилась у зеркала над раковиной, чтобы заплестись.

Волосы, отросшие уже до талии, отливали медью. Неудачная попытка покрасить их в темно-рыжий, оставила такой оттенок, но мне все время хотелось максимально изменить внешность. В начале своего пути я вообще чуть под корень волосы не отрезала. Рука не поднялась. А теперь и надобности не было.

Скрутив косу в пучок, я расправила платок из стрейчевой ткани и аккуратно накрыла им голову. Завязала его умелым движением, оставляя волосы на виду лишь возле лба.

Нет, этот скромный вид, не ради сегодняшнего дня или этического уважения к строгому менталитету. Так я теперь ходила всегда. И мне было абсолютно комфортно. Ведь я походила на местную, а значит, привлекала меньше ненужного внимания.

Я тщательно заправила постель и прежде чем выйти из комнаты, задержала взгляд на окне. Каспийское море волновалось, било о берег сильными волнами, как и всегда. Сколько времени я здесь провела – ни разу не видела его спокойным.

Еще одно подтверждение того, что сон это не реальность и не предсказания. Это всего лишь потайные страхи.

– Я там собакам варить поставила! – озабоченно сообщила Карима, когда я зашла в столовую. Фигуристая женщина плотного телосложения, согнувшись над деревянным полом, стелила назад красивые дорожки. – Проследи, пожалуйста, как покушаешь.

– Конечно! – с готовностью отозвалась я.

Продвигаясь между тяжелыми деревянными столами к кухне, я задвинула по пути неровно стоящий стул из такого же массивного темного дерева. В этот же момент уловила в воздухе аромат, от которого мой шаг резко замедлился.

– О нет…

Осуждающе оглянувшись на Кариму, я продолжила путь и со вздохом застыла в проеме кухни.

– Только не это! – заныла я, впившись алчным взглядом в противень со свежей выпечкой. – Они с курагой?

Карима уже приблизилась ко мне и стерла со лба пот.

– Ну да. А чего ты стонешь-то? Ребенок хочет, значит ешь, и не думай.

– Он еще не родился, а ты его уже балуешь, – буркнула я. – Я скоро ни в одной платье не влезу! Серьезно тебе говорю.

Карима растянула свои полные от уколов красоты губы и потискала меня как ребенка.

– Глупости не говори, девочка! Тебе ли о фигуре заботиться? Вон уже, какой живот, а одни кости торчат.

Она прощупала пальцами на моем плече те самые кости, заставляя подпрыгнуть от щекотки.

– Давай, садись кушай, чай пей, а я пошла. Хозяин сказал, постояльцы с ним подъедут, нужно успеть мангал почистить!

Я кивнула и отвела взгляд, чтобы не выдать, как нервничаю из-за этого приезда. Ведь мы впервые увидимся с хозяином прибрежного отеля, в котором я жила и работала вот уже два месяца. Тогда как он лицезрел меня практически каждый день, удаленно присматривая за хозяйством и работницей Каримой через камеры.

3

Насколько мне было известно это вынужденная мера – у мужчины заболела мать, и он уехал в горы, чтобы ухаживать за ней. Однако в отель довольно часто наведывались то его брат, то племянник. Тихие, сдержанные родственники в основном сидели в столовой, и пили травяной чай, который заваривала Карима. С ними общалась только она. Со мной мужчины ни разу не пытались заговорить, но всегда здоровались в ответ. А еще нередко задерживали на мне пристальный, изучающий взгляд.

Неудивительно.

Я находилась здесь на особых условиях, при этом, не являясь ничьей знакомой или родственницей. Молодая русская девушка, беременная и без мужчины. Думаю, чем больше становился мой живот, тем хозяину отеля было неспокойнее. Наверняка он много слышал о моем муже, но еще ни разу не видел его…

Я находилась в месте, где это просто не могло остаться без внимания. Поэтому Саид – так звали хозяина – соглашаясь принять меня на работу, фактически брал на себя определенную ответственность.

Вообще-то сначала я пришла сюда как постоялец и снимала номер. Но удачно заметила, что Кариме просто катастрофически не хватает рук. Тогда мне и пришла в голову мысль – предложить ей свою помощь в качестве оплаты за проживание. Хотя она итак была недорогой в тихий сезон, но даже эту сумму я больше не могла себе позволить… Поэтому уцепилась за выпавшую возможность как за спасительную соломинку.

Карима сразу предупредила, что все будет решать Саид, и не стала меня обнадеживать. Она говорила с ним сама. И к моему счастью смогла уговорить хотя бы попробовать.

У меня был только один шанс проявить себя, поэтому я трудилась на совесть, несмотря на приличный живот. На самом деле он мне не мешал – я шустро управлялась со всеми делами, только наклоняться было тяжело, и по вечерам спина ныла. Но после того как добрая работница подарила мне бандаж, работать стало значительно легче.

Самое главное, что хозяин остался доволен. Нет, Саид ничего не передавал Кариме, я поняла все сама. Несложно было догадаться, когда к бесплатному жилью приложилось не только питание, но еще и деньги. Хотя сначала я подумала, что это работница пожалела меня, однако она сразу развенчала мои подозрения. Прямо сообщила, что платит хозяин.

Мне было очень неудобно. Ведь я итак щедро жила! Однако не могла себе позволить отказаться….

Наличные, которые брат мне оставил, кончились еще в первый месяц моего побега. Дорога, жилье, одежда, продукты, платный прием у гинеколога, после пугающих болей в животе, которая сразу дала мне недешевый список витаминов и лекарств – деньги таяли на глазах. Я понимала, что на двух картах лежит основная сумма, но рискнула снять с одной из них наличные лишь единожды. Когда собиралась пересечь границу.

Я побоялась лететь на самолете. Купила билеты на поезд, однако так и не села в него. Потому что прямо в день отъезда увидела на вокзале свое лицо на стенде с надписью: ПОМОГИТЕ НАЙТИ…

Это был шок. Меня объявили без вести пропавшей, но под старым именем, что конечно давало надежду. Только я все равно не смогла заставить себя сесть в поезд. Если я обнаружила свое фото за тысячу километров от города, из которого пропала, значит, меня искали по всей России. И мне стоило держаться подальше от паспортного контроля на границе.

Я покинула вокзал и больше ни разу не использовала карты. Благо деньги еще оставались, поэтому продолжились выматывающие переезды с места на место. Я и недели не проводила в одном населенном пункте, из-за чего не могла толком заработать. Мне постоянно чудилось, что меня преследуют, что меня узнают! А потом я просто устала. И почему-то решила, что единственное место в России, где я смогу спрятаться – это Кавказ.