Секретарь для плейбоев (СИ) - Милтон Анна "Anna Milton"

Добравшись до верхней ступени, я залюбовалась видом впечатляющего каменного здания перед собой. Мраморное строение олицетворяло мужчин, стоявших во главе бюро. Молодое, красивое, закаленное, структурно совершенное.

Зимин, Багиров и Некрасов имели определенную славу на просторах интернета. Родившиеся с золотой ложкой во рту баловни судьбы отличались не только сексуальной внешностью, но и умом. Наследники влиятельных родителей с многомиллионным состоянием своими силами построили успешный бизнес, отринув помощь семей. Все обладали безукоризненной красотой. Им только на обложках «VOGUE» сниматься.

Интернет пестрил статьями о разгульничестве Бориса Некрасова, младшего из партнеров, сохранил печальные подробности прошлого Эмиля Багирова и восхвалял внушительный список выигранных дел Демьяна Зимина.

Я пригладила волосы медного оттенка, убедившись, что они все еще аккуратно уложены в высокий хвост, и подошла к стеклянной входной двери. Решительно взялась за блестящую изогнутую ручку и с судорожным выдохом потянула ее на себя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— …В лепешку расшибись, но добейся встречи с ним, поняла?!

Рявкающий голос пронесся над ухом, а в следующее мгновение я ощутила довольно-таки сильный толчок в плечо.

— Ай! — простонала от боли, вспыхнувшей в области левой лопатки.

Пихнувший меня человек обладал высоким ростом и смоляной копной шелковистых на вид волос, чуть вьющихся на концах. Короткие пряди уложены назад с помощью геля. Облаченный в черный деловой костюм мужчина пронесся мимо, не удосужившись поинтересоваться, в порядке ли я. Вернее… он даже головой не дернул в мою сторону, словно и не заметил вовсе.

Его рычащий бас гулким эхом прокатился по вестибюлю. Наглый брюнет грациозной, отчетливой походкой направлялся к лифту. Нажав на кнопку, неспокойно вышагивал из стороны в сторону в ожидании, когда перед ним распахнутся дверцы, и он сможет подняться на нужный этаж. Темноволосый продолжал эмоциональный телефонный разговор, прижимая телефон к уху. Казалось, он был на взводе. Активно жестикулировал незанятой рукой и иногда повышал тон.

Просторный холл был освобожден от чьего-либо присутствия, за исключением нашего с брюнетом.

Наконец, двери лифта разъехались перед мужчиной, не видевшим дальше собственного носа, и он вошел в кабину. Развернулся, чтобы надавить на кнопку с нужной цифрой. На секунду поднял взгляд, устремив его через вестибюль и вперив в мое сморщившееся от дискомфорта в плече лицо.

— Здравствуйте, Арсения!

Я рассеянно обернулась на звук знакомого сопрано и увидела подоспевшую миниатюрную женщину. Поправив сперва безукоризненную гладкую прическу — светлые волосы убраны в высокую тугую култышку, — затем поправив спустившиеся на кончик носа очки в тонкой оправе, менеджер по персоналу, Софья Константиновна, одарила меня дружелюбной улыбкой.

— Доброе утро, — я протянула руку для приветственного жеста.

— Приятно видеть, что вы явились в свой первый рабочий день без опозданий, — она ответила достаточно крепким рукопожатием для женщины с хрупким телосложением и ростом дюймовочки. — Надеюсь, ваше ответственное отношение к столь примитивным должностным обязанностям не изменится в дальнейшем.

Я твердо кивнула, следуя за Софьей Константиновной к лестнице, расположенной рядом с лифтом.

— Я не подведу, — заверила я, замаскировав очевидную нервозность за широкой улыбкой.

Блондинка вновь поправила очки.

— Предыдущая помощница наших руководителей позволяла себе частые опоздания.

— Поэтому ее уволили? — предположила я.

— Что? — усмехнулась сотрудница, цокая шпильками по кафельному полу лестничного пролета. — Нет, а следовало бы, — последовал шумный вздох. — Наша Дарья закрутила роман с одним из клиентов Эмиля Глебовича и скоропостижно умчалась с новоявленным обеспеченным кавалером в Монако… или в Ниццу. Впрочем, неважно. К сожалению, она легкомысленно отвергла один из пунктов должностного протокола, по которому обязалась подготовить и обучить человека себе на замену, прежде чем освободить место в бюро. Поэтому начальство велело мне заняться этим… — обернувшись через плечо, Софья Константиновна выдавила натянутую улыбку, которой отчетливо намекала на недовольство из-за сложившихся обстоятельств, — и просветить вас, Арсения, в краткий курс дел.

Я съежилась под ястребиным взором женщины и приподняла дрогнувшие уголки губ в улыбке.

— Спасибо. Со мной не возникнет много хлопот.

Софья Константиновна поджала рот.

— Надеюсь, — сухо произнесла она. — Итак, позвольте провести для вас экскурсию.

Ознакомление с обстановкой в здании началось со второго этажа. На нем расположилось несколько кабинетов для персонала, обеденная зона и уборные. Третий этаж наполовину пустовал в связи с ремонтными работами. Другую его часть занимал конференц-зал и архивное помещение. Ну а на четвертом, последнем этаже, находились кабинеты боссов и мой собственный.

— Располагайтесь, Арсения.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Вежливым жестом руки женщина пригласила меня войти в небольшую комнату, вместившую много солнечного света, льющегося через широкое окно. Пространство не нуждалось в искусственном освещении. На улице стояла великолепная майская погода. Ничто не предвещало дождей. По крайней мере, не сегодня.

— Приблизительно через полчаса подайте Борису Дмитриевичу чашечку черного кофе. Его кабинет вот за этой дверью, — она указала на ту, что слева и ближе к моему уголку. — Без сахара.

Я метнула взор к настенным часам.

Без пятнадцати девять утра.

— В одиннадцать тридцать зайдите к Эмилю Глебовичу и узнайте, чем он хотел бы пообедать. Обычно Багиров куда-то выезжает. Если не останется сегодня в бюро — поинтересуйтесь, нужно ли заказать столик, — инструктировала Софья Константиновна монотонным голосом, будто по тысячному кругу пересказывала зазубренный до дыр текст. — Его кабинет находится рядом с кабинетом Некрасова, — женщина указала пальцем на соседнюю дверь.

Я мысленно сделала новую пометку.

Самое важное: не забыть отчитаться Беловой после того, как останусь одна.

Надеюсь, в моем кабинете не установлены видеокамеры…

— Что касается Демьяна Эдуардовича… — методом исключения я сделала вывод, что его рабочее пристанище располагалось за черной деревянной дверью в самом конце коридора. — Сегодня он будет отсутствовать до трех часов дня. Проследите, чтобы не упустить его возвращения и загляните к нему для получения дальнейших указаний.

Список задач оказался не таким устрашающим, как я себе нафантазировала.

В целом, мои обязанности предельно ясны.

Отвечать на звонки, делать записи, знакомиться с документацией, бегать по первому зову к боссам… Принеси-подай, и так далее и тому подобное.

— Если возникнут вопросы — обращайтесь, — неохотно предложила свою помощь менеджер по персоналу.

Она молча покинула мой кабинет, закрыв за собой дверь, прежде чем я успела вымолвить благодарность.

Я вновь осмотрелась, поставила сумку на прибранный рабочий стол, занятый лишь подставкой с необходимыми канцелярскими принадлежностями и компьютером. Обошла предмет простого, но лаконичного интерьера и присела в удобное кресло, обтянутое белой кожей.

Выудила из внутреннего кармана сумки телефон и набрала сообщение Беловой.

«Я на месте».

Слишком коротко?

Со вздохом стерла послание.

Что вообще нужно писать в таких случаях?

Потратила на размышления пару минут, но так и не придумала ничего лучше, поэтому написала заново.

«Я на месте. Какие будут указания?».

Ответ пришел сразу:

«Пока что наблюдай за ними».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Вскоре я спустилась на второй этаж для того, чтобы приготовить Некрасову кофе. По моим расчетам я как раз должна управиться к назначенной минуте. Не позволю себе опоздать ни в коем случае. Маниакальная навязчивость к пунктуальности у меня выражалась с самого детства. Я терпеть не могла, когда люди опаздывали. Буквально приходила в бешенство. Ожидание оказывало на меня эффект аллергической реакции. С одной стороны это помогало держать планку. Но с другой… не в моих силах было повлиять на других и привить им пунктуальность, так что я часто страдала от фобии чужих опозданий.