Вечное Лето, Том II: Бессмертные Легенды (СИ) - Macrieve Catherine

Крэйг морщится, а Грейс кивает:

– Если вкратце – одна царица похвалялась своей красотой перед морскими богинями, и за это Посейдон наслал на царство страшное морское чудовище. Оракул предсказал, что чудовище оставит всех в покое, когда царь принесёт ему в жертву свою дочь, Андромеду. Её приковали к скале цепями, но тут прибыл Персей и спас принцессу от неминуемой гибели, уничтожив чудовище.

– Когда мне было семнадцать, – повторяю я, – я всё ждала, когда и в моей жизни появится сраный Персей и спасёт меня от собственных родителей. Вот я и вытатуировала цепи. Дурой была, что тут скажешь.

Зара усмехается. Мишель вскидывает брови.

– И ты хочешь сказать, что это совпадение? – удивляется она. – Ты сделала татуировку в честь того же персонажа из мифологии, который, чисто случайно, дал имя твоему созвездию? Бред.

– Вот и я думаю, что это очень странное совпадение, – пожимаю я плечами. – Но так или иначе… Это всё. Я рассказала всё.

– Ничего не изменилось бы, если бы мы знали об анкетах заранее, – встревает молчавший до того Шон, – ведь пароль мы разгадали исключительно благодаря записке на стойке ресепшен. Так что, Мари, нет смысла винить себя. Не знаю, как остальные, но я могу понять твои мотивы.

– Ты говоришь, что не знала, кому можно доверять, – добавляет Алистер, – ну так и что же – как я могу тебя в этом винить? Ведь я до сих пор не уверен, кто тут заслуживает доверия.

– Просто больше не скрывай ничего важного, ладно? – тихо говорит Куинн.

– Я не буду, – киваю я, – на самом деле… думаю, я не заслужила вашего прощения.

– Не заслужила, – согласно кивает Зара, – но, в конце концов, твоя идея с переносом во времени спасла нам всем жизнь. Ладно, давайте вернёмся к более насущным вопросам. Эверетт – хренов – Рурк.

– Сколько лет этому чуваку? – спрашивает Крэйг. – Выглядит довольно молодо, но ведь ему…

– Больше пятидесяти, – кивает Алистер, – регулярные занятия спортом. Он помешан на своём здоровье.

Шон фыркает.

– Какая разница? Важно то, что он может помочь нам выбраться с острова, когда проснётся. Может быть, он объяснит, что происходит. Может, у него есть вертолёт или ещё что-нибудь. И что ещё более важно – он может знать, как нам найти Диего.

– Алистер, – зову я, какой же он бледный, как бы в обморок не упал, – ты в порядке?

– Он в порядке, – неуверенно отвечает за него Грейс.

– Он жив, – бормочет Алистер, глядя прямо сквозь меня, – а я думал, что он погиб. Какая-то часть меня хотела, чтобы это было так. В этом случае… у него была бы причина больше никогда не видеть меня.

– Я понимаю твои чувства, – произносит Грейс, – моя мать похожа на него куда сильнее, чем ты думаешь. Но я знаю, как сильно скучала бы по ней, потеряв её… И как сильно скучаю сейчас.

– Алистер, – твёрдо говорю я, – ты говорил, что отправился на остров для того, чтобы встретиться с отцом. Чтобы показать ему, что ты за человек. У тебя появилась такая возможность.

Алистер наконец встречается со мной взглядом.

– Как? Как я могу показать ему, какой я?

– Ты и так знаешь ответ, – мягко говорю я.

Алистер берёт меня за руку. Пальцы у него ледяные.

– Ты права.

Я улыбаюсь и отхожу к Мишель и Куинни. Что-то не в порядке, и это совершенно очевидно – потому что Куинн лежит на диване, прижимая к лицу платок. Когда это только успело произойти?

– Что случилось?

– Немного кровь из носа идёт, – весело произносит Куинн из-под платка, – ничего страшного.

– Я бы сказала, это было хреновое кровотечение, – мрачно сообщает Мишель, – никак не останавливалось. Сейчас всё хорошо, но…

– Мари, а как ты себя чувствуешь? Всё нормально? – жизнерадостно, как ни в чём не бывало, интересуется Куинн. А я не свожу взгляда с настороженного лица Мишель.

– Мишель, она в порядке? – спрашиваю я, понимая, что правды от Куинн я не дождусь – слишком уж она храбрится.

– Ну…

Раздаётся жужжание подлетающего к нам дрона Ирис.

– Давление Куинн нормальное. Зафиксирована потеря веса. Белые кровяные тельца…

– Ребята, всё хорошо, – продолжает настаивать Куинни.

– Мне кажется, прохождение через портал каким-то образом повлияло на неё, – говорит Мишель, – сильнее, чем на остальных. Куинн, позволь мне тебя осмотреть.

Куинн отстраняется от протянутой к ней руки.

– Я сказала, что всё хорошо! – злится она.

– Куинн, послушай её, – настаиваю я. – Пускай она тебя осмотрит. Так будет спокойнее всем.

– Ну хорошо, Мари. Только ради тебя, – фыркает Куинн. Не надо делать этого ради меня. Сделай ради себя.

Мишель с благодарностью кивает мне и быстро осматривает Куинни.

– Ладно, сейчас всё действительно нормально, – кивает она, – но я не спущу с тебя глаз. Ты позволишь мне это? – поджимая губы, спрашивает Мишель. Куинн только удручённо кивает. Я отхожу к Раджу, Заре и Крэйгу. Они все втроём рассматривают статую Рурка. Зара всё ещё злится на меня, это заметно.

Странно, что раньше я не сделала на этом акцента – статуя-то изображает Рурка не просто так. Он облачён в римскую тогу, ну кто бы мог подумать… В прошлый-то раз я обратила внимание только на лицо статуи да на табличку под ней. Забавно.

– У этого чувака воистину огромное эго, – вздыхает Зара.

– Это так забавно, – ухмыляется Радж.

– Знаете, чем у римлян дело кончилось? – я вскидываю брови. – Они… отсосали.

Крэйг покатывается со смеху.

– С ума сойти, Марикета, ну и выражения! – сквозь хохот произносит он. Я только пожимаю плечами. Зара старается сохранить серьёзное выражение лица, но неминуемо начинает ржать. Она подходит ко мне ближе и взъерошивает мои волосы.

– Ладно, за эту шутку – ты условно прощена, Мари, – усмехается она.

Я замечаю краем глаза, что Джейк, Шон и Лейла о чём-то тихо переговариваются.

– Что такое? – интересуюсь я, подходя ближе.

– Обсуждаем тут, кем мог быть тот таинственный незнакомец, который расхаживал по отелю в наше отсутствие, – вздыхает Джейк.

– Ирис сказала, что не зафиксировала никого, кроме Наблюдателей, – напоминает Лейла.

– То, что она не заметила, не значит, что никого не было, – произносит Шон с красноречивой гримаской. – Записка на ресепшене. Да и наши перевёрнутые с ног на голову комнаты – что бы Наблюдатели могли там искать, в самом деле? И, если честно, всё совсем не так, как было, когда мы боролись с Наблюдателями.

– С чего взял? – интересуюсь я.

– Фотографическая память, – ухмыляется Шон. – И у меня такое ощущение, что кто-то как будто жил здесь… искал что-то.

– Записка на ресепшене помогла нам найти Рурка, – напоминаю я, – может быть, искали именно его?

Шон тяжело вздыхает, задумчиво глядя на меня.

– Я вот о чём думаю. Искали ли нас? Пытались ли спасти? Вдруг кто-то был здесь, чтобы вызволить нас отсюда?

– Поверь мне, Кэп, – бормочет Джейк, – если бы кто-то нас искал, то лишь для того, чтобы нас заткнуть. На веки вечные.

– То есть, ты реально думаешь, что кому-то надо было бы нас убить, а мы всё пропустили? Типа, луч надежды и всё такое?

Джейк кивает.

– Лейла, – Шон закатывает глаза, – нужно, чтобы ты добыла информацию обо всех, кто мог прибыть на остров за эти полгода. Расписания… отчёты… Ты можешь это сделать?

Лейла задыхается от возмущения.

– Откуда я это возьму? Я лишь туристический гид… И знаете что? Вдруг это Диего? Может, он сбежал от Наблюдателей и всё это время жил здесь?

Я только качаю головой. Это слишком невероятно, чтобы быть правдой.

– Ну что, мы собираемся надрать задницы Наблюдателям и вызволить Диего? – спрашивает Крэйг, подходя ближе.

– Мы даже не знаем, где они, – замечает Зара.

– Значит, нам нужно очень, очень внимательно осмотреть отель. Как знать – может быть, мы сумеем найти что-то, что поможет нам выяснить, в каком направлении искать Наблюдателей? – не очень уверенно произносит Шон. Я киваю. Надежды не так много, но бросаться в джунгли и исходить весь остров на своих двоих – не самая лучшая идея. – И, вообще-то, нам нужно отдохнуть.