Фанфикс.ру айронмайденовский - Фанфик Четверо лучших

— Ты чего, это же я, Поттер!

Его руки опрокинули меня, прижали к кровати, и на мгновение я замираю, понимая, что спасения нет, он доберётся до меня везде, вот и сейчас принял облик моего школьного врага. Сдаться ещё раз? Что это изменит? Только отец, наверное, больше не придёт...

Гадкие зелёные глаза смотрели чуть ли не с участием, и я едва сдержался от того, чтобы попытаться ударить ещё раз. Почему он медлит?

— Уйди, тварь, — прохрипел я, решив, что терять мне нечего. Поттер или кто он ещё, должен был понять, что я хочу до него донести. — Отпусти, уйди и не показывайся мне никогда. Иначе я тебя угроблю, не пожалею. И прикасаться ко мне не смей, понял? — я помедлил и вспомнил, как сутки назад надо мной вот так же склонялся Рон. — И рыжему своему скажи.

Поттер или кто он там отпустил меня, сел рядом на кровати. Предложил почти миролюбиво:

— Зелье хочешь от кошмаров?

Кажется, он не заметил, как меня затрясло при слове «зелье».

— Захлебнись своим зельем, — выплюнул я.

...Оставшись один, я долго ещё лежал, вслушиваясь в царящую в доме тишину. Потом, чувствуя, что веки смыкаются сами собой, сел на кровати, прислонившись к стене, обхватил колени. Я не хотел в подземелья снова. Всей душой, что у меня оставалась, — не хотел.

15. ГП. Встреча

Первое, что я осознал, очнувшись,— это то, что нахожусь в вертикальном положении — обмяк на держащих меня верёвках. Запястья мои оказались на уровне головы, запутанные в такие петли, развязать которые без палочки я не смог бы, а пояс мне перехватывала ещё одна верёвка. Кстати, про палочку. Естественно, её у меня уже нет. «Ну что, нагулялся?» — спросил я себя и огляделся по сторонам. Стоял я, как ни странно, в лесу, а привязан был, соответственно, к дереву.

— Очнулись, мистер Поттер?

Я скрипнул зубами.

— Видимо, это означает «да», — появляясь передо мной, прокомментировал Люциус. — Что, даже не поздороваетесь?

— Виделись сегодня, — выплюнул я. Он в мнимом изумлении заломил светлую бровь.

— Неужели? Не припоминаю, простите... Вам слово «милорд» ни о чём не говорит? Или хотя бы «сэр»?

— Говорит, — сдался я. судя по тому, что я сейчас не в Малфой-Мэноре, у ног Волдеморта, у Пожирателя ко мне разговор. И, кажется, я даже знаю, о чём. то есть, о ком.

— Извините, — сказал я и кивнул на верёвки. — Ну и фантазия у вас, мистер Малфой...

— Вероятно, это комплимент? — он слегка склонил голову набок, изучая меня.

— Ну... — я снова внимательно посмотрел на хитросплетения узлов. — Считайте, что да. Могу я спросить, зачем я здесь и почему вы настроены так миролюбиво?

— Миролюбиво? — он взмахнул тростью перед моим носом, заставив отпрянуть. — Поверьте, ваши глаза вас обманывают. Впрочем, способностями к эмпатии или прорицаниям, — поморщились мы синхронно, — вы вряд ли обладаете, так что приступим к делу. Вы здесь потому, что я хочу поговорить.

— Всего-то? — хмыкнул я. — Я-то уж подумал, что вы хотите отвести меня к своему хозяину.

— Это я всегда успею, — пообещал он, прохаживаясь взад-вперёд.

— Ну хорошо, тогда вы не могли бы меня отвязать? — попросил я. — Мне не нравится разговаривать в таком положении. Напоминает о кладбище, знаете, когда Волдеморт возродился...

Он улыбнулся почти обворожительно, не вздрогнув от имени.

— Пока нет, мистер Поттер. Я не уверен, что вы поведёте себя адекватно.

В руке у него появился какой-то листок, и я с неприятным чувством узнал в нём свои ночные размышления.

— Итак, — продолжал Люциус, — подслушав мой разговор с Драко, вы взялись, наконец, анализировать текущее положение вещей? Так-так, что у нас тут?

Я дёрнулся, но его это, конечно, не остановило.

— «Снейп любил Лили». Видимо, для вас чужие тайны не являются предлогом остановиться...

«Это ему Снейп про Омут Памяти рассказал», — стиснув зубы, подумал я, и тут меня в который раз пронзило диким страхом, и одна-единственная строчка, написанная стекающими кровавыми буквами, запрыгала у меня перед глазами: «А ещё я его хочу».

— Хм... «Тёмная сторона может быть нейтральной, если только это не ловушка». Учитесь просчитывать на несколько ходов? Похвально, мистер Поттер. Действительно, пора бы уже.

Я молчал. В груди у меня как будто проворачивали кол, ну или что-нибудь подобное. Сейчас он дойдёт до этого места, и тогда мне конец. А ведь я ещё должен убить Волдеморта...

На всякий случай я опустил глаза и теперь смотрел на ботинки Малфоя. Дорогие, из драконьей кожи, наверное. Интересно, сколько такие стоят?

— О, вижу, о Драко вы тоже не забыли? «Вылечить Малфоя. Главное, чтобы не загрыз никого». Ну и стиль у вас...

Я сосредоточился на его ботинках. Тяжёлые, но об этом беспокоиться не стоит. Малфои предпочитают не пачкаться. Интересно, сколько Круцио мне предстоит выдержать? Кожей я ощущал давящую тишину. Было слышно только, как шелестят ветви дерева у меня над головой. Наконец тишина стала невыносимой, и я не выдержал, хотя с детства знал, что на опасность нельзя смотреть, иначе случится непоправимое.

Наши взгляды встретились.

— Мистер Поттер? — жутко тихим голосом спросил Малфой. — Верить ли мне написанному?

Ох, лучше бы он орал, как Снейп. К этому я привык, а вот к такому, когда чем тише голос, тем страшнее становится... Я ничего не боюсь! Нет, мне не страшно. Я уже несколько раз сражался с Волдемортом, что мне какой-то Малфой?

Я сглотнул и произнёс:

— Верить.

Теперь отводить глаза нельзя было ни в коем случае, чтобы не упустить момент, когда наступит кара. Но я всё-таки пропустил тот момент, когда набалдашник его трости упёрся мне в подбородок. Мы с Малфоем стояли почти вплотную, и я машинально отметил, что глаза у него были бы красивыми, если бы не искрились льдом и непередаваемым презрением. Куда там тёте Петунье в те редкие моменты, когда она заглядывала ко мне в чулан...

— Правильно ли я понимаю, мистер Поттер, что свои извращённые мечты вы хотите опробовать на моём сыне? В то время, когда он слаб и в полной вашей власти? Когда его постигла беда и он ищет защиты у вас? Что вы успели с ним сделать? Отвечайте!

Я отстранённо смотрел в лицо — холодную маску презрения — и в полные боли глаза и понимал, что он прав, а всё, что сейчас случится, будет справедливой. Ещё одна мысль больно обожгла меня: Малфоем двигало то же, что когда-то моей матерью. Он хотел спасти единственного сына, я же выглядел самой настоящей угрозой, которую сила родительской любви готова была стереть в порошок. Вот странно, раньше бы никогда не подумал, что этот человек, который на весь мир смотрит свысока, способен кого-то любить...

— Хорошо, милорд, я отвечу, — произнёс я, постаравшись представить, что всё это происходит не со мной. — Я сознаю, что поступаю как последняя свинья, но всё это навалилось на меня слишком неожиданно. Мне бы и в голову не пришло, что я могу хотеть парня, пока Драко не появился в Норе. Никаких извращённых мечт... мечтаний у меня нет и не было, но раз вы напомнили, то теперь наверняка появятся. Я не угрожаю, просто говорю. Всё, что я успел... — интересно, научил ли его Снейп легилименции? — всё, что я успел, это один поцелуй.