Их любимая (СИ) - Блэк Дана

- Что с тобой такое? – спросила примирительным тоном. – Ты меня пугаешь.

- А ты мне врешь, Маргарита.

- В чем?

- Этого я пока не выяснил. Но просил я от тебя малость. Просто говорить мне правду.

Молчим, он ждет. Словно новый шанс дал мне признаться в моих грехах. Но у меня язык не поворачивается, я слова выдавить не могу, когда он так смотрит. В голову лезут всякие ужасы. Мысленно звучат мои слова про Северских, а дальше картинка – как Дима сбрасывает меня, связанную, в Черное озеро.

А потом на берегу стоит. Долго-долго, убеждаясь, что я не выплыву.

- Я пошла одеваться. В ресторан пора, - отступила под его пристальным взглядом. Шаг, еще шаг, развернулась спиной и двинулась к дому.

Напряжение в каждой клеточке тела, я будто бы деревянная, я обратно хочу, в Грецию, там все у нас было хорошо.

Это Северские виноваты. Если бы они не лезли к нам после того ужина у папы – я бы сейчас не тряслась, словно только с электрического стула встала.

- Мама! – в холле навстречу выскочил Гриша. – Когда мы купим мне самокат? Хочу ездить по дому.

- Посмотрим, - подтолкнула его к лестнице. – Одеваться пора.

- В костюм?

- Да. В ресторан пойдем.

Гриша довольно поскакал по ступенькам.

Сначала помогла сыну, потом сама переоделась в строгое черное платье. Муж за это время в спальне не появился. Он ждал нас у машины – привычно спокойный, с полуулыбкой на лице.

- Выглядишь шикарно, Рита, - отвесил он мне комплимент.

Кивнула и села в машину. Ласковое «Рита» муж использует редко, и я уже привыкла быть Маргаритой или Марго. Но мы вернулись сюда – и Северские опять напомнили об этом сокращении, по которому я соскучилась.

Вот как эту троицу из головы выбросить? Кажется, что нереально.

Мне очень нужен круиз.

- Обижаешься на меня? – спросил Дима по дороге к ресторану.

- Нет, - ответила, не поворачиваясь.

- Прости, - он поймал мою руку, поцеловал пальцы. – Пойми и меня. У всех нормальные жены. Они всегда дома. Хранительницы очага. Приходишь с работы – там горячий ужин ждет. А пока ты плавала – у меня словно семьи, вообще не было. Возвращаешься – дом пустой. Ни тебя, ни сына.

- Ты же сам меня взял к себе на работу.

- Ты хороший специалист. Но в первую очередь – ты моя жена. Не надо никуда лететь, ладно? Нам и здесь будет хорошо.

Не ответила. Подъехали к ресторану, и я первым делом оглядела парковку, выискивая знакомые машины.

- Может, не пойдем? – повернулась к Диме.

- Мы же пообещали, - он пожал плечами. – Отказываться невежливо, Маргарита. Гриша? Выходим. Нас ждут.

Глава 25

Глава 25

Папа минут пять тискал Гришу, не обращая внимания на посетителей, что косились на наш столик. Он, правда, счастлив, что у него есть внук, просто светится. И от такого отношения к моему сыну у меня самой что-то меняется к папе, притупляется обида.

Может, я зря на него до сих пор злюсь. Бабушка говорила, что на сердитых воду возят. Не буду ведь я до конца жизни припоминать ему. Он мой папа, другого нет.

- Привет, дочка, - он отпустил Гришу и поцеловал меня в щеку. – Как хорошо, что вы пришли. И, вообще, почаще бы приезжали в гости с Гришей. Порадовали бы старика.

- Милый, ну какой из тебя старик, - хмыкнула Гела. На меня она смотрит с неприязнью, мне не кажется. И почему-то никто этого не замечает. Я делаю вид, что тоже не вижу, как ее напрягаю.

Но хотя бы один косой взгляд в сторону Гриши – я бы поднялась и ушла. Гела моему сыну улыбается, будто бы искренне.

Только я все равно настороже.

- А ваши сыновья опять задерживаются, - не удержалась от колкости.

- У мальчиков много дел, - бросила она мне и посмотрела на Диму. – Димитрий, рассказывайте. Переехали уже в новый дом? Как вам там? О, я там провела лучшие годы жизни.

- Не сомневаюсь, - Дима присел за стол. Муж поддерживает светскую болтовню, я листаю меню.

Из-за жары есть не хочется, но я бы что-нибудь выпила. Скоро приедут Северские, и алкоголь добавит мне смелости, я хотя бы не буду краснеть от каждого взгляда.

- Когда позовете на новоселье? – спросил папа.

- Никогда, - отрезала. Поймала удивленный взгляд мужа и пожала плечами. – Ты же сам говорил – у тебя куча работы. Праздновать некогда.

- Ну уж для семьи-то время найдется? – Гела неодобрительно качнула головой. – Мои сыновья всегда выкраивают вечер для меня.

- А я не ваша дочь.

И слава богу – такая мысль читается в ее глазах. Да черт возьми, за что она меня так ненавидит? Лично ей я ничего не сделала, наоборот, это она меня тогда притащила участвовать в ее кошмарных аукционах. А то, что я всем гостям слабительное подсыпала и вечеринка не состоялась – так я защищалась, Гела должна это понимать.

- И все-таки, новоселье…- начала она.

- Привет, мамуль. У Риты новоселье? – прозвучал за спиной голос Севастиана, и младший Северский появился в поле зрения.

Встретились взглядами на секунду, и я поспешно уткнулась в меню. Вот опять, меня начинает потряхивать, словно я не спала очень долго. Проклятое волнение – я не знаю, чем его унять. Где же официант, где мое вино.

Исподлобья проследила, как Северский целует мать в щеку, как ему подражает Таня. Они начали рассаживаться за столом.

- Рита с Димитрием не хотят отмечать, - сладким голосом завела Гела. – Говорят, работы много. Понятно, занятые. Остальные-то люди не работают, только Рита и Димитрий.

Посмотрела на Диму – это такая явная издевка в наш адрес, что он не мог не заметить. Муж с непроницаемым лицом читает меню.

- А мы с мамой уезжаем, - вдруг сказала Гриша, и все на него уставились. Сын смутился на миг от такого внимания, но смело продолжил. – Летим с мамой на океан. Будем плавать на большом корабле.

- Да что ты говоришь? – с интересом переспросил Севастиан и откинулся на стуле. – В круиз?

- Ага.

- Гриша, не вводи людей в заблуждение, - ледяным тоном осадил его Дима. – Вы с мамой никуда не летите.

- Как? – ахнул сын.

- И не лезь, когда взрослые разговаривают.

Гриша надулся. Взглянула на Севастиана – тот недобро сощурился на моего мужа. Вчера он предлагал морду Диме набить, а сегодня я вижу, что это не шутка. Северский в бешенстве, но молчит, лишь сверлит взглядом Диму.

Муж почувствовал его внимание, поднял голову от меню.

- О, спасибо, - выдохнула, когда рядом вырос официант с бутылкой. – Дима, а ты что будешь пить?

- Давай водку, - предложил ему Северский.

Муж, помедлив, кивнул.

Я припала к бокалу. Несколько терпких глотков – и мне стало чуть легче, но я по-прежнему словно не на стуле сижу, а на сковороде жарюсь. Как братья не понимают, что делают лишь хуже, когда возле нас крутятся. Муж пока терпит, но сегодня он меня напугал.

А что будет завтра?

Если он не отпустит нас с Гришей в круиз, а эти сволочи не прекратят ошиваться рядом – все закончится плохо. И будь я одна – я бы так не волновалась. Но ведь у меня сын, если эти игры Гриши коснутся, тогда что?

Пила уже второй бокал, когда приехали старшие Северские. Мрачно кивнула Юльке, выдавила улыбку для Лидии.

Решено – я сегодня напьюсь. И тогда вечером Дима не сможет меня допрашивать. Я сейчас в таком положении, мне хотя бы день пережить спокойно – уже счастье.

А завтра будет видно.

- За твое возвращение, сестренка, - Тим потянулся через стол. Рюмкой брякнул по моему бокалу. – Надо почаще собираться вот так, семьей.

Предложение нравится его братьям, моему папе, Грише. И всё – остальные сидят с кислыми минами, мне хочется встать и уйти, я этого давления уже не переношу.

- В туалет, - шепнула Диме и поднялась.

Едва не споткнулась, пока между столиками лавировала, то ли от алкоголя, то ли из-за взглядов, мне в спину направленных. Это последний раз, когда я согласилась встретиться «семьей». Дальше пусть хоть что говорят, пусть Дима бесится сколько угодно, но нас с Гришей с места не сдвинут – нервы дороже.