Владелец элитного клуба (СИ) - Черногорская Ксения

- Что - "это"?

- Что ты хочешь трахаться.

Я, наверное, сейчас краснею от стыда и неловкости. Тогда мне сказать это было намного проще. Оно вообще само вырвалось. А тут он смотрит на меня и ждёт...

- А... а... разве это не было понятно? - пытаясь уйти от ответа, робко спрашиваю я.

Улыбаясь, он качает головой.

- Дело не в этом. А в том, что ты это говоришь. Эта прямота подкупает.

Облизнув губы, заставляю себя это произнести.

- Я хочу... трахаться...

- Это хорошо, - чуть шире улыбается он. - Это правда хорошо, - а затем загадочно добавляет: - Попозже поймёшь почему.

И уходит, оставляя меня сидеть в кресле. Заинтригованной, с пылающими ушами и безумно приятным потягиванием между ног...

Не проходит и часа, как стюардесса  объявляет о посадке. Из иллюминатора я вижу только синее, местами тёмно-синее, местами зеленоватое, море. Суши под самолётом нет вообще.

- А мы... где? - осторожно спрашиваю я Костю.

Он поворачивается ко мне. Глаза опять смеются.

- А как ты думаешь?

- Я не знаю, - пожимаю плечами я. - Ну... вряд ли очень далеко от Турции, раз мы туда летели...

- Не очень далеко, - с улыбкой кивает он.

Показываю пальцем на иллюминатор.

- Это ведь море, да? Не океан?

- Море, - снова кивает Костя. - Не океан.

Похоже, моё поведение снова его забавляет. Блин...

- А какое море?

- Средиземное.

- Угу, - задумываюсь я. - И что же, у тебя тут правда свой остров?

- Да, - отвечает он, и тут же добавляет: - Только мы высадимся не на нём, а неподалёку. В паре десятков километров. На острове нет посадочной полосы для самолётов. Туда мы на вертолёте прилетим. А потом пилот вернётся назад и мы останемся на острове одни.

Сглотнув, внимательно смотрю на него.

- А там... там... есть еда?

Он смеётся.

- Есть. С хлебом, правда, проблемы. Хлеба не будет. Потому что персонал на время распущен. Но там полно запасов. И еды и напитков. В общем, не беспокойся. Это вполне привычное для меня место. И обычно я там один живу. Но предполагал, что отвезу туда твою сестру. По крайней мере, был такой уговор.

Задумываюсь.

- То есть, ты изначально как раз туда собирался лететь?

- Да, - просто говорит он.

- А в Турцию из-за меня?

- Ну да, чтобы типа не разочаровывать. Всё-таки по правилам клуба надо везти тебя именно в город, который ты выбрала. Но, я думаю, что разочарована ты не будешь. Пристегнись.

Спустя минут десять самолёт плавно совершает посадку среди каких-то пальм на длинную асфальтированную дорогу. Лёгкий удар колёсами и наше с Костей переглядывание. Я немного мандражирую, а ему весело. Его вообще много в моём поведении забавляет. Это очень заметно. Но это не обидно. Насмешливость есть, а насмешки нет.

- Ну вот, - говорит он. - Сейчас возьмём вертолёт и всё, через полчасика будем на острове.

"Возьмём вертолёт"... Охренеть... Как такси вызвать...

Глава 16. "Остров, лазурное море и красивый холостяцкий дом"

Всё оказывается в точности так, как Костя и сказал. Выйдя из самолёта, мы действительно быстро грузимся в небольшой вертолёт поблизости, а затем, пролетев какое-то время над водой, видим через стекло кабины небольшое желтовато-песочное по краям и зелёное по центру, пятно. Я смотрю на этот остров вдалеке во все глаза, но до сих пор не могу поверить, что всё это происходит со мной в действительности. Совсем недавно, до той вечерней прогулки с Чучиком, мне бы такое даже в голову не пришло. Чувствую себя какой-то попаданкой из книжки. Была совершенно обычная девушка, жила совершенно обыденной жизнью и тут - хоп! - клуб, миллионер, тайны, частные самолёт и вертолёт, и частный остров. Пипец. Чокнуться можно. Рассказать кому - не поверят. Разве что сестра...

Вспомнив о ней, лезу за мобильным телефоном и, к своему ужасу, вижу, что она мне звонила. Причём, четыре раза. А у меня телефон, похоже, на беззвучном режиме... Точно... В клубе выставила в настройках... Блин. И что делать? Говорить об этом Косте или нет? А если скажу, как он себя поведёт? Захочет ли вновь изменить планы? Что-то мне сейчас вообще не улыбается, чтобы он вновь переключился на Женю. А одновременно с тем, мне безумно интересно, чего это она так названивала? Это ей вообще не свойственно...

Быстро прячу телефон обратно в сумочку и рассеянно смотрю вперёд, за плечо главного пилота в шлеме, управляющего вертолётом. В любом случае, отсюда мне перезванивать смысла нет. Один короткий звонок и на счёте не окажется денег. Да и шумно, всё равно ничего слышно не будет. Это если сеть вообще позволит осуществить этот звонок. В общем, ладно. Если у Кости на острове есть Интернет, я ей в мессенджере тайком позвоню и узнаю, чего она так настойчиво мне названивала.

Проходит несколько минут и вертолёт, бешено и шумно крутя лопастями, принимается кружить над островом, а спустя ещё пару - опускаться на небольшую бетонную площадку с какой-то маркировкой белым крестом.

Ещё минута и он, с небольшим толчком, прочно встаёт на шасси.

- Выходим, - вставая, командует мне Костя.

Ну что ж... Выходим, значит, выходим. Поправляю волосы и сумочку на плече и ныряю наружу, в светлый, образованный отодвинутой в сторону тяжёлой дверью, проём. Глаза тут же слепит яркий солнечный свет. Щурюсь, прикрываю их ладонью.

Несмотря на сильный ветер над головой, из-за которого моя причёска превращается в какой-то сумасшедший дом, сразу ощущаю, как сильно печёт здесь солнце. Шумно, ужас. Вообще ничего не слышно из-за этого грохота крутящихся лопастей.

Следом за Костей, отхожу в сторону и становится чуть легче. Пригладив волосы, пытаюсь сориентироваться на новом месте. Уже вторая половина дня, и солнце совсем не в зените, но впечатление, что я попала в какой-то хамам.

В нос бьёт сильный и свежий запах солёного моря. Ветер треплет волосы, немного остужает кожу. Сощуренные глаза постепенно привыкают к яркому свету.

Здесь кругом зелень, синева и голубизна. А ещё блики на воде и в трепещущей на ветру листве.

Костя машет рукой и вертолёт вновь принимает громко урчать. Спустя несколько секунд лопасти снова убыстряют ход и тяжёлый, пузатый вертолёт цвета хаки медленно поднимается в воздух. А затем, наклонив вперёд хищную морду, уносится прочь. Превратившись в тёмную точку, исчезает вдали.

Теперь вокруг только мягкий, приятный шум моря. Прибоем пенит белые волны метрах в тридцати от вертолётной площадки, а вдали, метрах в трёхста - высится бело-бежевый двухэтажный дом на каких-то высоких сваях. Частично он скрыт зеленью листвы, но в принципе уже сейчас понятно, что он очень необычен своей архитектурой. Прямоугольный, с ровной плоской крышей, он больше, чем наполовину состоит из стекла и каких-то балок. Причём, первый этаж высится над землёй метрах в четырёх-пяти.

- Пойдём? - закинув на плечо рюкзак, бодро предлагает Костя.

Киваю.

- Пойдём.

Тропинка, частично скрытая сочно-зелёными кустами, ведёт нас вперёд. Мы поднимаемся на небольшой холм, с которого дом Кости становится виден ещё лучше, и я, взглянув на своего спутника, на весу держащего мою дорожную сумку, вижу его ухмылку.

- Что? - улыбаюсь я.

- Дом нравится?

- Очень необычный, - говорю я. - Должно быть, там много пространства.

- Да, - с улыбкой кивает Костя. - Он так устроен, что в главной комнате на втором этаже стен нет вовсе. Вместо них - стекло. И, поскольку оно легкомоящееся и прозрачное, создаётся впечатление, что вокруг тебя только колышущиеся ветру зелёные кроны, а над ними - море и небо. Ночью вообще потрясающе. Я называю этот дом - Обитель Свободы. В нём потрясающе спится.

Завороженно смотрю в его лучащиеся доброй улыбкой глаза, а затем на дом впереди и немного вверх, потому что он стоит на новом, ещё более высоком, холме.

- Сейчас сама всё увидишь, - кивает Костя. - Пойдём.

- Не тяжело? - киваю я на огромную сумку в его руке, которую он, несмотря на ровную, без выпирающих кореньев тропку, отчего-то несёт в руке, а не катит за собой.