Klea - На лезвии ножа

Но отказываться было поздно, да и глупо. Теперь у Гарри был превосходный повод для встреч со Снейпом, а это стоило всех мучений. А об остальном он сможет подумать после того, как разберется с Волдемортом. Так что Гарри подтвердил свое согласие и решимость добиваться поставленной цели. Удовлетворенная его словами, профессор МакГонагалл оставила юношу одного, напомнив, что тот должен будет подойти к ней, когда надумает, что еще ему необходимо для занятий.

В спальне его уже ожидал багаж. Но первое внимание было отдано Хедвиг, которая встретила его довольным клекотом. Гарри провел по белоснежным крыльям своей старой подруги, и она с радостью подставила голову под ласковую руку.

- Прости, что бросил. Поверь, так было нужно, - прошептал он ей. Хедвиг обратила на него свои круглые глаза и ухугнула, словно соглашаясь. Кажется, она не держала обиды за его долгое отсутствие.

Теперь, когда воссоединение произошло, можно было обратить внимание на остальные свои вещи. Сундук уже был разобран, а его содержимое заняло свои обычные места. Покопавшись в вещах, Гарри обнаружил забытую дома палочку, без которой чувствовал себя как без рук. Убрав ее в карман, он все свое внимание отдал стопке новеньких книг, поверх которых лежала записка. В ней, судя по всему рукой Дамблдора, были перечислены учебники для следующего года, а приписка уже другой рукой гласила: «Гарри, рад, что с тобой все в порядке. Я волновался. Заходи на чай как будет время. Хагрид». Гарри улыбнулся коряво написанному имени старого доброго друга, надо будет навестить его. Но это будет не сегодня. С этими мыслями юноша занялся разбором книг и школьных принадлежностей.

* * *

До ужина Гарри, как прилежный ученик, был занят своими новыми учебниками. Иногда он понимал Гермиону в ее стремлении пополнения знаний, но ему явно не хватало ее методичности, Гарри был слишком увлекающейся натурой для этого. Теперь же у него был стимул заниматься больше: ему предстояло исполнить одно из пророчеств, а может и больше того. Последнее время юноша часто задумывался, а вдруг предсказаний, которые так или иначе касались жизни его и его близких, было гораздо больше. Кем-то уже могли быть предсказаны и встреча с Роном и Гермионой, и гибель Сириуса, и ненависть к Малфоям. А что если каждое событие тащит за собой другое, и есть люди, которые все это видят. И раз жизнь и смерть можно предсказать, то значит ли, что они предопределены?

Эти мысли пугали, но в них что-то было. Словно он бродил возле ответа к запутанной задаче, но не видел его. Занятый этими размышлениями, Гарри возник на пороге Большого Зала и тут же попал под перекрестный огонь пристальных взглядов нескольких своих наставников. Голубые глаза директора смотрели внимательно и даже чуть подозрительно, серые гриффиндорского декана искрились ободряющей улыбкой, черные угли главы слизеринцев прожигали насквозь такой смесью чувств, что впору было удрать из зала и больше никогда не появляться в пределах их досягаемости. Но Золотой Мальчик не зря носил свое прозвище, он попытался усмирить бег своего сердца и полет своих мыслей. К столу приблизился уже шестнадцатилетний подросток, с присущими этому возрасту фантазиями и комплексами.

- Простите, я немного опоздал, - извинился он перед всеми и занял место за столом, то же что и утром, с края. Оттуда он мог видеть всех, но избегать ненужных разговоров.

- Ничего, Гарри, приятного аппетита, - ответил ему за всех директор и все вернулись к прерванной трапезе. Ужин был отменным, как, впрочем, и всегда. В течение его все сидящие за столом тихонько переговаривались, делясь впечатлениями и от еды и от уже прошедших каникул. Это был тот тихий и неторопливый гул, который практически никогда не был слышен во время обычных школьных обедов. Пока не было учеников, преподаватели чувствовали себя более свободно и не стремились унести всю привычную болтовню, показывающую их обыкновенными людьми, в уют учительской. Гарри не раз сидел с ними за одним столом во время рождественских каникул, но даже тогда они как бы оставались на ответственном посту. Сейчас было в них что-то, чему он даже не мог подобрать слов, словно видел их светящимися изнутри. Изумленный юноша обнаружил, что Флитвик на самом деле очень озорной и в то же время очень вспыльчивый волшебник, так что слухи о его бурной дуэльной юности могли оказаться истинной правдой. Мадам Хуч, бессменный тренер по квиддичу вот уже на протяжении многих лет, обладает острым умом и безжалостностью хищной птицы, а профессор Каллигра носит печать мудрости и двуликости рун, которые она пыталась вдолбить в головы нерадивых студентов. У Гарри родилось ощущение, что он смотрит на знакомых незнакомцев, и пожалел, что рядом нет никого, с кем можно было бы поделиться этими открытиями. Но в этот момент словно что-то ворвалось в его сознание, и голова буквально взорвалась дикой болью. Дыхание перехватило, и Гарри почувствовал, что земля ускорила свое вращение. Юноша упал в обморок.

* * *

- Поттер! Поттер, вы меня слышите?

Чей-то голос пытался пробиться сквозь серую пелену. Он мешал раствориться в окружающем пространстве, не давал покоя, вынуждая хотя бы открыть рот и ответить. Но вот с последним вышла заминка, намерения никак не хотели сформировываться в слова, так что из горла вырвался только тихий стон. Но стоило ему открыть рот, как в него тут же полилась какая-то жидкость, которая буквально обожгла его внутренности огнем.

- Ааах!

- Открывайте глаза, Поттер. Хватит притворяться бревном. Мы уже достаточно насмотрелись на ваш скорбный полутруп.

Оскорбленный юноша открыл глаза и увидел лишь расплывающиеся пятна, одно из которых смогло преобразиться в фигуру Дамблдора, лишь только на его переносицу были водружены очки. Ошеломленный Гарри посмотрел на стоящего рядом с его кроватью Снейпа и успел перехватить его предостерегающий взгляд, словно тот хотел о чем-то предупредить.

- Как ты себя чувствуешь, Гарри? - голос Дамблдора звучал взволнованно.

- Нормально, - ответил юноша, и лишь потом прислушался к себе. На удивление все действительно было нормально. Никакой слабости, никакого дискомфорта, словно он только что проснулся после легкого неглубокого сна.

- Ты знаешь, что с тобой случилось?

- Нет, - искренне ответил юноша.

- Что последнее ты помнишь? - продолжал свой допрос директор.

- Я ужинал, а потом заболела голова, - коротко проинформировал его Гарри, считая, что этого вполне хватит.

- Голова или шрам? - уточнил седовласый маг, намекая на связь с Волдемортом.

- Не знаю, - вполне честно признался гриффиндорец. Он и вправду не мог понять, что именно произошло. Но одной уверенности у него было не отнять: все в его жизни так или иначе было связано с Темным Лордом. Судя по всему, остальные думали также, потому что следующее, что он услышал было: