Я тебя не помню - Амина Асхадова

– Ты никто для нее, – резанул как ножом. – Ее судьбой и судьбой ребенка должны распоряжаться родственники мужа. Немедленно выбрось ее из своего дома, иначе в следующий раз я приду в твой дом с полицией и докажу, что ты удерживаешь беременную девушку силой. Я тебя не таким воспитывал, Данияр.

Я прищурился, стискивая челюсти. Этого стоило ожидать. Мой дед из стали сделан.

– Я, между прочим, уже нашел для тебя выгодную партию. Откажись от своей Насти, если счастья для нее хочешь. Это для твоего же блага, Данияр. Я все сделаю ради твоего блага.

Глава 13

Настя

– Третья чашка за день, Настя! Я выкину эту чертову кофемашину, – пригрозил Данияр, посмотрев на меня, сидящую за столом посреди учебников и кофе.

Я улыбнулась, едва сдержав смех внутри себя. Данияр не любил кофе, и меня пытался в нем ограничить.

– Но я люблю кофе! Кофе и тебя!

Не выдержав, я все-таки прыснула со смеху, утыкаясь в холодный пиджак Данияра. Он подошел, чтобы поцеловать меня в висок. Он только приехал с работы и застал меня с чашкой крепкого кофе, который я не успела спрятать от него.

В Петербурге наступила весна, близились выпускные экзамены, Данияр все чаще стал говорить о детях, он давно хотел и ждал моего выпускного из университета.

Я опустила глаза, нащупав колечко на пальце.

– Скоро поженимся, Насть, – сказал Данияр расплывчато.

– Угу, – я прокрутила его на пальце.

– Чего там хмуришься? – спросил он, хватая меня за подбородок. – Или замуж за меня не хочешь?

– Хочу я, хочу.

– Так-то лучше…

– Данияр, а что бы ты сделал, если бы тебе изменили?

Лицо напротив хмурится. Взгляд Данияра тяжелеет, пригвождает к дивану. Я откуда-то нутром чувствую, что вопрос глупый, а ответ – очевидный.

– Лучше тебе не знать, Настя, – слишком спокойно ответили мне.

– Ну, что? – нетерпеливо спросила я. – Я же должна узнать тебя получше.

Я прикоснулась к колючей щеке, разглядывая мужчину вблизи. Глазами подмечаю маленький шрам и пытаюсь разгладить его. Он возле губы, там маленькая белесая полоса. Когда чуть потянешь кожу, он исчезает.

Воспользовавшись моментом, Данияр целует меня. Его губы горячие, мой кофе и его никотин смешиваются, образуя горечную связь. Мне хочется, чтобы он не останавливался, но…

– Плохо очень будет, родная. Больно и плохо, – ответили мне, насильно разорвав поцелуй.

Я резко распахнула глаза.

Утро.

Светлая спальня, большая чужая кровать.

За окном – зима. Чужой Петербург и такой же чужой Данияр. Не такой, каким был во сне.

Я просыпаюсь с болью в горле. От того, что дышу часто-часто. С шумом и хрипом.

Через несколько секунд прихожу в себя, но картинки из сна все еще не дают покоя. Я отчаянно не понимаю, почему во снах вместо Саши – Данияр. Почему вместо мужа ко мне приходит чужой холодный мужчина.

Слова из сна, как самые реалистичные, сидят в моей голове. Я схватилась за горло, оно пересохло и было больно глотать.

За окном давно поднялось солнце, оно пробивалось сквозь неплотные шторы. Но я хочу отсюда уйти. Сердце еще стучит очень сильно, оно испугано.

Надо же такому присниться!

Возле лестницы я хватаюсь за поручни, второй рукой спешно завязываю халат. Мамы дома нет, она еще вчера предупредила, что рано утром поедет к отцу.

– Ты же еще на свадьбе той все понял, дед. Настя мне принадлежит, отдавать ее никому не собираюсь.

Я резко остановилась, хватая из тишины знакомый голос. Данияр во сне был таким реалистичным, что я до сих пор не понимаю, где я нахожусь. В реальности или там… где Данияр был любимым.

– Ты никто для нее, – ответили резко, со злостью.

И этот голос я тоже узнала.

– Ее судьбой и судьбой ребенка должны распоряжаться родственники мужа. Немедленно выбрось ее из своего дома, иначе в следующий раз я приду в твой дом с полицией и докажу, что ты удерживаешь беременную девушку силой. Я тебя не таким воспитывал, Данияр.

Я спустилась ниже и увидела гостя. Назар Багров, дедушка Саши. Он со многим помогал нам на свадьбе. На ближайшую дату договорился и все организовал в короткие сроки. Саша шутил, это чтобы я передумать не успела.

– Я, между прочим, уже нашел для тебя выгодную партию, – сказал Назар Данияру. – Тебе придется отказаться от своей Насти, если счастья для нее хочешь.

Тогда у меня были хорошие впечатления о нем, а сейчас закралась иная мысль. Я его ненавижу. Ненавижу. Только вместо объяснений этому в голове был пробел, ведь раньше уважала.

Когда Багров-старший ушел, я спустилась вниз и подошла к Данияру.

Он повернулся, рассматривая меня с ног до головы.

– Почему босиком? – резко спросил он. Как во сне, в котором Данияр отчитывал меня за кофе.

Я не ответила. Я зацепилась взглядом за его губы, пытаясь что-то там найти. Найти то, что во сне нашла.

– Настя? – переспросил строго.

Горло все еще было пересохшим, ведь сон был долгим. А сон ли это был?

Я подошла ближе к крепкому мужскому телу и привстала на носочки. Говорить все еще было тяжело, вместо этого я дотронулась до его подбородка и увидела… шрам. Тонкий, белесый. Как во сне. Такого ведь не бывает. Не бывает.

Распахнув глаза, натыкаюсь на изучающий взгляд Данияра.

Сердце перехватывает. Во сне не бывает шрамов, о которых я не знала. Не бывает!

– Родная… – шепчут его губы. – Ты здесь?

Я тяжело сглотнула до боли в горле.

Родная. И шрам. А губы на ощупь у него такие