Синдром Адели (СИ) - Задорожня Виктория

Я откинул её на кровать, задрал подол платья, и снял мокрые трусики. Расстегнул ширинку на джинсах, вынул вставший член и, не снимая их, ворвался в тёплое лоно.

Эви

— Аааааа…. — Простонала, впиваясь ногтями в его широкие, теплые плечи. Притянула ближе, напрягла бедра и поддалась навстречу, касаясь ноющими сосками его груди. Каждая клеточка тела наполнялась рядом с ним. Пустота души исчезала, волны удовольствия протекали по венам, формируя в области солнечного сплетения узел сбивающей с толку эйфории.

Влажная киска с благодарностью принимала его. Ускоряющиеся толчки вызывали восторг. Я отпускала себя, и с жадностью поглощала нескончаемое удовольствие, вызванное пульсацией сочащейся для него дырочки. В такт его движениям двигалась сама. Глубже… Ощутимее… Быстрее… Не оставляя и миллиметра расстояния… Так хочу чувствовать его. Чтобы это продолжалось вечно…

— Люблю тебя… Люблю тебя… — Вторю обрывки единственной фразы, в перебой с частым дыханием и неконтролируемыми стонами. Стеночки обвивают его твердый член, и он ускоряется, рыча мне на ухо.

Быстрые толчки… Сладкие толчки. Между нами электричество. Магия. Схожу с ума, и верно, без колебаний, отдаюсь этому невменяемому состоянию. Потому-что так я счастлива… Мое счастье только в нём… Развожу ноги шире, пуская его глубже… Извиваюсь под ним, предвкушая фееричный финал. Первая волна, и обильное количество влаги стекает по рьяно вторгающемуся в меня стволу. На лбу выступила испарина. Капельки пота стекают по его лицу…. Приподнимаюсь, несмотря на слабость в теле, и неуёмную дрожь. И провожу языком по его пересохшим губам, собирая солоноватый привкус. Артем тут же накрывает мой рот страстным, несдержанным поцелуем. Мы сплетаемся, тонем друг в друге, пока оргазм, волна за волной, продолжает уносить меня лавиной наслаждения. Ускоряется. Врывается в меня, даря усладу сокращающейся киске. Чувствую, как пульсирует центр нервных окончаний, и откидываю голову назад, громко выкрикивая его имя…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Артем… Даааа!!! — Пока он кончает, в меня, и покрывает поцелуями шею. — Люблю тебя… Я люблю тебя… Я не смогу, ни за что не смогу без тебя жить… — Приподнимаюсь, обхватив его руками, не могу отдышаться, и твержу бесконтрольно, впиваясь в любимого широко распахнутыми глазами. — Ты понимаешь это?! Понимаешь, любимый?! Знаешь, что без тебя я просто не справлюсь? Умру, если ты исчезнешь!

Он дышит так же тяжело, как я. И отвечает беззвучно, взглядом. Взглядом, в котором виднеется долика страха…

— Эви… — Обвивает меня руками и прижимает к себе в крепких, почти болезненных объятиях. — Детка, зачем ты так говоришь? Я же с тобой… Я всегда буду с тобой…

— И хорошо — Роняю на его кожу частые, быстрые, истеричные поцелуи — Пока ты со мной… Пока ты с Эви, Эви будет в порядке… С тобой Эви будет в порядке…

— Эви… — Нежно шепнул на ушко, поглаживая волосы. Я лениво подняла на него сонный взгляд. Близость с ним дарит счастье душе, и способность видеть сны… Потому после меня обычно клонит в объятия Морфея. Улыбнулась, любуясь чертами его лица.

— Да, любимый… — Протянула, накрывая ладонью его щеку.

— У меня есть для тебя кое-что. Это подарок — Потянулся к штанам, сложенным на быльце стула, и достал из кармана бархатную коробочку. Я мгновенно взбодрились и присела на кровати, радостно всплеснув в ладоши

— Это мне? Артем, правда? Я так рада! Очень-очень рада! — Какой же он… Самый лучший! Каждый миг, проведенный с ним, я не могла поверить собственному счастью. Всё идеально… С ним моя жизнь — идеальна.

Почему-то он выглядел виноватым. Не могла отделаться от этого чувства… Но, это ведь всего-лишь моё воображение. С чего ему испытывать вину? Ведь, он делает меня счастливой, каждым поступком, словом, действием возносит к небесам… Как и сейчас.

Открыл миниатюрную крышечку, и протянул коробочку мне. Внутри находились два кольца. Одно — больше, второе — меньше. На первом выгравирована буква А, на втором — Э. Замерла, забыв, как дышать. Словно опасаясь, что мне померещилось, чуть коснулась кончиком дрожащего пальца к золотым украшениям. Провела по прохладному драгоценному металлу. Под буквами мелким шрифтом написано — "Навсегда". А мне только это и нужно…

Глава 17. Затишье

Артем

Я вышел из тенистой аллеи и направился по площадке, покрытой зеленой травой, освещенной утренним солнцем. Окна кухни выходили на эту площадку, защищенную длинной верандой. Эви показалась в окошке, и увидев меня выпрыгнула из него с невероятной ловкостью.

Никогда ещё солнце не освещало такую красоту, такого совершенного создания, каким была моя Эви. В своем легком платье и с ослепительной улыбкой. Черты её лица правильны и нежны. Глаза живые, блестящие…

У меня сердце чуть не выскочило, когда она с разбегу запрыгула на меня, обвила ногами бедра, и принялась осыпать моё лицо поцелуями.

— Любимый! Не делай так больше! Я проснулась, а тебя нет. — Она принялась сбивчиво объяснять, что чуть не сошла с ума, думая, что я бросил её. — Ты же обещал, что не оставишь меня! Обещал! Мы поклялись!

— Я никогда по своей воле не оставлю тебя, девочка моя! — Только, если ты сама об этом попросишь. То, что между нами сейчас это больше, чем притяжение, это счастье, в котором хочется тонуть. Мы дышим безумием. Но я готов сходить с ума снова и снова. Это не лечится. — Я никогда не уйду, Эви. Никогда…

— Милый мой! Любимый! — Весь мир в её голосе. В её запахе. Плевать на всё, главное, чтобы с ней.

Она стала всем для меня. Что-то поменялось. Меня затянуло в эту девушку. Я ловлю каждый её жест, взгляд, эмоцию. Впиваюсь губами в её губы, и подыхаю от восторга. Отстраняюсь, чтобы глотнуть воздуха. Обнимаю взглядом её припухшие губы, спускаюсь к шее, очерчиваю линию ключиц… Невероятно сексуально… И я понимаю, что пропал…

Беру её за руку и мы бежим, бежим, точно зная конечную цель. В комнате внимательно смотрю на любимую. Наше дыхание ещё не восстановилось, грудь вздымалась. Я ласково касаюсь её нижней губы, слегка надавливаю, заставляя приоткрыть рот. Наклоняюсь и крепко целую, проникая в рот языком. Держу за голову, исследуя рот. Отступаю, продолжая сжимать голову двумя руками, и потерянно смотрю на неё.

— Скажи, что любишь! Повтори! — Умоляюще шепчу я, снова страстно целуя.

— Люблю, Артём! Очень-очень люблю!

— Хорошо. — Сердце отбивает бешеный ритм, пульс ускоряется.

Подталкиваю Эви к кровати, прожигая взглядом. Обхватываю за подбородок, приподнимаю вверх, открывая шею. Провожу языком по коже, целую, прикусываю.

Мои руки ласкают её грудь, а губы медленно повторяют движения. Нежный укус, ласковое посасывание. Бедра Эви начинают непроизвольно двигаться. Дойдя до пупка, опускаю туда язык, а затем легко покусываю нежную плоть живота. Она изгибается дугой. Я сажусь на колени перед ней, раздвигаю ноги в стороны. Беру одну ногу, сгибаю в колене и подношу ступню ко рту. Языком провожу по основанию, посасываю пальцы. Эви закрывает глаза и вскрикивает. Поднимаюсь выше по икре, целуя сладкое местечко под коленом. Затем тоже самое проделываю со второй ногой.

— Пожалуйста, любимый.

Провожу носом между ног, а затем провожу губами. Эви начинает метаться. Стонет. Медленно обвожу клитор языком, придерживая её за ноги.

— Аааа!

Кручу языком быстрее, яростнее. Её ноги напрягаются, и тогда я ввожу палец ей в дырочку.

— Детка, — хрипло простонал я. — Какая ты влажная. — Двигаю пальцем по кругу, проникая, а язык повторяет движения. — Кончай, Эви! — Она громко кричит в нарастающей агонии.

Встаю, беру её за ступни, прижимаю к требующему разрядки члену с двух сторон, и толкаюсь быстрыми, сильными рывками. Ещё несколько движений и я замираю, достигнув финала.

Наваливаюсь на неё сверху, всем весом прижимая к матрасу. Я принадлежу этой девушке телом и душой. Она — моя жизнь.