Девушка и драконы (СИ) - Екатерина Заварина

Он взял вторую девушку за горло и стал душить ее, яростно рыча, она трепыхалась в воздухе. Он весь в крови, упивался видом уходящей жизни. Хищник виновато смотрел на меня. Жалел, что взял с собой, что вижу все это безумство.

— Все хорошо, я все понимаю. — Успокаиваю Хищника и прижимаюсь к нему, саму трясет, но при касании его тела я успокаиваюсь и тут до меня доходит, я нужна Пеплу.

— Пепельная Ночь! — Громко говорю я, он отпускает девушку, она безжизненно падает у его ног. Он оборачивается ко мне. — Я хочу коснутся тебя. — Он кивает. Я начинаю идти к нему, Хищник беспокойно держит мою руку.

— Все в порядке говорю ему. — Освобождаю руку. Смело иду к своему дракону. Он печален. Подойдя, я глажу его щеку,

— Ты устал, идем домой. — Прижимаюсь к его липкой, от крови птиц, груди. Он сжимает меня в ответ и облегченно выдыхает.

— Идем. Разберусь с последней, летите вперед. — Говорит он, подталкивая меня обратно к Хищнику. Возвращаясь, я увидела шевелящийся хвост, за поворотом тоннеля.

— Там кто — то есть. — Сказала Хищнику, он завибрировал гулом в ту сторону. Оттуда настороженно вышли два молодых дракона, а за ними полз совсем малыш не больше кошки, он начал кричать и плакать, драконы не обращали на него внимание.

— Его мать мертва, он не жилец, слишком мал. Несколько часов отроду. — Сказал хищник

— Я не могу бросить его, может мы сможем что-то придумать? — Умоляюще смотрела я на Хищника.

— Горе от потери будет очень болезненным. — Он смотрел на меня.

— Я понимаю. — Но все равно взяла малыша на руки и прижала. Ему явно холодно со мной. Драконицы горячее.

— Понеси меня в пасти. — Прошу я Хищника, он коротко кивает, мы выходим из разоренной обители Пепла и летим домой. Малыш в тепле пасти уснул.

Ночной хищник доставил меня прямо к моей зале, мы с малышом остались в ложе, а дракон пошел назад к Пеплу. Маленький дракончик был не больше кошки, он начал кричать и крутиться, тыкаясь во все подряд. Ко мне пришла идея принести его Синему крылу, она знает, как ему помочь, завернула дракончика в шкуру и побежала к ее гнездовью. Подходя, крикнула что это я, Синее крыло свернулась клубком в гнезде и вибрировала тихонько, я осторожно подошла, визжащий дракончик привлек ее внимание.

— Привет, помоги мне пожалуйста, это малыш пепла, он остался без мамы.

— Урф. — Рыкнула драконица и отвернулась.

— Мы обе знаем, что ты порядочная драконица, помоги мне, я буду очень благодарна тебе, Господин не хотел бы чтобы я расстроилась, а смерть малыша — это большое горе для меня. — Решила я зайти с уязвимой стороны.

Драконица фыркнула, высунула морду и ткнулась в шкуру, где был малыш, я развернула его показывая целиком. Она, недолго думая, схватила его пастью за голову и утащила в гнездо, малыш истошно заорал, я задала рот рукой, думая, что только что покормила драконицу малышом Пепла. Драконица что-то копошилась и рычала, затем ее стало сотрясать спазмами и она выплюнула полу переваренную жижу. Поднялась на лапы, и я увидела второго дракончика синего цвета с черными рожками и огромными сапфировыми глазками. Какой он милый, тот которого принесла я, был серым с красной гривой. Малыши принялись есть и через три минутки вылизывали выселку гнезда, пузики их были круглыми. Улеглись на бочок прижавшись друг к дружке, Синее крыло легла сбоку, обняв их и укрыла крылом.

— Урф. — Про фырчала она и опустила к ним морду, кажется собиралась отдыхать.

— Спасибо тебе. Ты сделала меня счастливой, прошептала я. — И пошла прочь, незачем мешать ей.

Вернулась в ложу, там уже сидели мои драконы. Возле Пепла, на полу, сидели две драконицы спасение нам. Они были двумя девушками, с красными волосами, кажется, та самая крикунья что недавно развлекала трех драконов и черными волосами, совсем молоденькая.

— Где малыш? — Спросил Хищник. Осторожно оглядывая меня.

— Я отдала его Синему крылу, она покормила его, они сейчас спят, кажется, все будет хорошо.

Пепел поперхнулся и закашлялся.

— Она что? Никогда не видел, чтобы драконица, да еще и в форме, приняла чужого детеныша.

— Синее крыло замечательная. Тебе стоит пересмотреть отношение к ней. — Заметила я, подходя к Пеплу. — Как ты? — Спросила я, убирая длинный грязный локон с его лица.

— Он прижался к моей груди лицом. — Болит, внутри все болит, крошка.

— Тебя надо помыть, идем? — Тяну эту громадину за руку, девочки на полу внимательно смотрели за мной.

— Идите. — Сказал Хищник. — Я пока размещу дракониц. Скоро приду к вам.

Пепел встал и пошел за мной. Ничего не говорил, просто брел.

Завела его в купальню, раздела и усадила в купель, уселась сверху и начала мыть его лицо, волосы, очень внимательно и сосредоточенно. Он лежал раскинув руки по бортам, облокотившись о край купели.

— Чистый дракон, хороший дракон, сейчас я тебя отмою.

Мой любимый дракон подумалось мне. Пепел едва улыбнулся. Мыла его сильные плечи, прошлась по боку, где шрам, он глубоко выдохнул. Подался вперед и обнял меня, я обняла в ответ, он замер.

— Знаешь, а у тебя есть дар. — Он внезапно заговорил.

— Ммм? Какой? — Удивилась я.

— Ты можешь успокоить мою ярость. И даруешь мне умиротворение внутри. — Он взял мою ладонь и прижал у своей груди. Заглянул в мои глаза.

— Ты меня не боишься? После всего, что ты видела?

— Я понимаю тебя и принимаю таким. Ты теперь мой дракон, каким бы ты ни был. — Наклонилась и легко коснулась его губ.

Его глаза расширились, он поднял руку смотря на запястье, там проступили узоры ожога, оборачивая кисть словно браслет.

— Что это? — Я изумилась волшебству.

— Твоя печать. — Спокойно ответил Пепел.

— Но я же человек, как так?

— Здесь ты уже не человек, ты драконица просто не пробудившееся. Как дитя что не встало на крыло. — Он разглядывал руку. Посмотрел на меня:

— Спасибо, я обрел то, что искал очень долго. — Опять обнял меня.

Мы стали вылазить из воды, в купель зашел Хищник.

— Смотри я поставила печать на Пепельную ночь! — Радостно пропела я. Хищник подошел к Пеплу

— Уйди от сюда милая! — Пепел грозно сказал мне.

В это время хищник схватил Пепла за горло и зло начал рычать на него:

— Ты в своем уме? Ты убьешь ее, лишишь нас всего, смысла жить. — Орал он.

Пепел лишь развел руки и не думая сопротивляться.

— Друг мой я ничего не делал, она сама пожелала, коснулась меня губами, тогда печать проявилась, я никогда не стану врагом ей или