Хэлло, дорогая (СИ) - Sascha_Forever_21 / Hellmeister

Конни вышла из машины, накинула на голову капюшон толстовки и поспешила к магазину. Из-за луж белые подошвы её кожаных высоких кед были забрызганы грязью, а дождь хорошенько намочил капюшон. Стеклянные двери разъехались в стороны, и Конни забежала в яркую белизну супермаркета. Потом глаза привыкли, и лампы показались более тусклыми, а свет — серым. Здесь было прохладно из-за мощно гудящих кондиционеров. В самом начале, у рекламных стоек, в длинную железную гусеницу выстроились тележки для покупок. Маленьких как назло не осталось — только гигантские, словно крейсеры, и Конни взяла одну такую. В ней могла бы с лёгкостью уместиться она сама — ну почти в полный рост.

Покупателей было немного: то тут, то там между рядов бродили как зомби такие же одиночки, как она, со своими линкорами. Какая-то бойкая старушка с красной корзинкой в руке прошла в отдел овощей и взяла упаковку мытой редиски. Явление очень редкое — не поддаться соблазнам ярких коробок и упаковок и брать всё только по списку.

Констанс, как и другие, выглядела несколько потерянной и сразу миновала полки со сладостями, акционными товарами, игрушками и посудой. Она взяла в отделе напитков коробку с банками содовой — там было двенадцать штук, и упаковку колы без сахара. Весь красно-белый магазин был украшен к Хэллоуину оранжевыми тыквами, черепами, вырезанными из тонкой бумаги призраками и прочей атрибутикой. В центре магазина стояли настоящие острова изобилия — огромные стенды со сладостями, от одной полки к другой была протянута искусственная паутина.

«Интересно, заглянет ли к нам кто-нибудь на Хэллоуин за сладостями?» — подумала Констанс и положила в тележку коробку карамелек в шоколаде «Милк Датс», коробку миндальных конфет «Алмонд Джой», две пачки терпко-кислых «лимонных головок», старые добрые «Чармс Блоу Попс» — карамель с жвачкой, большую коробку «Дабл-Баббл», которые помнила ещё в своём детстве на Хэллоуин (этой жвачке в своём котелке она радовалась больше всего), взяла ещё красных мармеладных «шведских рыбок» и шоколадные конфеты, нежно-розовые, персиковые, голубые и бледно-жёлтые ириски «Флаффи Таффи», которых однажды наелась до тошноты — так их любила.

Половина тележки была в сладостях. Так себе покупка. Нужно взять что-то более существенное, к примеру…

— Конни? — окликнули её за спиной.

И она обернулась, удивлённо глядя на своего дядю.

«Поверить не могу, что он здесь делает?» — подумала она, но вслух сказала:

— Привет, Хэл.

Он был в своей куртке и в полосатой чёрной рубашке под ней. В свободных джинсах, на которых не было ни капли из луж — он по воздуху от стоянки долетел, что ли?! — ноги его казались вообще бесконечными. Хэл производил чертовски сильное впечатление, хотя Конни напомнила себе: он, мать твою, вчера здорово развлёкся с той девицей.

— Ты здесь за покупками? Не ожидал увидеть.

— Это я не ожидала, — сказала она. — Далековато забрался от дома.

— Тоже заехал кое-что прикупить… — он был тоже с корзинкой и показал ей пачку лунных пирогов «Грэмс» в шуршащей упаковке.

— Не думала, что у тебя нет поблизости супермаркетов.

Сказала — и одёрнула себя. Зачем язвить?! Какая ей в конце концов разница, пусть катается на своём чёртовом Плимуте сколько хочет туда-обратно! Хэл невозмутимо ответил:

— Я на самом деле проездом не просто так. Хотел спросить, я случайно не оставлял у тебя дома свои очки?

— Мог бы просто позвонить. — И снова недовольство в голосе!

Конни осеклась и поджала губы. Толкнула тележку вперёд.

— Оставлял, — сказала она и намекнула. — Они всё ещё там. Можешь съездить за ними, тебе вернут Стейси. Или Милли. Я им позвоню.

Она свернула в боковой узкий ряд с сухими завтраками, надеясь, что он отстал. Во рту было горько. Но совсем плохо стало, когда Хэл снова оказался у неё за спиной:

— Не думаю, что они мне помогут.

Конни сдержала себя и желание сказать, что вчера Милли очень даже помогла — и молча потянулась за хлопьями «Корн Флейкс». Но не успела коснуться красной коробки — Хэл сам снял её с полки и отдал Конни в руки.

— Спасибо, — бросила она и нейтрально добавила. — Нет, я серьёзно. Не трать время.

— Я не трачу, — возразил он и снова достал Конни яблочных джексов от «Келлогс» — когда она привстала на цыпочки. — Ты столько всего купила.

— Это на Хэллоуин, — сказала она и добавила. — Нас девять человек.

— Девять? Многовато для такого домика.

— Я не знала, что ребята притащат друзей. Думала, будет просто междусобойчик.

— Девять, — задумчиво повторил Хэл. — И что же, ты одна из всех поехала за покупками?

— Мы сбросились, — почему-то начала оправдываться Конни. — И мне дали в помощь Чеда.

Хэл ухмыльнулся и осмотрелся. Между узких полок кроме них двоих никого не было, и Конни почувствовала себя ужасно глупо.

— Ну и где же твой Чед? — спросил он ехидно. — Что-то я его здесь не вижу.

— Он не мой!

Хэл привалился плечом к стойке с хлопьями и понимающе кивнул.

— Что? Не смотри на меня так. Он на машине и согласился отвезти покупки домой.

— Очень благородный жест, — одобрил Хэл. — Позвони ему и скажи, пусть едет куда хочет. Он на сегодня свободен.

— Нет, — возразила Конни и снова толкнула тележку. Хэл шагнул следом.

Она слышала его дыхание у себя на макушке и чувствовала спиной, что он стоит слишком близко. Конни бросила короткий взгляд на сферическое зеркало под потолком. В искажённом отражении она увидела, что Хэл буквально навис над ней и смотрит, чертовски пристально смотрит.

Что ему нужно?

— Я сам отвезу тебя домой, — сказал он и накрыл ручку тележки своей рукой — так близко к пальцам Констанс, что она невольно их отдёрнула.

В этом было столько контроля и странной настойчивости, что она обернулась через плечо. И застыла.

Он наклонился к ней так близко, что их глаза оказались почти на одном уровне. И Хэл улыбнулся ей и уверенно взял тележку.

— Звони, — повторил он. — Так будет куда удобнее. И потом. Я бы ужасно хотел пообедать с тобой, Конни.

— Боюсь, у меня нет времени.

Она мягко попыталась увезти тележку. Это было так же бесполезно, как пытаться вырвать мышь из когтистых кошачьих лап.

Хэл уверенно втиснулся между ней и стендом с газировкой — и Конни оказалась в западне. По левое плечо — он, по правое — стеллаж. Хэл проворковал, притираясь своим плечом к её:

— Нам столько нужно рассказать друг другу. Семейные узы. Кровь не водица, и всё такое.

Констанс засомневалась. Одна её часть болезненно ныла: она знала, что произошло вчера, и это свербело в темени. Другая же молила согласиться.

Какая разница, с кем он спал? Он её дядя. Она могла бы пообедать с ним — действительно… просто так. Почему бы нет?

Потому что он странный, и ты это чувствуешь. Какого дьявола он так себя ведёт?

Хэл закинул руку ей на плечо и прижал к себе по-родственному тепло.

По-родственному — и немного больше.

— Но только кафе выбери сама, — сказал он. — Я здешние места плохо знаю. И ещё зайдём в секцию с порошками и средствами для уборки, о’кей?

— Мне самой туда нужно, — буркнула Конни, и Хэл понял: сдалась. — Обедать — так себе идея. Некоторые продукты могут испортиться.

— Двум бутылкам молока и пачке бекона ничего не будет, — поморщился Хэл, — и потом, мы всего-то на час-другой. Ну давай.

Он обезоруживающе улыбнулся — слишком мягко и ласково, чтобы Конни могла на него злиться. И она улыбнулась ему в ответ, чувствуя, что его рука на плече стала легче и теплее.

— Уважь своего старикана, — картинно приложил руку к груди Хэл и рассмеялся. — Старшим отказывать нехорошо.

========== Невезучий Тейлор Роурк ==========

Комментарий к Невезучий Тейлор Роурк

При виде убийцы мертвецы обливаются кровью.

Роберт Бёртон

Убийцы частенько выглядят дружелюбно.

Потомки Солнца.

Чед думал, это какая-то шутка. Сначала его зовут в магазин, он срывается с места, топит в непогоду. А потом его гонят прочь.